Рассмешить богов - Панкеева Оксана Петровна - Страница 118

Выставить четвертую защиту Харган не успел. Третья Сила вмешалась в поединок, грохотом камнепада разметав незаконченное заграждение, звонким пением острой стали прошлась по ближайшим нитям, разрубила их и понеслась дальше. Харган едва успел уклониться сам, лишь краем задела его смертельная волна. И в этот краткий миг он успел увидеть, как поверх маленьких ручонок серой мышки легла на посох огромная мужская ладонь. С хорошую лопату размером.

Следующий вихрь разорвал последние нити, завертел самого заклинателя и швырнул в темноту, сопроводив это непостижимое деяние добродушным «сгинь, зараза, откуда пришел!». Словно непослушного щенка в конуру загонял.

Харган успел еще разглядеть откормленную харю с невероятно добрыми глазами и осознать, что, будь он чистокровным демоном, действительно бы сгинул на месте.

— Стоять!

Неожиданный резкий окрик застал двоих спасателей врасплох, и они остановились, растерянно оглядываясь. Стая птиц вспорхнула с ближайших деревьев и с оглушительным верещанием усугубила неловкость ситуации.

— Бросить оружие!

Голос был женский, и говорила эта невидимая женщина почему-то по-русски.

— И скоренько, а то я таки выстрелю! — пообещала она, видя, что гости не торопятся выполнять ее требование. — Попасть, может, и не попаду, а дракона разбужу точно.

Пилоты озадаченно переглянулись, все еще не в силах оценить ситуацию. Откуда на этом острове взялась женщина, говорящая по-русски? Неужели дед Макс тайком провез с Альфы и поселил здесь свою очередную любовницу? И именно к ней регулярно летал?

— Девушка, не надо так нервничать! — как можно миролюбивее начал Вова Ежов, получивший недавно от начальства солидную порцию ответственности и вдохновения. — Мы никому не угрожаем, мы сотрудники спасательной службы, разыскиваем товарища, пострадавшего при аварии.

— Вот и чудненько, раз пистолеты вам все равно не нужны, бросьте их и отойдите на десять шагов. Потом поговорим. А то мы так боимся. И удостоверения заодно бросьте, а то вдруг вы никакие не спасатели, а мы вам поверим…

Это «мы» означало, что женщина здесь не одна, и напарники переглянулись повторно, безмолвно вопрошая друг друга: «Неужели этот старый потаскун завел себе целый гарем?»

— Ребята, вы заставляете нас сомневаться в ваших мирных намерениях! — напомнили кусты.

Хотя соблазн обстрелять эти кусты был очень велик, открытый конфликт был бы сейчас лишним. Главный ясно сказал: «Пока нет уверенности, что Макс мертв или без сознания, — никакой стрельбы, никаких проявлений враждебности. Если старик в сознании, он должен верить, что его действительно спасают».

Ежов с сожалением бросил оружие в траву и, отступая на указанное количество шагов, поинтересовался:

— А вы, собственно, кто?

— Мы смиренные отшельницы! — жизнерадостно объявили кусты, и из них высунулось дуло какой-то сомнительной берданки. А в паре метров от общительной дамы с ружьем кусты раздвинулись, явив обалдевшим спасателям вторую составляющую теоретического гарема. На первый взгляд эта «смиренная отшельница» только вчера грабила проплывающие корабли, и если даже отказалась от этого достойного занятия, то не по своей воле. Ни в походке, ни в угрожающем взгляде единственного глаза не наблюдалось даже намека на смирение. А обнаженный меч, который молодая пиратка держала так уверенно, словно с ним родилась, отбивал всякое желание прыгнуть на десять шагов вперед и подобрать брошенные пистолеты. Неужели и с этой одноглазой уголовницей Макс тоже?..

Оружие и документы вместе с грозной отшельницей скрылись в кустах, и всего через несколько секунд оттуда послышался знакомый голос неистребимого деда Макса. Региональный координатор говорил слабо и неразборчиво, но это точно был он и в полном сознании. Хорошо все-таки, что пальбу не развели…

— Макс! — окликнул Ежов, надеясь, что старик уймет своих воинственных баб. — Что тут за кино про пиратов? Это мы, Вовка и Ярик из третьей бригады!

— Стоять! — Ствол берданки предостерегающе дернулся. — Макс говорит, что с вами не полетит.

— Его что, контузило? Девочки, а он вообще… адекватен? Он понимает, что ему нужен врач?

Из кустов вылетели просмотренные документы и последовало объяснение:

— Он все прекрасно понимает, но подозревает, что его пытались убить. Поэтому требует, чтобы за ним прилетел либо кто-то из семьи, либо инспектор Темной Канцелярии. Так что, ребята, если вы прилетели этого милого дядечку спасать, а не прикончить, садитесь в свою летающую тарелку, дуйте назад и пришлите кого-нибудь достойного доверия.

— А оружие казенное вернуть? — подал голос напарник.

— Макс отдавать не велел! Сказал, сам потом отдаст. И еще он просит телефон. У него разбился…

— Хоть скажите, что с ним, — попробовал разведать Ежов, понимая, что единственное, что можно сделать сейчас, — тихо улететь и доложить Главному о провале его хитроумной комбинации. — Почему он сам с нами не говорит?

— Да у него челюсть сломана, — охотно откликнулась добрая отшельница. — Мы тут вблизи еле разбираем, что он хочет сказать, а до вас бедняга вообще не докричится.

— Так на кой ему тогда телефон? — рассердился спасатель.

— Письмо хочет послать родственникам, чтоб не переживали.

— Нет у меня телефона, — мстительно заявил Ежов, хотя на самом деле телефон у него был. Мало ли с кем и о чем собирается говорить подозрительный дед Макс, лучше не давать ему такой возможности. — Только казенная связь в кабине. Да пусть не переживает, его родственникам мы сообщим первым делом, и кого-то даже лично привезем, раз он так хочет.

— Тогда не задерживайтесь, летите давайте. А то у него тут много чего сломано.

— Бред какой-то… — проворчал себе под нос младший коллега и направился к спасательному катеру. — Полетели, пока дракон не проснулся.

— Действительно… — Ежов остановился и окликнул: — Эй, отшельницы! А что вы будете делать, когда дракон проснется? Мы-то улетим, а вы с этим контуженным дедом?

— Это наш дракон, — охотно разъяснила дама с ружьем. Просто так, непринужденно. Дракон у них, видите ли, свой собственный. И «Веселый Роджер» на крыльях нарисован, наверно…

— Вовчик, — несмело окликнул напарник, когда за ними задвинулась дверь, — а что же мы Главному скажем? Так и объясним, что на нас напали «смиренные отшельницы» с мечом и допотопным ружьем и грозились натравить своего ручного дракона? Он же нас за идиотов примет…

— Сам знаю, — огрызнулся старший товарищ, который действительно прекрасно сознавал, как будет выглядеть их рассказ об одноглазой бандитке и ее невидимой подружке. — А что делать? Беспристрастно изложим факты, а выводы пусть Главный делает сам. Если как-то можно спасти положение, пусть еще что-то хитрое придумает. Одно тебе скажу: на глазах у родственников добивать Макса я не возьмусь.

Примерно в этот же момент Макс Рельмо, провожая взглядом взлетающий диск, произнес:

— Соврал, паразит. Был у него телефон. Теперь ясно, зачем он сюда прилетал. Интересно, теперь они откажутся от своей идеи или все-таки попытаются добить?

— А если попытаются? — испугалась Ольга. — Мы можем вас как-то защитить?

— Что ж вы раньше не сказали, что он прилетал вас добить? — поддержала ее здравомыслящая королева. — Если б мы точно знали, что это враги, мы б этих ребят взяли в заложники, пусть бы они со своим начальством связались и передали…

— Не помогло бы, — вздохнул Макс. — Даже если Вовчик лично готовил мой катер перед вылетом, им пожертвуют. Легко. Лучше скажите, сколько времени нужно вашему дракону, чтобы проспаться?

— В тот раз мы гудели до трех ночи, — с готовностью принялась высчитывать «невестка», — и откушал наш герой примерно столько же, как и сегодня, только не за один глоток. А когда нас король распинал в пол-одиннадцатого, Хрисс так и не встал, потому что ему было очень плохо. Но проснулся. Значит, часов семь-восемь ему надо как минимум. Употребил он с самого утра, еще семи не было, а сейчас уже часа три, если не больше… Скоро проснется, наверно.