Сокол. Трилогия - Посняков Андрей - Страница 96

– Они оказались хитрее, – выйдя на палубу, негромко заметил Максим. – Сошли с барки раньше. Не думаю, что заметили погоню, но предполагали, что та, конечно же, воспоследует. И куда отправились? Думаю, в оазис, он ведь здесь рядом.

Ах-маси сверкнул глазами и крепко сжал кулаки:

– Тогда и нам надобно…

– Да! Выступаем сейчас же, как только рассветет. Вели воинам приготовиться.

Едва над багровыми от плодородного ила водами Хапи показался кусочек алого паруса небесной ладьи Ра, Максим, анхабец и его воины отправились в путь на запад, по караванным тропам. Оазис Сет-Хотеп – убежище Якбаала и храм Сета, – как помнил Макс, располагался не так уж и далеко от реки, однако, в какую сторону нужно было сейчас двигаться – налево, направо или, может быть, прямо, решить было сложно. Потому шли по караванной тропе, спросив дорогу у местных пастухов. О храме Сета те ничего не слышали, что и неудивительно – храм-то ведь был тайным. Сет, бог-убийца, слившийся с богом захватчиков Баалом, – та еще парочка! А вот о богатой усадьбе, некогда располагавшейся в оазисе, знали многие. Правда, дороги к ней уже забылись – и Максим пояснил, что уже во время его последнего посещения усадьба, как и храм, лежала в развалинах. Впрочем, и то и другое уже вполне могли восстановить. Восстановить и выставить охрану, потому отряд продвигался осторожно, выслав вперед опытных разведчиков.

Они и заметили какие-то развалины и, вернувшись, доложили.

– Развалины? – быстро переспросил Максим. – Что, совершенно безлюдные?

– Нет, не безлюдные, – улыбнулся воин. – Но все сделано так, чтобы всякий подумал бы о полном запустении.

– Подумал бы? Там все-таки кто-то есть?

– Именно так, господин. И думаю, это именно те, кого мы ищем, – больше им здесь просто некуда деться, дороги-то затоплены.

– Продолжайте наблюдение, – распорядился Максим. – Действуйте осмотрительно, полагаю, там могут быть выставлены часовые.

– Часовые?!

– Нет, не так сказал. Не «могут быть», а точно будут!

Разведчики обнаружили целых двух часовых: одного у ворот, другого сверху, на развалинах храма, о чем и доложили, несколько недоумевая – и кому понадобилось охранять эти развалины?

Максим лишь слегка улыбнулся, он хорошо знал кому.

– Что, храм совсем уж разрушен?

– В том-то и дело, что нет. – Начальник разведки вытянулся. – Я как раз хотел продолжить. Стены храма целы, крыша – тоже, да он ведь весь высечен в скале, чему там разрушаться-то? Да, повсюду кучи кирпичей, камней, обломанных плит… Такое впечатление, что их набросали специально.

– Туда сегодня и нагрянем. Ближе к ночи. Засветло ведь все равно не подберешься незаметно. Ах-маси! Пусть опытные люди возьмут на себя часовых!

– Не беспокойся. Клянусь Амоном, мы сделаем все, как надо.

И снова ночь смотрела на землю холодными желтыми глазами звезд. Горько пахло полынью, чуть слышно стрекотали цикады, где-то неподалеку в пустыне выл одинокий шакал. Максим шепотом отдавал приказы – он знал, где и как идти. Еще бы, когда-то несколько месяцев провел в этом убежище Якбаала… и Сета. Вон там были ворота, там – сад с домиками слуг и танцовщиц: господин Якбаал любил пожить на широкую ногу. Ничего этого сейчас нет, давно уже нет, одни лишь остатки лачуг да развалины храма… Нет, не такие уж и развалины.

– Мы сняли часовых, – тихо доложил сотник. – Что теперь?

– Ищите вентиляционную шахту… Отверстие для тока воздуха, по нему вполне можно пролезть.

Получившие конкретный приказ воины растворились в ночи. В синем небе ярко пылали звезды, светила луна, и черные стены храма в мерцающих лучах ее казались какими-то призрачными, качающимися, колдовскими.

Вентиляционная шахта отыскалась быстро, Макс обнаружил ее там же, где и в прошлый раз – несколько лет назад. Правда, пришлось повозиться, оттаскивая тяжелые камни, но вот, наконец в мерцании звезд показался темный провал лаза.

– Первый десяток – за мной, остальным – окружить храм и развалины, – распорядившись, Максим без раздумий полез в шахту, царапая коленки и локти и чувствуя позади дыхание тезки.

Ползли осторожно. Время от времени юный фараон останавливался, прислушиваясь. Ему казалось, что где-то впереди звучат приглушенные голоса. Кто бы мог говорить там? Жрецы? Больше некому.

А вот вдруг раздался какой-то звук… Словно бы кто-то ударил в бубен! Нет, точно – ударили. Вот еще раз. Впереди, метрах в трех, показался тусклый прыгающий отблеск горящих факелов. Запахло дымом. И снова ударили в бубен. Ага, вот она – дырка. Вытащен один кирпич. Может, им же, Максимом, когда-то и вытащен. Пошарив рукой, юноша осторожно вытащил другой кирпич и выглянул наружу. В тусклом свете факелов перед ним предстали выстроившиеся возле жертвенника Сета жрецы.

Сет. Бог с головой шакала. Бог-убийца, проклятый, которого многие отождествляли с Баалом, злобным божеством захватчиков хека хасут. Вот его статуя, изготовленная из розоватого мрамора. Рядом – жертвенник, а рядом… Максим не поверил своим глазам, увидев слева от жертвенника медную статую демона в виде ухмыляющейся змеи с ногами бегемота! Небаум! Кровавое божество древних, давно канувших в Лету времен! Жуткий демон смерти и тлена.

Под ногами отвратительного в своей гнусности идола белели человеческие черепа и кости, вокруг стояли жрецы в золотых полумасках и еще какие-то испуганно сбившиеся в кучу люди – пленники или слуги. Совсем еще молодые, среди которых были и девушки, и дети.

Огромный мускулистый нубиец с голым лоснящимся торсом и бритой головой время от времени ударял в бубен, повинуясь знаку высокого сутулого жреца в золотой маске. Этот жрец, похоже, являлся здесь главным, все остальные слушались его, поспешно выполняя распоряжения.

– Дети Змеи! – вдруг возопил жрец, воздев руки к закопченным сводам пещерного храма. – Сегодня у нас праздник. И наш бог, великий Небаум, как и его божественный собрат – Сет-Баал, не останутся сегодня без пищи. Ваш соратник, лодочник Нехем-хат, вступая в первое лоно посвящения, решил принести в дар богам самое дорогое, что у него еще осталось, – своего единственного сына! Поистине, это великая жертва. Иди же сюда, о, счастливейший Нехем-хат, и мы почтим тебя, как вскоре будут чтить тебя боги!

К жертвеннику, припадая на левую ногу, выдвинулся коренастый человек в рваном схенти, взгляд его безумно шарил по стенам, и вообще было очень похоже, что этот несчастный не понимал, куда его привели и что здесь вообще делается. Жалкий безумный старик!

– Слава и честь дражайшему Нехем-хату! – положив руку на плечо безумца, громко возопил жрец. – Слава и честь его мужеству и щедрости! Поистине, он сегодня приносит великую жертву за всех нас. Введите сына!

Двое мускулистых жрецов под руки подвели к идолам мальчика лет десяти, худенького, большеглазого, испуганного, одетого в богатое схенти. Худую шею его и плечи украшало широкое золотое ожерелье, которое, впрочем, жрецы тут же сняли. А главный из них внезапно выхватил из-за пояса длинный широкий нож, целую саблю!

– Сегодня череп сего достойного юноши украсит грудь нашего божества! – взмахнув ножом, зловеще возвестил жрец. – А кости его – белые, красивые, молодые кости – станут частью жертвенника. Поистине, да будет так!

Жрецы наклонили несчастного отрока, так что голова его оказалась над самым жертвенником. Толпа замерла в ожидании чего-то непоправимого, страшного… Сверкнуло широкое лезвие…

Бум!

С глухим стуком упал наземь выломанный из стены кирпич.

– Пожалуй, ждать больше нечего, друг мой Ах-маси, – прыгая в образовавшуюся дыру, быстро прокричал Макс. – Давайте – за мной!

Воины-анхабцы посыпались из вентиляционной шахты один за другим. Вот уж действительно, как снег на голову! Если бы здесь был снег…

В два прыжка Максим достиг жертвенника. Ударил одного жреца… другого… Апперкот! Свинг! Нокаут!

Нет, один, кажется, поднялся… А тот, главный, бросив кинжал, поскакал за пилоны, словно испуганный заяц. Да уж, встретиться с разгневанными воинами – это совсем не то что рубить голову несчастному мальчику! Впрочем, пока черт с ним.