Богатых убивают чаще - Рогожин Михаил - Страница 67

67

— На этот раз все кинутся к Ядвиге, — успокоила его Кира.

— Кроме меня! Запрещаю тебе нас знакомить! — категорически предупредил он.

Кира поклялась. Но совершенно забыла об этом, как только заприметила поднимавшегося на террасу Чиланзарова. Обняла его и тотчас повела в дом прямо к принимавшей у камина гостей прорицательнице.

— Ядвига, это мой друг и гениальный хирург Петя Чиланзаров!

— О… — благосклонно оценила Ядвига, — женщины должны позволять вам оперировать без наркоза.

— Они мне многое разрешают делать без наркоза, — подтвердил Петр Наумович, сочтя ее шутку вполне уместной.

Кира взглянула на горящие глаза Чиланзарова, на зардевшиеся румянцем щеки, на почти юношескую улыбку, озарившую его лицо, и поняла, что больше выступать против Ядвиги он не будет.

— Надеюсь, вас сегодня не замучают профессиональными вопросами? — продолжила Ядвига.

— Ах, если бы профессиональными! Мне рассказывала Кира, что вам тоже приходится не сладко.

— Со мной проще. Моих слов боятся.

— Я вас ни о чем не буду спрашивать, — кивнул седой шевелюрой Чиланзаров.

— Вы проживете долго и счастливо. Только пить старайтесь поменьше. С вашим сахаром шутить не стоит. И не лихачьте за рулем. Тем более что тормозные колодки у вашего «Опеля» пора менять.

— Убедительно. Но так я тоже умею, — решил не сдаваться на милость очарованию прорицательницы Петр Наумович.

— Ну, а как тебе Петелин? — вмешалась Кира, чтобы не допустить до ссоры.

Ядвига слегка повела круто выгнутой бровью.

— Петелин? А где он?

— Да вот же, рядом с Вакулой и Майей.

— Это не Петелин, — пристально посмотрев на указанного мужчину, констатировала Ядвига.

— Да как не Петелин? Ты просто забыла его.

— Нет. Отлично помню. Но это не Петелин.

— С ума с вами сойдешь! — возмутилась Кира. — Петя, посмотри, кто стоит с Вакулой и Майей у фонтана?

Петр Наумович не спеша достал очки, надел их, повернулся, долго всматривался и подтвердил:

— Петелин.

— Извините нас, коллега, — прорицательница взяла за руку Киру и отвела в сторону. — Поверь мне, этот человек похож на Петелина, но он не Петелин.

— Не может быть, — прошептала Кира.

— Может. Произошла какая — то подмена. Я это ощущаю на уровне биополей. Это страшный человек. Бойся его. Он хочет тебя убить.

От этих слов, вернее от серьезности и убедительности, с которыми они были сказаны, Кира едва не упала в обморок. Слегка покачнувшись, она закрыла лицо руками и словно во сне вспомнила фотографии… Как можно было не верить Ядвиге, если она сама, сравнивая фотографического Петелина и живого, поразилась несоответствию выражения лица и особенно глаз. На фотографии Евгений был щемяще милым, добрым, искренним человеком. Рядом с ним проигрывал даже глубоко засевший в душе Перфилов. А тот, что стоял рядом с Вакулой и Майей, излучал какую — то отрицательную энергию.

— Что же делать? — растерянно прошептала она.

— У тебя с ним уже что — нибудь было?

— Никогда! — возмутилась Кира.

— И хорошо.

— А где настоящий? — охваченная ужасом, спросила Кира.

— Пока не знаю.

— Его убили?

— Возможно.

Кира хотела возмутиться безразличию, с которым Ядвига отвечала на вопросы, но к ним подошел Чиланзаров.

— Судя по физиономии Киры, что — то случилось?

— Нет. Просто на лбу вашего Петелина крупными буквами написано: «Exitus Letalis».

— Что? — не поняла Кира.

— Исход смертельный, — задумчиво перевел Петр Наумович. Еще раз взглянув в сторону Петелина, он покачал седой головой. — Такие диагнозы на глаз я не ставлю.

Петелин, почувствовав пристальное внимание к собственной персоне, слегка занервничал. Он и так, помня наставления старухи, вел себя, как надутый индюк. Говорил через губу. С большими паузами. Смотрел поверх голов людей, желавших с ним познакомиться. Как ни странно, но такое поведение впечатляло. Особенно женщин. Одет Петелин был с иголочки. Постаралась Фрунтова. Темно — синий блейзер от Версачи, мышиного цвета брюки, яркий галстук — все помпезно, солидно и значимо. Лысая голова придавала ему степенность и уверенность в себе.

— На самом деле на душе у него было тревожно. Поэтому он почти не пил и согласился покинуть гостеприимный дом Баринова, как только Кира сообщила, что уезжает.

К тому времени она уже была изрядно пьяна. Откровения прорицательницы заставили заливать страх виски. Чиланзаров покрикивал на нее, но не помогало. От испуга Кира веселилась на всю катушку. Пела под аккомпанемент джаз — бенда частушки типа:

«Над окном хуйня леталаСеребристого металла.Ох и много в наши дниНеопознанной хуйни!»

и при этом пританцовывала.

Уже выехав на трассу, неожиданно спросила Петелина:

— А вы не боитесь ехать с пьяной женщиной?

— Я и с трезвыми боюсь, — без всякого юмора признался тот, пристегнувшись к сиденью ремнем безопасности.

— Так, может, вас высадить?

— Да, пожалуйста. У меня жизнь только начинается.

— Ну, да храни вас Бог, — пожелала напоследок Кира, притормозив возле бензоколонки.

Информация о вечеринке в загородном особняке Баринова поступила к Ариадне Васильевне уже на следующее утро. С ранним визитом к ней в офис, Расположенный неподалеку от банка во флигеле старинного дома на Ново — Басманной, приехал начальник РУОПа полковник Симонов.

— Чем обязана? — выкатившись из — за стола в инвалидном кресле, спросила старуха.

— Это я обязан хранить ваш покой и благополучие, — заверил Симонов.

— Спасибо, что не забываете. У вас ведь, наверное, столько дел! Сплошные убийства. Уже после Артема — и Гена Волохов, и этот, ну… Суров. Тоже ведь связан был с нашей семьей.

— У меня как раз возникли опасения по поводу вашей невестки.

— Бывшей невестки, — уточнила Ариадна Васильевна.

— Пусть и бывшей, но боюсь, ей грозит опасность. Как, впрочем, и вам. Мне до сих пор не удалось встретиться с господином Петелиным. Допросить его. Снять показания. Сначала Смеян его прятал, а теперь и сам Смеян куда — то исчез.

— Ох, исчез, — подтвердила старуха. — Начальник службы безопасности банка — взял и исчез. Вам что — нибудь известно об этом?

— Нет. Ни дома, ни в банке, ни по привычным адресам его нет. Исчез он в день убийства Сурова, всякие бывают совпадения, но, согласитесь, это настораживает. Созданная следственная группа уже занялась расследованием этих самых совпадений. А к вам заехал просто по — товарищески, поговорить.

— Вот уж спасибо, — оживленно откликнулась Ариадна Васильевна, умело скрывая свою настороженность.

— Ну, какое там спасибо! До меня дошла информация, что ваша невестка и Суров…

— Бывшая невестка.

— Да, да, простите. Они собирались вылететь в Амстердам, где мадам Давыдова должна была в адвокатской конторе «Маркович и сыновья» получить завещание, по которому она становится наследницей господина Давыдова.

— Впервые слышу! — резко заявила Ариадна Васильевна. Резко, встряхнув своими фиолетовыми волосами, она подъехала к столу, закурила и, нервно разминая пальцами сигарету, повторила: — Впервые слышу! Все это вздор! Наследница я! Пожалуйста, могу предъявить все документы.

Симонов подошел к старухе. Подал ей пепельницу.

— Никаких документов. Как можно вас проверять! И тем не менее, они были бы уже в Амстердаме. Этому помешал Смеян. Приказал своим парням задержать Сурова. Но пока следил за Кирой, Сурову удалось ускользнуть от них. Судя по показаниям очевидцев, Смеян бросился за ними в погоню. В результате Суров убит, а мадам Давыдова каким — то образом избежала той же участи.

Старуха слушала убедительный рассказ Симонова и лихорадочно прикидывала, какую часть правды она имеет право открыть милицейскому начальнику. Чего она никак не могла предполагать, так это то, что подозрения падут на Смеяна. Странное стечение обстоятельств давало ей возможность чужими руками избавиться от полковника. Но для этого нужно было как можно дальше держаться от совершенного преступления.