Душа Демона (СИ) - Мусина Маруся - Страница 44

— Я ничего не знаю.

— Поверь, в более… хм… приватной обстановке оказывается, что человек знает много больше, чем думает.

— Угрожаете? — девушка смерила меня надменным взглядом.

— Предупреждаю, — спокойно ответила я. — Пытки — это, конечно, не мой метод, но если ничего другого не остается…

— Вы все равно ничего не добьетесь.

Я вздохнула.

— Люди, знаешь ли, очень восприимчивы к боли, — по себе знаю… Ты не выдержишь. Так зачем доводить до этого?

Трин только презрительно фыркнула, но в глазах мелькнул страх.

— Хочешь, расскажу, что тебя ждет?! — промурлыкала я с опасной нежностью. — Сначала допрос устрою я. Конечно, до раскаленного железа и дыбы дело не дойдет. Я просто ударю тебя. Вот сюда, — я медленно коснулась ее перевязанной раны. — Если наш разговор к утру не даст результатов, я сдам тебя Лагри, как шпионку. И тогда уже я тебе не завидую. Затем, пока ты будешь развлекать крыс в подземелье, в местном обществе разразится скандал, так как все узнают, что ты переодетая девица. Охрана вряд ли будет об этом трепаться, поэтому я самолично пущу эту сплетню. Заодно добавлю, что ты передавала информацию… в Латуринию, к примеру. Полагаю, для принца это будет приятной неожиданностью, особенно если учесть, как он тебе доверяет.

— Откуда вы… как вы… — Лицо Трин посерело. Я даже испугалась, что она грохнется в обморок. — Вы не сделаете этого!

— Напрасно ты так думаешь, — покачала головой я, сделав грустное, но очень решительное лицо. — К тому же твой арест и пущенные слухи заставят народ забеспокоиться, и кто-нибудь чем-нибудь себя выдаст… Итак?!

Девушка явно колебалась.

— Если я отвечу на ваши вопросы. Отвечу все, что знаю… Какие у меня будут гарантии?

Я усмехнулась и сказала правду, — впрочем, как обычно:

— Никаких. Я не могу ничего гарантировать, не зная обстоятельств.

— Неравноценный обмен, — задумчиво произнесла Трин, рассеяно поправляя одежду, потянулась к голенищу правого сапога.

Я хихикнула:

— Ты не это ищешь? — и продемонстрировала короткий кинжал.

Если бы взглядом можно было убить, я была бы уже мертва.

Ну-ну, милая! Злиться и пыхтеть ты можешь сколько угодно.

— Итак, что ты надумала? — весело спросила я. — Готова сообщить мне имя своего подельника?

Трин поморщилась и выдала таки:

— Бальтазар Нагори.

О! Как интересно! Мои брови непроизвольно взметнулись вверх.

— Как он нашел тебя?

— Это я его нашла, — проворчала Трин. — Он родственник моей матери. Какой-то там троюродный брат…

— Значит, ты приехала в столицу, чтобы сесть на шею дорогому дядюшке. А он, не будь дураком, сразу придумал тебе занятие. Какая прелесть! Это он дал тебе задание втереться в доверие к принцу?

Она дернулась как от удара.

— Нет.

— Это хорошо. Что ты успела нарыть за это время? Вкратце. Меня интересует заговор против Рагдара.

Девушка усмехнулась, впервые за вечер.

— Заговор?! Ха! Шутишь! Кроме Радона его и устроить то некому, а того прижали так, что он сделать ничего не может. Бесится, конечно, ядом плюется, а толку — чуть.

— Поподробнее.

— Можно подумать, ты не знаешь!

— С удовольствием послушаю твой рассказ.

— А рассказывать особо и нечего, — Трин облизнула губы, оглядываясь по сторонам. Я протянула ей флягу с водой. — Просто сестра герцога Варияна уже месяц «гостит» в поместье Миртен.

— И?! — эта новость мне ни о чем не говорила.

Девушка сделала несколько больших жадных глотков, потом взглянула на меня как на убогую и пояснила:

— Оже Миртен — доверенное лицо Рагдара.

Какие любопытные факты открываются! Что-то Аджей мне об этом не говорил…

— А что оппозиция в целом? — поинтересовалась я.

— У остальных кишка тонка что-нибудь организовать, и Демона они боятся до икоты. — Собеседница хмыкнула. — Пакостить, конечно, пытаются, но по мелкому.

— А дядюшка твой?

Трин помедлила, прежде чем ответить. Сказала неохотно:

— Информацию собирает.

— Очень разумно с его стороны, — закивала я, одобряя чужую предусмотрительность. — А что он тебе обещал за помощь?

— Ничего, — едва слышно ответила она.

— И поэтому ты приложила все усилия, чтобы подружиться с принцем, — это было даже не предположение, а констатация факта.

— Вовсе нет! — воскликнула Трин. — Это… случайно получилось…

— Случайно, но очень удачно. Ведь когда дядюшка выгонит тебя за порог, поддержка, несомненно, будет кстати.

— Я не из-за этого! Я…

— Из благородных побуждений!

— Я говорю правду!

— Если ты считаешь это правдой, значит, врешь самой себе, — глубокомысленно заявила я. — Мне как-то смутно вериться, что ты стала бы возиться с обычным мальчишкой. У вас разница почти десять лет.

— И что? — с вызовом спросила она.

Вопрос я проигнорировала, задала свой:

— Кто научил тебя владеть мечом?

— Садовник…

— М-да, опасная, видать, профессия.

— Он раньше был наемником, — начала оправдываться Трин.

— Да понятно, что не дровосеком… — хмыкнула я. — Ладно. Время позднее, пора заканчивать нашу душевную беседу. Я советую тебе переночевать здесь. Чистое белье в комоде…

— А завтра?

— А что завтра?

— Что ты… вы… будете… решите…

Я с любопытством наблюдала за смутившейся Трин, не делая никаких попыток ей помочь.

— Что теперь будет? — наконец, сформулировала свой вопрос она.

— Без понятия, — как всегда честно ответила я. — Даром предвиденья не обладаю. Увы…

— Что мне теперь делать?

— То же, что и раньше, — я пожала плечами и направилась к дверям. — Слушать, наблюдать… И надеюсь, ты понимаешь, что никто не должен знать о нашем разговоре?!

Трин кивнула и устало прикрыла глаза.

— Да! И мой тебе совет, — спохватилась я уже на пороге, — расскажи принцу обо всем. И поскорее. Поверь, будет лучше, если он узнает это от тебя.

Адор был приятно удивлен и обрадован моим появлением и внешним видом. Однако выгонять его пришлось едва ли не пинками: он благородно порывался остаться на ночное дежурство. И это несмотря на то, что выглядел Гвиоль довольно измотанным, — сразу видно Рагдар и его побегать заставил.

Отправив Адора отдыхать, я заглянула к герцогу. Аджей спал на животе поперек кровати. Спутанные густые волосы падали на лицо. Левая рука свешивалась с кровати. Простыни сбиты в сторону.

Я уселась на пол у постели. Мне вообще нравилось смотреть на Аджея, но ночью, когда он спал, на него можно было пялиться безотрывно столько сколько хочешь. А я готова была делать это часами. Мои ночные посиделки пока оставались моей маленькой тайной, — сон у герцога был крепкий, и среди ночи он не просыпался. Конечно, у его постели я проводила не все дежурство. Своему извращенному удовольствию я отводила не больше пятнадцати минут за один заход, а вот этих самых заходов могло быть до шести за ночь. Сегодня их, наверное, будет только четыре, — слишком много времени я потеряла на Тиро.

Жаль, что мне не видно лица Аджея, хотя спина и все прилегающие части тоже выглядели очень и очень неплохо. Словно услышав мои слова, герцог застонал и повернулся набок, а потом откинулся на спину.

Спасибо, дорогой!

Его профиль мне было хорошо видно даже в темноте. Грудная клетка мерно вздымалась. Во сне жесткая складка у губ разгладилась, и Аджей выглядел моложе. А еще он был беззащитным, и в этот момент принадлежал только мне. В очередной раз я усмехнулась своей странной причуде: приходить в спальню мужчины, которого хочешь, и ласкать его лишь взглядом. Может быть, и правильно многие подозревают у меня искаженность в сознании и восприятии. Интересно, чтобы сказал на это сам предмет моего внимания…

Окутавшее меня облако умиротворения украшенное яркими звездочками желания вдруг рассеялось, растаяло, сменившись острыми иглами внезапно нахлынувшей тревоги. Я быстро осмотрелась. Так и есть! Густая тень в углу комнаты набухла, от нее отделился плотный ком, из него как из яйца вылупился громадный отвратительный паук. Членистоногое вздрогнуло мощным телом, избавляясь от остатков «скорлупы» и с интересом уставилось на меня красными глазами Дамиэна.