Искры и зеркала - Ларичева Дорофея - Страница 35

У них намечались успехи в фильтрации памяти. Собранные у лучших ученых знания были растиражированы среди поселенцев.

А в десяти верстах от Новогорода за березовой рощей, на левом берегу реки межзвездный корабль готовился к отлету. Весь город перебывал на космодроме, да что город, люди со всей страны летали поглазеть на диво, фотографировались на фоне черного с серебром колосса, покупали подарочные сувениры и открытки с его изображением. Все словно помешались на предстоящем полете.

Государь торопил, справедливо опасаясь предательства союзников. В прошлом те не раз отказывались от данного слова, но ожидаемая выгода от колонизации была столь заманчива, что былые дрязги временно позабыли.

Тут-то и начались проблемы. Вначале первый из пятерки исследователей впал в кому вместе с несколькими подопытными. Присланная инспекция списала все на несчастный случай. С людскими жертвами при воплощении в жизнь больших проектов обычно не считаются.

Только я обратил внимание на странное поведение ученых, – продолжал Ланс. – Ни толики печали не было в их словах по поводу произошедшего. Я начал подозревать проведение несанкционированных экспериментов, стал искать доказательства. Меня пару раз подкарауливали, избивали, запугивали. Я не боялся, верил – на моей стороне правда и слово государя. Папка улик разрослась достаточно, чтобы начать полноценное дознание. Но случилось страшное – мою жену… мою Аню и нашего неродившегося малыша сбила машина. А вечером мне прислали предупреждение: не остановлюсь – я следующий.

Он перевел дух, помолчал, собираясь с силами. Далекое прошлое, казавшееся поблекшим, затершимся за чередой прожитых жизней, ожило и встало перед внутренним взором, точно случилось вчера. Его слушали, не перебивали, сопереживая. Он сенс, он чувствовал.

– Я затаился, но не отступил, снедаемый горем и жаждой мести. Я подобрался к этим сволочам совсем близко. Жизнь доказала – не зря. Люди, прошедшие ускоренное обучение, начали умирать. Вначале чернели лицом, иссыхали до состояния мумий, отказывались от еды и воды, потом забывали себя. Приказ о штурме дьявольского логова последовал незамедлительно. Я был в группе захвата лаборатории, но, когда мы ворвались внутрь, арестовывать было некого. Четыре впавших в глубокую кому тела – все, что мы нашли. Я не верил в их самоубийство. Государь был в ярости и требовал ответа. После быстрого, но обстоятельного расследования вскрылся побег. Я и еще один, обреченный на гибель ученый с «расширенной памятью» вызвались добровольцами последовать за беглецами. Я дал клятву, я ее исполню.

– И сколько ты так скитаешься? – ужаснулся Роберт.

– Осенью будет двадцать восемь лет. Я сменил три тела, обзавелся новыми личностями, впитав и растворив их в себе. Теперь я не раздавленный горем инспектор, но по-прежнему ненавижу этих экспериментаторов.

– Зачем им мы, если они построили устройство ретросдвига? – удивилась Маша.

– Ни одно устройство не работает эффективно без живого проводника, наделенного даром, – забрасывает наугад, куда ни попадя. Думаю, они хотели сбежать из этого мира в тот, где сейчас властвует Бета, на родину Дорофеи. Девушка послужила бы проводником.

– Не согласна, – покачала головой Ника, поднимаясь со скамьи. – Они здесь надолго. Так называемые «метеориты» – их рук дело – источник мутаций, катализатор эволюции.

– Выдайте мне сто грамм дополнительных мозгов! – ужаснулся Роберт. – Где ты взяла столь антинаучную информацию?

– Я расскажу. Но вообще это секретно, – для острастки напомнила она. – Приказом высокого начальства вам заочно присвоен высокий уровень доступа со всеми вытекающими последствиями.

– Плавали, знаем, – усмехнулся приезжий профессор. Хотя, кто им поверит. Обыватели, пока сами не столкнутся с бедой, будут высмеивать. Немногочисленные ученые и военные, посвященные в секрет, все понимают и молчат. Что они противопоставят ускоренной эволюции?

– Год назад в окрестностях Иркутска появился необычный пилигрим, – тихо произнесла Вероника. – Его обнаружили не сразу, но выявив, не решились разделять с местным, боясь лишиться ценного источника информации. Увезли в столицу, созвали доверенных сенсов, психологов и прочих даровитых, совместными усилиями обследовали пришельца и выяснили… Илья Рюкин пятидесяти четырех лет от роду, проживший на Земле-56, в нашем мире, если кто не в курсе, вплоть до две тысячи сто шестьдесят четвертого года, нашел одноразовую установку ретросдвига, собрал ее в домашних условиях и сбежал в иной мир за лучшей жизнью. Он надеялся попасть в более отсталое общество, простое и понятное, лишенное главной напасти – магии.

– Стой, что ты понимаешь под этим термином? – возмутился реалист Соловьев.

– То, о чем пишут в сказках и ненаучной фантастике, Бронечка, – невесело улыбнулась Ника. – Не перебивай, будь добр. Вот расскажу, тогда задашь вопросы.

Магия на Землю-56 пришла внезапно. Всего за неполную сотню лет с момента падения так называемых метеоритов, «семян изменения», как будут называть их в будущем, в человеческих генах произошли необратимые мутации, разбив человечество на три расы. Собственно людей, среди которых возвысились невосприимчивые к чужим воздействиям, – она красноречиво посмотрела на Ноэля с Броней, – магиков, способных влиять на живую и неживую материю, преобразуя ее и энергетиков, сенсов по-нашему, чувствующих настроения людей, способных напрямую взаимодействовать с различными видами энергий.

Появление новых способностей вызвало передел власти – кровавый и затяжной. По нашим сведениям он уже начался, но станет достоянием общественности к августу этого года. Террористы и религиозные фанатики, объявившие себя новыми мессиями, будут только верхушкой айсберга.

В течение полутора десятков лет произойдет резкое сокращение численности населения, технологии будут доступны лишь избранным. Ко времени жизни товарища Рюкина Земля-56 будет самым настоящим миром меча и магии.

К тому моменту у нас резко возрастет число мигрантов-туристов. Вселяясь в тела местных обитателей (кстати, независимо от возраста жертв) на срок от месяца до нескольких лет, они будут проживать чужие жизни, копить опыт, развлекаться, не задумываясь о последствиях для своих носителей и принявшего их мира.

Илья Рюкин, дважды приняв в себя туриста, лишился семьи, работы, имущества, переселился на другой край света, потерял здоровье, употребив сильный наркотик. Существование под влиянием разума мигрантов он помнил смутно, но достаточно хорошо, чтобы понять – пора бежать как можно дальше. Кто-то превратил его родной мир в кошмарный коммерческий аттракцион и не оставил ему выбора.

Отдав остатки сбережений, ограбив нескольких человек, на черном рынке Рюкин раздобыл устройство ретросдвига. Но при побеге произошел сбой, и Илья угодил не в чужой мир, а сюда – за семьдесят пять лет до своего рождения.

– Занимательно, – вяло отреагировал Роберт. – Я что-то подобное смотрел в юности. Старинный сериал сезонов этак на десять – пятнадцать. Облучения, превращения, трансформации, битвы одного добра с другим, имеющим иную точку зрения. По молодости забавно, но с накоплением интеллекта начинает напрягать.

– Это у тебя-то интеллект? – начал было Броня, но под строгим взглядом Вероники завял.

– Я общалась с Рюкиным и могу поклясться: он не лгал.

Позабытый всеми Ланс заерзал на жесткой скамье.

– Если так, – сник он, – все еще хуже, чем я думал. Но рад, что мы теперь союзники.

– Размечтался, – буркнула Ника. Она была не в духе. Бессонные ночи вымотали ее больше, чем погони и преследования. Лицо осунулось, потемнело, волосы растрепались, перепутались. Прилечь бы хоть на пару часиков. Тем более наверху уже десять вечера…

А вот Доре было не до сна. По ее спине зазмеилась струйка пота, стекшая из-под волос. Выходит, она стала первой туристкой. Хотя нет, посылкой Беты его сообщникам! Что там Вероника с Лансом говорили – у нее способности медиума? Она помогает путешественникам настроиться на свой родной мир? Ужас какой! Во что она, дура, ввязалась? И как из этого выбираться? Страшно очень.