Огонь - Страндберг Матс - Страница 88

— Ты на эту страничку любишь заходить от нечего делать? — ехидничает Ида.

— Регина довольно редкое имя. Ванесса, ты помнишь, когда Никке про этот случай говорил?

— В тот вечер, когда мы раскапывали могилу.

— Значит, август. Вот, я ее нашла. Время совпадает. Некролог опубликован в «Энгельсфорсбладет». Ей только-только исполнилось тридцать. Линнея, это она?

Линнея сглатывает слюну. Это совершенно невероятно и одновременно абсолютно логично.

— Это она, — говорит Линнея. — И я знаю, что объединяет всех этих людей. Элиас.

Она смотрит на Иду:

— Вы начали травить его в начальных классах.

Ида моргает, но ничего не говорит.

— Хелена и Кристер, конечно, не могли поверить, что дети их друзей травят их сына. Но они понимали, что у него есть проблемы. Тогда они попытались обвинить учительницу. Лейлу. И даже хотели ее уволить. Но в старших классах проблемы только усугубились. Уволить всех учителей они не могли и тогда прицепились к Свенссону. Я слышала об этом от Элиаса.

— А психолог? — спросила Ванесса.

— Элиас к ней ходил. Она ему нравилась. Помогала ему… Но Хелену жутко раздражало, что он к ней ходит. Она ненавидит психологов за то, что они «копаются в проблемах». Думаю, она еще боялась, что Регина настроит Элиаса против нее — такой правильной, такой замечательной мамаши.

Глаза Линнеи щиплет от слез, и она замолкает. Она не хочет расплакаться на виду у всех.

— Значит, демоны благословили Хелену. Мы все время это подозревали. И были правы, — говорит Ида.

— Она мстит людям, которые, по ее мнению, причинили зло Элиасу. Как ты думаешь, — говорит Ванесса, обращаясь к Линнее, — Робину и Эрику она велела тебя убить? Управляла ими так же, как управляла Дианой?

— Ты видела у Эрика какой-нибудь кулон? — спросила Мину у Иды.

— Нет, он бы никогда ничего подобного не надел. Он считает, что подвески носят только голубые.

Ида смотрит на Линнею, и обе думают об одном и том же. Как Эрик обзывал Элиаса голубым и срывал с него цепочку и браслеты. Однажды даже вырвал серьгу из уха.

А Ида, стоя рядом, смеялась и никогда не останавливала Эрика.

Сейчас Линнея не чувствовала к Иде ненависти. Все это в прошлом, но и забывать о том, что было, она не намерена.

— Не думаю, чтобы они хотели меня убить, — говорит Линнея. — Скорее всего, Хелена хотела лишить меня квартиры. Но ситуация вышла из-под контроля. И Хелена спокойно солгала, чтобы обеспечить парням алиби.

— Может, она боится нападать на тебя открыто? — предположила Мину. — Если она в контакте с демонами, они наверняка рассказали ей, кто мы такие. И про Адриану рассказали. Демоны сто процентов знают, что она ведьма, и знают про Совет. Может, демоны не хотят, чтобы Хелена привлекала к себе внимание других ведьм?

— Поэтому она просто решила испортить мне жизнь, — сказала Линнея.

— А если это не она, а Кристер? — спросила Анна-Карин.

— Неважно кто, они наверняка работают на пару, — сказала Линнея.

— Но мы не видели, чтобы кто-то из них использовал магию, — добавила Анна-Карин.

— Ничего странного, демоны предупредили их об осторожности, — объяснила Ванесса. — Ида ведь почувствовала в офисе «ПЭ» магию…

Анна-Карин задумчиво кивает.

Снизу раздается голос Мининого папы: он кричит, что десерт на столе.

— Поговорим об этом после суда, — говорит Мину. — Пока у нас нет магических сил, лучше держаться от Хелены и Кристера подальше.

Все пошли вниз, кроме Ванессы. Она осталась в комнате. Стояла, глядя в окно, в темноту.

— Ты что? — спросила Линнея.

— Думаю про Свенссона. Мона сказала, что смерть нельзя предотвратить. Но если бы мы поняли это раньше…

— Если бы Свенссон не умер, мы бы этого не поняли, — сказала Линнея. И поняв, как цинично прозвучали ее слова, добавила: — Ну ты понимаешь, что я имею в виду.

— Понимаю, — вздыхает Ванесса и внимательно смотрит на Линнею.

— Почему ты так на меня смотришь?

— Странно видеть свое лицо со стороны.

«Еще более странно чувствовать любовь, глядя на лицо Анны-Карин», — думает Линнея.

— Интересно, какая я?

Она протягивает руку. Линнея зажмуривается, рука Ванессы гладит ее по щеке.

Линнея затаила дыхание.

Ванесса убирает руку, Линнея неохотно открывает глаза.

— Крейзи.

Они смотрят друг на друга.

Они стоят так близко друг к другу.

Но между ними стоит Вилле.

Вспоминаю поцелуй. Хочу еще.

— Пошли вниз, — говорит Линнея и выходит из комнаты.

62

Анна-Карин ехала на велосипеде по городу. Воскресенье выдалось холодным и туманным. Но в воздухе чувствовалось что-то новое. Предвкушение весны.

Она затормозила на гравии, слезла с велосипеда и нырнула в темноту старой усадьбы.

Протиснувшись мимо людей, стоящих в вестибюле, она направилась к библиотеке. Избранницы стояли у окна вместе с Адрианой. Кроме них, в комнате никого не было.

— Здравствуй, Ида, — сказала Адриана, увидев Анну-Карин. — Судьи совещаются. Нас предупредят, когда они будут готовы.

— Сколько времени это может занять?

— Неизвестно, — сказала Адриана. — Может, пару минут, может, несколько часов.

Анне-Карин кажется, она умрет, если ждать придется долго. Она косится на кресла — нет, сидеть совсем не хочется. Кресла напоминают ей про допросы. Видимо, остальные чувствуют нечто подобное и тоже остаются стоять.

Анна-Карин ночью не могла заснуть. Она боялась поверить, что самое страшное уже позади. Правда, решение суда еще не объявлено. А потом еще надо разбираться с Хеленой и Кристером, с непонятными убийствами…

— Что они там так долго делают? — спросила Ида.

— Не волнуйся, это обычная процедура, — успокоила ее Адриана.

Ида громко вздохнула. Анна-Карин посмотрела на нее.

Когда под утро ей наконец удалось заснуть, зазвонил мобильный Иды. Это была Юлия. Пьяная. Заплетающимся языком она попросила Иду угадать, с кем она сейчас целуется. Потом передала телефон Эрику.

— Мы просто хотели тебе сказать, что классно проводим время, — сказал Эрик. — Ну просто очень хорошо.

Было слышно, как хихикает Юлия. Анна-Карин молча отсоединилась. И отключила мобильный.

— Небось хотят заставить нас попсиховать, — сказала Линнея, кивая на закрытую дверь.

— Им это удается, — сказала Ида.

Проходит час, два. Мину сидит как на иголках.

Драгоценна каждая минута. Избранниц ждет борьба с Кристером и Хеленой. Они убийцы. Они приближают апокалипсис.

А девушки сидят здесь и бездействуют. И даже не могут открыто говорить друг с другом.

От судей пока ни слуху ни духу.

Мину подошла к печи и в задумчивости забарабанила по ней пальцами.

Она думала про амулет, который был у Дианы. У Адрианы тоже был амулет, купленный у Моны. Могла ли Мона продать Хелене и Кристеру кулон со знаком металла?

Мину посмотрела на Ванессу, сидевшую на подоконнике рядом с Линней. Им нужно всем вместе пойти к Моне и попытаться уговорить ее поделиться своими тайнами. Ванесса говорит, что Мона отказывается говорить о своих клиентах. Но, может, она не знает, что имеет дело с подручным демонов?

«В худшем случае Анна-Карин заставит ее все рассказать», — думает Мину.

Эта идея ей не нравится, но на кону стоят жизни людей.

Ей хочется курить.

— Можно я выйду на минутку? — спрашивает она у Адрианы. — Мне нужно… на воздух.

Адриана морщит лоб:

— Судьи могут в любой момент выйти.

— Я быстро.

— Я с тобой, — говорит Линнея, спрыгивая с подоконника.

Как только они выходят на улицу, Мину достает из голенища ботинка сигарету и закуривает.

— Я думала ночью про то, о чем мы говорили, — шепчет Линнея.

— Не здесь, — прерывает ее Мину, оглядываясь.

— Я знаю, — торопливо соглашается Линнея. — Но это срочно. Мне кажется, есть два человека, которым грозит опасность.