Верный меч (ЛП) - Aitcheson James - Страница 86

Я смотрел на него несколько минут. Казалось, он не торопится попасть в порт сегодня вечером, потому что парус судна был свернут. Вместо этого он дрейфовал, покачиваясь на зыби прилива, его весла еле двигались, словно ожидая чего-то.

-Посмотри, - сказал Эдо, указывая на юг. - Туда.

Я проследил направление его пальца, и увидел в четверти мили от места слияния рек защищенную бухту с илистыми берегами. Там, почти скрытый линией деревьев мерцал оранжевый свет, который мог исходить от костра, вокруг которого сидят несколько человек. Я не мог сказать, сколько их, мы были слишком далеко, чтобы разглядеть, но я не сомневался, что одним из них окажется Гилфорд.

-Это он, - сказал я. - Это должен быть он.

От мысли, что все могло быть потеряно, мои сомнения отпали. Сердце бешено забилось в груди, я дернул поводья и в последний раз пустил лошадь галопом.

-За мной, - закричал я.

Я стиснул зубы и сжал скобу щита с такой силой, что ногти впились в ладони. Мимо промелькнули и остались за спиной чахлые, изорванные ветром деревья. Сквозь их ветви я видел бухту, где у камней была пришвартована баржа с низкими бортами. Костер ярко горел на берегу; вспыхнула и пропала искра света на железе доспеха.

Я посмотрел в сторону Темзы, корабль теперь казался ближе. Возможно, он оказался здесь не случайно, он был как-то связан с Гилфордом. И если это так, то мы должны были добраться до баржи раньше них. Кровь бешено бурлила, но даже в азарте погони я понимал, что втроем мы не справимся со всей командой корабля.

Я послал лошадь быстрее, ругаясь себе под нос. Наконец, деревья закончились, и мы мчались вниз по склону среди кустарника и камней. Впереди берег пересекал неширокий ручей, и мой конь с плеском вступил в него. Брызги веером ударили в лицо, но я не обратил на них внимания. Я услышал хруст камешков из-под копыт; трава уступила место гравию, когда мы вылетели к кромке воды. Я посмотрел вверх и там, прямо перед собой увидел костер.

Люди бежали от него в разные стороны, торопясь схватить свои копья и мечи. Я закричал, позволяя ярости битвы заполнить меня. Мой меч скользнул из ножен, и я с ревом поднял его к небу.

-За Мале, - крикнул я, и услышал, как Эдо и Уэйс дружно повторили рядом со мной: - За Мале!

У огня стояли два рыцаря: один короткий, другой длинный, как и говорил декан Уилфин. Их мечи были обнажены, щиты готовы выдержать испытание на прочность при столкновении с нашими.

А за их спинами около баржи я увидел священника. Он не двигался. Его глаза были устремлены на нас, а ноги словно вросли в землю. Похоже, он и подумать не мог, что когда-нибудь снова встретится с нами, и все же мы были здесь.

-Без пощады! - Крикнул я, опуская меч на щит высокого рыцаря.

Он ударился о шишку в середине, скользнул по поверхности, и я проехал вперед и развернулся к англичанину, который бросился на меня с баржи, что-то крича на своем языке. Он поднимал над головой топор, но я уже увидел его, и мой клинок был быстрее, опустившись ему на руку, прежде чем он успел размахнуться, отсек ему три пальца и нашел его горло. Хлынула кровь, он упал на колени, схватившись обеими руками за горло, а затем рухнул лицом вниз на землю.

Но я не мог задерживаться даже на мгновение, потому что высокий рыцарь надвигался на меня, нанося град ударов по моему щиту. Ниже обода шлема, над глазом я видел тот самый шрам, о котором сказал Уилфин, и который я запомнил несколько недель назад.

Наши глаза встретились, и усмешка узнавания появилась на его губах.

-А, мой дружок из Лондона, - сказал он, тяжело дыша. - Фулчер Фитц Жан.

-Меня зовут Танкред, - я сплюнул на землю. - Танкред Динан.

Я тяжело обрушил меч на его шлем, быстрее, чем он успел поднять щит; раздался скрежет стали, когда мой клинок скользнул по его наноснику. Под силой удара его голова рывком откинулась назад, и он пошатнулся.

-Ублюдок, - выдохнул он, когда кровавая струя потекла у него из ноздрей и закапала на кольчугу. - Вот ублюдок.

Вокруг нас галдели корабельщики. Большинство из них уже вытащили свои ножи, но лишь не многие осмелились напасть; остальные, видя ярость наших клинков, бежали на берег под защиту деревьев. Я искал взглядом Гилфорда, но среди всеобщей суматохи не мог его разглядеть.

Рыцарь со шрамом взвыл, снова становясь напротив меня, огонь отражался в его бешеных глазах, но он позволил гневу подавить свой разум, и атаковал безрассудно. Он дрался с дикой яростью, забыв о расчете и обороне, а я с легкостью отбивал его наскоки.

С фланга я был защищен костром: его оранжевые и желтые языки, скручиваясь и танцуя, тянулись к небу. Пламя плясало на моем клинке, отражаясь в полированной стали, я сосредоточил все свои силы в правой руке и, выждав момент, обрушил весь вес оружия на его плечо.

Его щит был опущен к бедру, но вместо щита он поднял меч; вероятно, он ожидал моего хода и теперь хотел парировать меня. На краткий миг наши клинки столкнулись, но он не мог сдержать силу моего удара; вдруг с громким треском сталь его клинка раскололась, лезвие треснуло и отлетело в сторону, оставив его с одной рукоятью в кулаке.

Удивление, смешанное с ужасом, отразилось на его лице, и теперь он, наконец, попытался поднять свой щит, но было слишком поздно. Я нанес прямой удар сквозь звенья его кольчуги под ребра глубоко в грудь, потом повернул лезвие, толкая его все глубже, и он испустил последний вздох. Его глаза остекленели, и, когда я вырвал клинок, его ноги подкосились, и он опрокинулся назад в огонь. Облако искр поднялось в ночное небо, когда огонь начал пожирать его тело.

Я оглянулся в поисках следующей жертвы, но на берегу почти никого не осталось. Те, кто не догадался сбежать, полегли под мечами Эдо и Уэйса; второй наемник уже лежал мертвый на камнях. Я еще раз взглянул в сторону Темзы, выискивая силуэт корабля. Но отсюда, с берега, его не было видно: бухта приютилась между двух длинных холмов, которые полностью закрывали обзор. Но как только корабль минует один из них, на борту заметят свет костра, и все будет потеряно.

-Огонь, - крикнул я Эдо и Уэйсу. - Тушите его!

Движение на барже привлекло мое внимание. Гилфорд. Он с отчаянием смотрел на меня, широко открыв глаза, его лицо в свете костра было белее снега. Он уже не был тем добрым и щедрым человеком, которого я впервые узнал в Эофервике, и которым он никогда не станет снова. Теперь я знал, что за этими глазами таился разум, способный на самое тяжкое предательство и обман. Он стал врагом моего господина.

Я оставил лошадь и побежал к нему, с шестом перепрыгнув через борт баржи на палубу. Англичанин стоял у противоположного борта около большого, окованного железными полосами ящика больше шести футов в длину и по два в ширину и высоту.

Гроб, догадался я, и не простой гроб, а самого узурпатора. Гарольда Годвинсона, клятвопреступника, врага Бога и короля. На нем не было никакой надписи, но этого следовало ожидать, раз он был похоронен в тайне с ведома всего нескольких человек.

-Все кончено, Гилфорд, - сказал я. - Мы знаем о твоем плане.

Он молчал, не отводя глаз от меня. С едва слышным шорохом он достал из ножен под плащом сакс и держал его перед собой обеими руками, словно предупреждая меня не подходить ближе.

-Ты будешь драться со мной? - Спросил я скорее с удивлением, чем с презрением.

Я никогда не до сих пор видел англичанина, владеющего мечом хуже священника, не говоря уже о том, чтобы драться против трех противников, но вот он бесстрашно встал передо мной.

Край лезвия его сакса блеснул в последнем свете костра, словно огненная игла. Краем глаза я заметил, как быстро Уэйс и Эдо затаптывают огонь.

-Вы не получите его, - произнес Гилфорд с ненавистью в глазах. - Он мой король!

-Гарольд никогда не был королем, - сказал я, продвигаясь к нему шаг за шагом. - Он был узурпатором и клятвопреступником.

-Это ваш ублюдок Гийом узурпатор, - он сплюнул под ноги. Гилфорд отступал, держа дистанцию и кружа вокруг гроба. - Он украл корону с помощью огня и меча, убийства, насилия и грабежа.