Сокол. Трилогия - Посняков Андрей - Страница 60

Париж, пятнадцатое июня… А тогда… Тогда был август. Так-так-так-так-так…

– О чем ты задумался, Ах-маси?

– О том, что мы с тобой можем сейчас здорово проучить Якбаала!

– Кого?

– Ну, того, кто подсунул нам поддельного сокола! Так… сначала раздобыть одежду. Кажется, здесь это можно сделать довольно просто. Вон, хотя бы взять ту группу туристов. Кажется, немцы. Ишь развеселились! Ага, раздеваются… Как бы только отвлечь их!

– Тейя, сейчас пойдешь купаться голышом. Видишь во-он тех парней? Поплавай с ними. Потом оденешься и придешь на ту сторону пруда, ближе к лестнице. Я там тебя буду ждать.

– Но…

– Пока ничего не спрашивай. Доверься мне и делай.

– Хорошо, милый…

Подойдя к краю пруда, девушка изящным жестом сбросила платье и ступила в воду…

Осмотревшись, Макс быстро встал, прошелся, наклонился… схватил что попалось под руку. Быстрым шагом отойдя метров на двадцать в сторону, тут же натянул джинсы, кроссовки и майку с эмблемой какого-то немецкого футбольного клуба. И, оглянувшись, пошел, пошел себе прочь, пристав к какой-то крикливой и шумной группе.

– Ай, Марья Ивановна потерялась!!! Договорились же – не теряться! Кто видел Марью Ивановну? Так, господа, останавливаемся, ждем! Сейчас можете погулять, но напоминаю всем: встречаемся ровно в час у башни.

Земляки, однако… Какой противный голос у женщины-экскурсовода. И нравится же им ходить этакой толпищей?

Пристроившись к русской группе, Максим, то и дело подтягивая сползающие штаны – велики оказались, – спустился с холма и, поднявшись с другой стороны пруда, принялся ждать Тейю. Заодно посмотрел, что для нее прихватил. Босоножки, шорты, футболка. Ничего вроде бы. Правда, все великовато, похоже, но это не беда – лучше уж так, чем мало. Так, что в карманах? Три билетика на метро, деньги… тридцать евриков и еще мелочь… жаль, маловато, но скромно перекусить хватит.

Ага… Вот и девушка!

– Ой! – Подбежав, Тейя чмокнула парня в щеку. Ишь, научилась уже! – Они такие приставучие, еле отвязалась. Ну, куда теперь идем? Ха! Как ты выглядишь! Ой, не могу! – Схватившись за живот, девушка упала в траву и принялась громко смеяться. – Ну надо же!

– Ладно, ладно, – усмехнулся Макс. – Сейчас посмотрим, как ты будешь выглядеть. А ну, одевайся! Нет, нет, платье не снимай, сначала натяни шорты. Ну, вот эти вот.

– А как их надевают?

– О, великий Амон! Давай-ка, суй сюда ноги.

Натянув на девушку шорты, Максим быстро застегнул молнию, оглянулся – никто особого внимания на них и не обращал, тут таких чудиков много. Нет, все ж таки пара старичков пялилась… Ну, пусть их!

– Ишь как вылупились! – Тейя повела плечом. – Как видно, я им понравилась!

– Понравилась, понравились… – Макс снова огляделся. – Значит так, быстро снимай платье… и так же быстро натяни вот это.

Девушка послушно проделала требуемое.

– Теперь покажи тем старичкам язык!

– С удовольствием, милый!

– Ну, пожалуй, все. Уходим. Как босоно… сандалии, не жмут?

Тейя улыбнулась:

– Нет, очень даже приятно в таких идти. И все же я бы лучше прошлась босиком.

– Нет уж, делай что говорю.

Перейдя Сену по широкому мосту Йена, беглецы оказались у подножия башни. Тейя невольно остановилась, в восхищении запрокинув голову, и юноша довольно улыбнулся – ага, проняло все-таки!

– Ну что, насмотрелась?

– Ой, а что это за божество? Похоже на Гора. Надо скорей принести ему какую-нибудь жертву.

– Это инженер Эйфель. Нам направо.

Они снова пошли вдоль реки, только на этот раз уже по другому берегу и в противоположную сторону, к станции «Бир-Хакем». По мосту, сверкая в лучах солнца, пронесся состав.

– Ой! Смотри, опять эта змея!

Макс хохотнул:

– На ней сейчас и поедем!

– Как?! Мы поедем верхом на железной змее?!

– Скорей, в ее брюхе.

– Ой, Ах-маси, а она нас не переварит?

Войдя в вагон, они прошли в середину, уселись. Народу было немного, и медленно продвигавшийся по проходу старик, аккомпанируя себе на гитаре, пел что-то из репертуара Ива Монтана.

Юноша бросил ему мелочь. Музыкант поклонился:

– Мерси, гран мерси, месье!

Тейя во все глаза смотрела в окно, на бульвар Гренель, станции. Потом, когда поезд нырнул под землю, стала рассматривать пассажиров. И все время улыбалась, видать, попутчики ей казались смешными. Пассажиры тоже улыбались веселой девушке, так и ехали, и Макс был очень рад, что его спутница не выказывает никакого страха перед «железной змеей».

Максим смотрел в окно, опасаясь пропустить нужную станцию.

«Монпарнас Бьенвеню», «Эдгар Кине», «Распай»…

– Тейя, вставай. Нам на следующей.

«Данфер Рошро». Что и говорить, с этим местом у Максима было много чего связано. Теперь бы сообразить, что дальше. Петосирис – Пьер Озири… Такая пока была схема. А значит, нужен был госпиталь Сен-Венсан.

Выбравшись на поверхность в районе улицы Фродо, путники свернули к площади.

– Ой, смотри, смотри, сфинкс!

– Это просто лев, Тейя. Сейчас перейдем улицу… Стой, стой, куда ты – красный!

Молодой человек ухватил девушку и строго посмотрел ее в глаза:

– Никогда больше не спеши и не делай здесь ничего без моего согласия, хорошо?

– Это… Это твоя земля, Ах-маси? Царство шарданов?

– Царство, царство. Рот-то закрой, да идем уже!

Тейя почему-то вздохнула и доверчиво протянула руку:

– Идем. А куда мы идем-то, а?

– В гости. К одному старому другу. Если он, правда, здесь. Кстати, ты его знаешь гораздо лучше, чем я.

– Вот как?! – Девушка резко остановилась напротив букинистической лавки. – Оказывается, у меня здесь есть знакомые?!

– Надеюсь, что есть.

Госпиталь Сен-Венсан был все таким же – с латинскими надписями по фронтону, пилястрами и детской фигуркой в круглом сине-голубом окне-розе. Часовня.

– Ха! Мальчик!

– Это, кажется, детский госпиталь. Не знаю, как там удалось оказаться твоему знакомцу?

– Да кто он такой-то? Может, наконец, скажешь?!

– Сейчас увидишь сама. – Они как раз свернули к проходной будке. – Добрый день, месье. Мы пришли навестить господина Пьера Озири. Как кто такие? Родственники! Племянник и… племянница… Никого не принимает? Хм… А я уверен, нас он примет обязательно! Вы только ему, пожалуйста, передайте пару слов. Ну, не сами, по телефону. Пожалуйста, а?!

– Ну, так и быть, – взглянув на Тейю, смилостивился служитель. – Больно уж симпатичные вы ребята. Кому другому бы отказал. Что передать-то?

– Скажите: Амон и Ра скоро станут как братья!

– О! Ну точно родственники! Недаром ваш дядюшка все время поминает Древний Египет!

Повторив фразу, служитель повесил трубку висевшего на стене телефона и развел руками – ну, ждите.

И тут же раздался звонок!

– Что?! Ах, вот даже как! Но мы ведь не можем разрешить… Слушаюсь, господин профессор!

– Ну, что? Что? – нетерпеливо переспросил Максим. – Разрешили?

– Первый раз за всю мою службу, а я служу здесь уже пятый год! Проходите через двор к главному входу – там вас встретят.

Он! Петосирис!

Старый! О, боги, какой же он старый! А был ведь еще молодым, и расстались вроде недавно…

Лежащий на больничной койке старик посмотрел на вошедших с удивлением, надеждой и неожиданной радостью. Черные глаза его были широко распахнуты, по смуглым щекам текли слезы.

– Скоро Амон и Ра станут как братья, – с порога произнес Макс.

– Воистину как единое целое… Нофрет-ари! Ты здесь, моя принцесса! Поистине я ждал этого здесь больше ста лет… Дай же обнять тебя, о будущая царица!

Тейя, зарыдав, бросилась на грудь старику, юноша тоже почувствовал, как почему-то защипало в горле.

– Теперь можно умирать, – гладя девушку по волосам, растроганно шептал Петосирис. – Теперь можно. Знаешь, Нофрет-ари, я уже отдал все необходимые распоряжения насчет моей смерти. Братья забальзамируют мое тело.