КГБ СССР. 1954–1991 гг. Тайны гибели Великой державы - Хлобустов Олег Максимович - Страница 53

Здесь особо следует отметить роман и его экранизацию «ТАСС уполномочен заявить…», созданы известным журналистом и писателем Юлианом Семеновым по реализованной КГБ разработке агента американской разведки «Трианона». (Ю.С. Семеновым был также автором статьи о задержании с поличным агента ЦРУ под глубоким прикрытием М. Петерсон, ставшим последним эпизодом дела «Трианона», опубликованной в «Известиях» в июле 1977 г.).

В 1978 г. приказом председателя КГБ была учреждена ежегодная премия за лучшие произведения в области литературы и искусства о чекистах.

В сентябре 1984 г. при Центральном клубе КГБ СССР им. Ф.Э. Дзержинского был открыт «Чекистский кабинет» — выставочно-демонстрационный зал по истории советских органов госбезопасности[14].

Ранее на Малой Бронной улице в Москве был открыт Музей пограничных войск КГБ.

Представление о видении Ю.В. Андроповым места и роли КГБ в обеспечении безопасности Советского Союза дает ряд его выступлений на совещаниях руководящего состава.

На совещании руководящего состава органов и войск КГБ 22 июня 1971 г., наряду с расширением масштабов разведывательной деятельности ведущих империалистических государств, председатель КГБ отмечал также их стремление перейти к активизации политического воздействия на страны социалистического содружества, добиваясь ослабления их единства, и пытаясь использовать для этого отдельные негативные моменты в их общественной жизни.

С помощью националистов, ревизионистов и других враждебных элементов, противник стремится извратить марксистско-ленинскую идеологию, подорвать роль коммунистических партий в социалистических странах и вбить клин в отношения между ними.

Важным фактором, определяющим развитие всей жизни нашей страны, подчеркивал Андропов, «является укрепление общенародного государства, дальнейшее расширение социалистической демократии. В последнее время в этом направлении был сделан новый крупный шаг вперед. «Преодоление культа личности, а также последствий субъективных ошибок, — говорил т. Л.И. Брежнев, — позволило создать в партии и обществе такую морально-политическую атмосферу, которая благоприятствует хорошей и дружной работе. И всем нам надо заботиться о том, чтобы эта атмосфера сохранялась ясной и чистой» (Брежнев Л.И. Ленинским курсом. Речи и статьи. Т. 3. М., 1972, с. 348). Это указание является очень важным отправным пунктом для чекистской работы, поскольку из него вытекают многие важные выводы».

Характеризуя «стремление противника к «размягчению позиций социализма изнутри», Андропов говорил о попытках и стремлении зарубежных идеологов «маскировать его различными оболочками «улучшения» социализма, устранения его «недостатков», чтобы, воздействуя на неустойчивые элементы общества, добиться главной цели — ликвидации социализма».

Мирное сосуществование, подчеркивал Андропов, не ликвидирует противоборства с попытками внешнего противника оказывать выгодное ему воздействие на СССР; по этой причине тайная война с вражескими спецслужбами только расширяется, принимая подчас весьма острые формы. (Отметим, что это предвидение оказалось пророческим, что подтвердилось в последующие годы).

Но уже в 1971 г. председатель КГБ подчеркивал, что стремление зарубежных антисоветских центров подстрекать часть населения Советского Союза к экстремизму, массовым беспорядкам, терроризму. Что должно было продемонстрировать заинтересованной «зарубежной общественности» «несогласие» и активный «протест» населения против политики коммунистической партии.

В качестве еще одной особенности тактики разведывательных служб Запада называлось объединение их подрывных усилий, создание различных координационных центров, включение в сферу разведывательно-подрывной деятельности «периферийных» государств «третьего мира», стремление расколоть международное Движение неприсоединения.

Общий вывод Андропова состоял в необходимости совершенствования методов противодействия каждому из используемых спецслужбами зарубежных стран видов и средств разведки — космической, радиотехнической, технической, HUMINT (под этим термином на Западе понимается любой вид разведки с использование личных, межперсональных контактов), выдвигая на первое место борьбу с агентурным проникновением к государственным секретам СССР и других социалистических государств.

Главный залог успеха органов безопасности социалистических государств, это не оборона, а навязывание противнику тактики, исключающей реализацию им своих планов и замыслов.

В том же 1971 году председатель КГБ отмечал стремление израильских спецслужб инспирировать массовую эмиграцию советских граждан в эту страну, замышляя таким образом спровоцировать национальную рознь, сплотить и толкнуть на путь конфронтации с властью отдельные национальные группы, особенно имеющие многочисленные компактные диаспоры за рубежом. (Данные тактические установки противника были учтены чекистами при организации противодействия акциям идеологической диверсии).

Также для понимания задач и анализа деятельности органов КГБ необходимо учитывать установки Ю.В. Андропова в отношении лиц, под влиянием разного рода факторов, совершавших противоправные действия.

Оставаясь на юридической базе закона, указывал Андропов еще в 1971 г., чекисты должны искать меру пресечения, наиболее целесообразную в данных условиях. Это могут быть уголовные меры, меры чекистско-оперативного арсенала, профилактические меры. Но надо научиться серьезно и глубоко заниматься каждым, кто попал в плен западной пропаганды. Причем заниматься дифференцированно, находить такие стороны в характере и поведении этих людей, элементов, на которые можно воздействовать в позитивном плане.

Председатель КГБ подчеркивал, что «профилактика является составной, органической частью всей агентурно-оперативной деятельности, важнейшим методом решения возложенных на органы госбезопасности задач. Выявление, предупреждение и пресечение подрывной деятельности противника — это три стадии единого цикла контрразведывательной деятельности; они органически связаны между собой и их нельзя разрывать или противопоставлять друг другу. Но если говорить о соотношении профилактических мер с другими мерами пресечения, то во всей нашей деятельности приоритет должен принадлежать профилактике, предупреждению государственных преступлений».

И здесь необходимо сказать еще об одной чрезвычайно важной инициативе председателя КГБ Ю.В. Андропова: 25 декабря 1972 г. Президиум Верховного Совета СССР принял Указ «О применении органами государственной безопасности предостережения в качестве меры профилактического воздействия».

Однако, при всей своей значимости и актуальности, этот законодательный акт имел один чрезвычайно важный недостаток. А именно: по трудно объяснимой причине, он имел гриф «Не для печати», что существеннейшим образом снижало эффективность его предупредительного воздействия. В этой связи этот Указ, а также инструкция по его применению объявлялись приказом КГБ при СМ СССР N 0150 от 23 марта 1973 г.

Сама процедура вынесения предостережения включала в себя подготовку мотивированного заключения о вынесении профи-лактируемому лицу официального предостережения в связи с совершением им противоправных проступков. Далее при вызове профилактируемого в органы КГБ ему оглашалось данное заключение и предлагалось расписаться за ознакомление с ним.

В случае отказа гражданина от подписания заключения, сотрудниками КГБ составлялся протокол об объявлении ему официального предостережения.

Профилактируемому также разъяснялось, что заключение это, вместе с протоколом объявления официального предостережения, будут переданы в прокуратуру и, в случае привлечения его к уголовной ответственности за подобные действия в будущем, будут иметь силу процессуального доказательства неоднократности совершения инкриминируемых ему противоправных деяний.

С одной стороны, процедура эта оказывала серьезное сдерживающее значение на профилактируемое лицо, с другой стороны, — предоставляла ему право обжаловать вынесенное предостережение в органы прокуратуры.