Сказки Западной Африки. Живой огонь - Автор неизвестен - Страница 80

Посмотрели все на ноги цесарки, и впрямь багровые. Затем заговорил попугай:

— Старейший — я. Когда явился я в мир, не существовало ни оружия, ни инструментов. Именно я изобрел молоток, орудия кузнеца. Долбил железо клювом, сгибал его, вот и погнул клюв.

Посмотрели на клюв попугая: и впрямь искривлен он, и воскликнули:

— Э-э! Попугай — очень древняя птица! Заговорил слон:

— Я старше попугая и цесарки. При сотворении бог неба наделил меня длинным носом, на зависть другим.

Взглянули все на слона и воскликнули:

— Э-э! Слон действительно очень древен!

Затем перед судьей предстал кролик. И начал так:

— Старейший — я! Когда появился я на свет, не существовало ни дня, ни ночи.

Животные одобрительно произнесли:

— Э-э-э! Разве не он самый старый? Последним говорил дикобраз:

— Старейший — я. Когда я родился, земля была еще как масло, по ней ходить было нельзя.

Что и говорить, веское доказательство! Животные одобрительно сказали:

— Э-э-э! Кто может быть старше дикобраза?

И вот все стали ждать решения Анансе. Он гордо восседал в скорлупе и, покачивая головой, произнес:

— Если бы сразу ко мне явились, я избавил бы вас от споров. Ведь это я — старейшина всех тварей в мире. Когда я родился, земля еще не была сотворена, так что негде было даже ступить. Когда умер мой отец, его и похоронить негде было — ведь земли еще не существовало.

Вот я и вынужден был похоронить его в собственной голове.

Выслушали животные Анансе и тут же объявили:

— Э-э-э! Кваку Анансе — старейшина всех живущих на земле! Как могли мы в этом сомневаться?

Как Анансе занимал деньги

Понадобились однажды пауку Анансе деньги. Попросил он у соседей, да никто не хочет давать, больно слава о нем худая. Кого только ни умолял: леопарда, антилопу, цесарку, ястреба, черепаху — кругом отказ. Пришлось пойти в дальний лес к змею Овоху. Тот одолжил денег. Но всего на три недели.

Одна неделя прошла, другая, третья. Надо долг отдавать, а денег нет. Думал, думал Анансе, как ему быть, и наконец надумал. Накопал полную корзину ямса, поставил корзину на голову и отправился к змею.

— Ты уж извини меня, — сказал он Овоху. — Нет у меня денег. Придется тебе подождать дня два-три. А чтобы ты не сердился на меня, я принес тебе в подарок половину этой корзины.

Долго улещал Анансе змея, наконец тот согласился обождать несколько дней. Подаренным ему ямсом он поделился с друзьями. Свою же долю Анансе оставил в корзине.

Среди ночи паук поднялся и вышел. Отнес свой ямс в кусты и там его закопал. Вернувшись, поставил пустую корзину перед хижиной, а сам лег спать. Поутру он спросил Овоха:

— Где мой ямс?

Овох ничего не мог сказать. Тогда Анансе пригрозил, что подаст жалобу на жителей этой деревни: они-де украли весь его рис.

Так он и сделал.

Жители деревни встревожились.

— Какой же это вор похитил у щедрого Анансе его ямс? — недоуменно переговаривались они.

Вождь созвал всех окрестных крестьян.

— Есть только один способ найти виновного, — сказал им Анансе. — У меня есть волшебный нож. Я проведу им по коже каждого из вас. Невиновного он даже не оцарапает, того же, кто украл, он лишит жизни.

Все согласились подвергнуться испытанию. Первой вышла цесарка. Анансе быстро провел тупой стороной ножа по ее оперенью. То же он проделал с черепахой, кроликом и другими. К Овоху, однако, он так и не подошел. Тот сам попросил:

— Проверь и меня.

— Что ты! — возразил Анансе. — Ты мой хозяин. Нет, нет.

Но змей настаивал:

— Проверь и меня. Ведь это около моего дома у тебя украли ямс. Пусть все видят, что я невиновен.

В конце концов Анансе согласился:

— Хорошо. Если ты так хочешь, испытаю и тебя.

И, повернув нож, он провел острой стороной по коже Овоха.

— Вот он вор, — сказали все.

Змей тут же умер. Он перекатился на спину, кверху брюхом, как будто желая сказать: «О боги! Посмотрите, какой тощий у меня живот. Не ел я ямса».

Вот почему всякий раз, когда приканчивают змею, она поворачивается брюхом к небу, как бы стараясь доказать свою невиновность.

Как Анансе завладел сказками

Было время, все сказки принадлежали богу неба — Ньяме. Пауку Кваку Анансе очень хотелось завладеть ими. Отправился он однажды к Ньяме и попросил:

— Продай мне сказки.

— Я бы не прочь, — ответил бог неба, — да только я дорого запрашиваю. Многие уже просили меня об этом, а как услышат цену, сразу отступаются. Даже самые богатые.

— Чего же ты хочешь?

— Выполни три моих условия. Первое — принеси мне Мбооро, шершней. Второе — принеси удава Онини. И третье — принеси леопарда Осебо.

— Выполню я твои условия, — сказал паук. Вернувшись домой, он взял два калебаса. Один — большой, другой — поменьше. Большой наполнил водой, тот, что поменьше, оставил пустым, только проделал маленькое отверстие. Подойдя к дереву, где жили шершни, он облил себя водой. И шершней обрызгал. А потом и говорит:

— Что это вы мокнете под дождем, шершни? А те отвечают:

— Куда же нам деваться?

— Да вот, полезайте в мой калебас. Там сухо.

И он поднял небольшой калебас. Шершни поблагодарили его и один за другим влетели в отверстие. Анансе заткнул отверстие пучком сухой травы и пробормотал:

— Ну и дурачье же вы, шершни.

Он вырезал в лесу бамбуковый шест и несколько крепких лиан и направился к дому удава, приговаривая на ходу:

— Ну и глупая у меня жена! Выдумала, будто удав не такой крепкий и длинный, как этот шест. Да ничего подобного. На самом деле он еще крепче и длиннее.

— Что ты там мелешь? — удивился удав Онини, когда он подошел поближе.

— Видишь ли, я поспорил со своей женой, — объяснил Анансе. — Она твердит, будто ты не такой крепкий и длинный, как этот шест. А я доказываю, что она не права.

— Что за дурацкий спор! — прошипел Онини. — Давай сюда шест. Я лягу рядом, и все сразу станет ясно.

Анансе положил шест на землю. Удав вытянулся.

— Как будто ты немного короче, — сказал паук. Онини попробовал растянуться еще сильнее.

— Никак не пойму, длиннее ты или короче, — глядя на него, сказал Анансе. — То голова высовывается, то хвост не достает. Дай-ка я привяжу тебя к шесту.

Паук прочно прикрутил удава лианами — тот даже не мог пошевелиться.

— Оказывается, моя жена права, — сказал паук. — Ты короче шеста и не такой крепкий. И гораздо глупее, чем я думал. Теперь ты мой пленник.

Анансе отнес калебас с шершнями и удава к Ньяме и сказал:

— Вот я выполнил два твоих условия.

Затем настал черед леопарда Осебо. Паук отправился в лес и выкопал глубокую яму там, где обычно прохаживался леопард. Прикрыл ее ветками, закидал землей и спрятался. Ночью, выйдя на охоту, леопард свалился в эту яму.

«И он тоже глупее, чем я ожидал», — подумал паук. Утром он подошел к яме и с издевкой спросил леопарда:

— Что ты там делаешь?

— Да вот, угодил в ловушку, — пожаловался Осебо. — Помоги мне.

— С удовольствием бы помог. Но ведь ты неблагодарный зверь. Если я вызволю тебя из беды, рано или поздно ты проголодаешься и сожрешь меня и моих детей.

— Клянусь, что нет! — взмолился Осебо.

— Ну хорошо. Я вытащу тебя.

Анансе нагнул высокое дерево, привязал к макушке веревку, а другой конец бросил в яму.

— Прикрепи веревку к хвосту. Да так, чтобы не оторвалась. Прикрепил?

— Да.

— Стало быть, ты куда глупее, чем я думал.

Анансе отпустил верхушку, дерево с шумом распрямилось, и леопард повис головой вниз, извиваясь и крутясь в воздухе. Анансе убил его, а тело отнес богу неба.

— Вот я выполнил и третье твое условие. Рассчитался с тобой сполна.

— Многие храбрые воины и могущественные вожди пытались выполнить мои условия, но у них ничего не получалось. Ты превзошел их всех находчивостью и смелостью. С этого дня все сказки — твои. Отныне каждый человек, перед тем как рассказать сказку, должен оповестить всех, что она принадлежит тебе, Анансе.