Огонь - Страндберг Матс - Страница 89

Мину кивает, но тут открывается дверь, в дверях показывается Адриана и нетерпеливо машет рукой девушкам:

— Сейчас будут зачитывать решение суда.

Все встают, когда пятеро судей появляются в зале и торжественно шествуют к своим местам. Главный судья сегодня в черном костюме и черной блузке. Анне-Карин она напоминает смерть.

— Нам только что сообщили, что обвинитель хочет провести последний допрос, — сказала судья, знаком приглашая всех сесть. — Мы решили удовлетворить его просьбу.

Анна-Карин смотрит на места обвинителей. Александр сидит за столом один. Виктора не видно.

— Достопочтенные судьи! — Адриана встала со своего места. — Защита не была проинформирована…

Главный судья останавливает ее взглядом.

— Обсуждаемое дело чрезвычайно серьезно, и суд не может вынести решение, пока не выслушаны все возможные свидетели, — говорит она и поворачивается к Александру: — Прошу вас.

Александр встает:

— Достопочтенные судьи! Я повторно вызываю Адриану Лопес в качестве свидетеля!

Избранницы переглядываются. Но Адриана не выказывает волнения. Она спокойно идет и садится на свидетельское место.

— Адриана Лопес, — провозглашает Александр, не глядя на сестру. Вместо этого он поворачивается к публике. И Анна-Карин пугается по-настоящему, видя, что к нему вернулась прежняя уверенность. — Вчера вы утверждали, что лояльны по отношению к Совету. Вы продолжаете на этом настаивать?

— Конечно, — сказала Адриана.

— Вы обещали говорить правду. Сдержали ли вы свое обещание?

Александр кивает охранникам, и они впускают в зал Виктора. В его руках клетка с птицей. Черные крылья птицы бьются о решетку, их удары отдаются в самом сердце Анны-Карин. Ей хочется бежать из этого зала куда глаза глядят.

Адриана, как загипнотизированная, смотрит на клетку в руках Виктора.

— Вы спрятали компрометирующие воспоминания у вашего фамилиариса, — сказал Александр. — Именно поэтому вы могли лгать суду, не так ли?

— Я не буду отвечать на ваш вопрос.

— Можете не отвечать, — говорит Александр и делает знак Виктору. Тот ставит клетку с птицей на стол и открывает ее.

Ворон злобно каркает на Виктора, который шарит рукой по клетке, наконец ему удается схватить птицу. Другой рукой он зажимает птице клюв и поднимает ее вверх. Ворон отчаянно машет крыльями, Виктор отворачивается, прячет лицо.

Александр берет ворона из рук Виктора и крепко хватает его за голову.

— Пожалуйста, не делай этого, — тихо говорит Адриана. Анна-Карин не может на это смотреть.

Она знает, что хочет сделать Александр.

И он делает это.

Раздается резкий чавкающий звук, хруст. Крылья еще секунду бьются, потом затихают. В зале воцаряется абсолютная тишина. Анне-Карин нехорошо, она несколько раз сглатывает слюну, чтобы отогнать тошноту.

Когда она снова поднимает глаза, Александр протягивает мертвую птицу Виктору. И тот с каменным лицом кладет птицу обратно в клетку.

— Теперь я спрашиваю вас снова: Адриана Лопес, были ли вы лояльны по отношению к Совету все время, что находились в Энгельсфорсе?

Анна-Карин смотрит на Адриану, видит, как слегка подергивается ее веко.

— Да, — говорит Адриана.

Ее голова откидывается назад, где-то глубоко в горле возникает слабый стон, он рвется наружу. Но она сжимает зубы. Старается глубоко дышать.

Смотреть на это невозможно, но Анна-Карин не может отвести взгляд. Как будто кто-то заставляет ее смотреть. Потому что это из-за нее Адриану подвергают пыткам.

— Нет! — кричит Адриана. — Нет!

Ее тело обмякает.

— Пожалуйста, уточните свои слова, — говорит Александр.

Адриана смотрит на него. Из ее ноздри сочится кровь и стекает на верхнюю губу.

— Нет, я не была лояльна к Совету.

Судьи выпрямились на своих стульях.

— Вы разрешали Избранницам заниматься магией?

— Нет!

Голова Адрианы снова откидывается назад. Спина извивается в конвульсиях, она громко кричит от боли. Ее магия огня оборачивается против нее и сжигает ее изнутри.

Анна-Карин не может на это смотреть. Она должна взять ответственность на себя. Она должна признаться.

Она пытается встать, но Линнея хватает ее за руку.

— Ты нам нужна, — шепчет она, словно поняв, что собирается сделать Анна-Карин. — Ты нужна всему миру. Неужели ты думаешь, Адриана стала бы терпеть мучения, если бы этого не понимала?

Из глаз Анны-Карин полились слезы, но она сдерживала всхлипывания, чтобы не разозлить судей, чтобы еще больше не навредить Адриане.

Александр подает знак, тело Адрианы расслабляется.

— Мы будем продолжать, пока ты не скажешь правду. Говори. Это в твоих же интересах.

Голос его звучит почти ласково, и это еще больше пугает Анну-Карин. Если у него есть чувства, как он может так поступать?

— Я никогда не выдам девочек. — Адриана тяжело дышит. — Никогда.

— Значит, ты выбираешь их сторону, а не сторону Совета?

— Я не думала, что речь идет о разных сторонах. Я полагала, что задача Совета — помочь Избранницам. Видимо, я ошибалась.

В зале поднимается гул.

— Я не буду больше отвечать на ваши вопросы, — сказала Адриана.

Пожилая женщина в центре судейского стола невозмутимо смотрит на нее:

— В этом нет необходимости. Мы готовы объявить приговор.

Ванесса встает. Анна-Карин усилием воли заставляет себя не отводить глаза. Она должна быть сильной. Мужественной. Как Адриана.

Судья сцепляет пальцы лежащих на столе рук и чуть наклоняется вперед.

— Мы живем в начале новой магической эпохи, — начинает она. — Но магия предполагает власть, а властью можно злоупотребить. Поэтому Совет сегодня особенно тщательно следит за выполнением своих требований. Контроль. Честность. Покорность. Бескорыстие. Обвиняемая не проявила ни одного из этих качеств, напротив, она растоптала все, что свято для Совета.

Анна-Карин понимает: все пропало.

— Анна-Карин Ниеминен, суд решил освободить тебя от обвинений, — продолжает судья.

Анна-Карин не понимает ни слова из сказанного. Она повторяет слова судьи про себя, пытаясь осознать их смысл.

— Безусловно, Анна-Карин Ниеминен действовала неразумно, но суд полагает, что ее нельзя считать ответственной за проступки, которые она совершила, поскольку она не получила необходимого руководства. Другой человек несет ответственность за все происшедшее. Это Адриана Лопес.

Судья указывает костлявым пальцем на Адриану:

— Ваши интриги и двойная игра наконец раскрыты. Вы фальсифицировали отчеты Совету, надеясь с помощью доверенных вашему попечению молодых людей доказать свои несостоятельные теории об Избранных, демонах и апокалипсисе.

Если бы у Анны-Карин сейчас были магические силы, она бы остановила этот процесс, спасла Адриану, наплевав на любые последствия. Но она может только беспомощно наблюдать, как все рушится.

— История про так называемых Избранных Энгельсфорса — выдумка от начала до конца. Мы имеем дело с группой достаточно могущественных ведьм, которых эта женщина бессовестно ввела в заблуждение. Она убедила их в том, что за ними охотятся «демоны». Чтобы подтвердить правоту своих слов, она представила трагические самоубийства как убийства. Возможно, ее магия огня была использована при возгорании на ферме семейства Ниеминен.

Анна-Карин смотрит на остальных Избранниц. Они молчат. Такие же беспомощные, как она.

— Еще в молодости Адриана Лопес показала Совету свое истинное лицо, нарушив данную клятву. Ей удалось обмануть судей, вызвав к себе сочувствие. Время, которое ей было подарено, она употребила на хладнокровную подготовку следующей диверсии.

— Это неправда! — Линнея встала со своего места. — Мы Избранницы. И апокалипсис приближается, хотите вы этого или нет.

Виктор в ужасе смотрит на девушку. Но судья только снисходительно улыбается:

— Ванесса Даль продемонстрировала нам еще одно доказательство пагубного влияния подсудимой на молодые умы, что лишний раз подтверждает правильность решения суда.