Кендермор (ЛП) - Кирхофф Мари - Страница 24

— Знаю, — вздохнул Финес. — Видел я их все. К сожалению, единственный значок, оказавший хоть какую-то реальную помощь, одновременно связан с самыми неприятными минутами путешествия — это тот, что направил меня через лавку торговки свечами.

— О да, это на Самбуковой улице, — закивал кендер. — Великолепный короткий путь. Мне нравится приходить туда поутру первым специально за большими восковыми свечами.

Он заметил в траве кустик чертополоха и нагнулся, чтобы выдернуть его, когда обратил внимание на ноги Финеса.

— Эй, а ты в курсе, что остался без сапог?

— Да. — Солнце над дворцом достигло зенита, и Финесу приходилось что есть силы щуриться, чтобы разглядеть кендера. — Это и есть дом мэра? Необыкновенно большой, однако…

— Нет, — тряхнув головой, заявил кендер, — мэр здесь не живет. Во все времена здесь не обитал никто, разве что заключенные.

— Вот потому-то я и пришел! — ободрился Финес.

— Ох, — отозвался кендер, — тебя записали в заключенные?

Финес некоторое время задумчиво почесывал грудь, озадаченный вопросом кендера.

— Нет, — просто ответил он. Обнаружив неподалеку скамейку, Финес доковылял до нее и устало плюхнулся вниз. Под любопытствующим взглядом кендера он выждал еще некоторое время.

— Меня зовут Финес Докторишка, — начал он. — Уже два дня я пытаюсь найти дворец, потому что мне нужно переговорить с Транспрингером Лохмоногом, которого, насколько я понял, содержат здесь в заключении. Так вот. А теперь ты представься.

— Байджелоу Пляшущая Лопата, твой друг и знакомый, — он протянул мужчине маленькую морщинистую ладошку. — Я садовник и слежу за порядком на примыкающих ко дворцу территориях. Четвертый садовник в многочисленном семействе Пляшущих Лопат. Ты прав, Транспрингер сейчас пребывает тут. Думаю, из-за его пристрастия высовываться из окон держат его на втором этаже.

Финес задрал голову вверх и в самом деле узнал в кендере, высунувшемся из окна, Транспрингера Лохмонога; тот мимоходом выскабливал маленьким ножичком из-под ногтей грязь. Некоторое время мужчина молча смотрел на него, не веря глазам своим. Финес ожидал обнаружить кендера, запертого в камере или другом мало привлекательном помещении. Но Транспрингер продолжал бездельничать у окна на втором этаже дворца. Байджелоу уловил на лице мужчины разочарование.

— Да, сэр, я вижу, вам интересно, почему это он на втором этаже, — сказал он. Финес медленно кивнул. — Мистеру Лохмоногу крупно не повезло. Просторные апартаменты на третьем этаже временно недоступны, так как в них расположились несколько особ голубых кровей из Балифора. Но второй этаж не менее удобен и тоже достаточно роскошно убран.

Финес перевел взгляд с Транспрингера на садовника и спросил:

— Как мне поговорить с заключенным?

Байджелоу посмотрел на мужчину несколько странно.

— Ну, просто войди в дверь, поднимись по ступенькам и найди своего друга. Как обычно люди разговаривают с заключенными? Передай мой привет дорогуше Транспрингеру. Приятный человек, да какой толковый! Мне нужно заканчивать с прополкой цветочных клумб, так что я удаляюсь. Пока!

Но уже через считанные секунды Байджелоу был поглощен ослепительным желтым сиянием выползшего из-за правого угла дворца солнца.

— Пока, — вяло ответил Финес, провожая его глазами. Он направился к двери, на которую указывал садовник. Проходя мимо цветочной клумбы, он обратил внимание, что почти все цветущие растения выкорчеваны, зато обильные сорняки в пределах клумбы аккуратно подровнены. Мужчина так и не смог привыкнуть к кендерской своеобразной технике садоводства.

Финес быстро прошагал вдоль правого края зеркального пруда к ступеням у основания центрального строения. Прохладный мрамор умиротворил покрывшиеся волдырями и занозами ступни.

Вскоре он одолел последний пролет девственно чистых, белых ступеней, которые заканчивались ровной площадкой. Входу во дворец и надлежит возвышаться над землей чуть больше, чем на один коротенький лестничный пролет. Причудливый сводчатый проход высотой, в тридцать раз больше человеческого роста, вел в другой коридор, вполовину ниже предыдущего. Дверей не было, только уходящий вдаль арочный свод.

Внезапно Финес очутился внутри искусно выстроенного дворца. В первую очередь его поразило то, что дворец изнутри выглядит намного просторней, чем казалось снаружи, хотя все, что он видел до сих пор, очевидно, только крохотная часть здания. Парящие высоко над головой потолки казались отсюда кристально чистым ночным небом, то ли из-за белых брызг, усыпающих черную поверхность, которые так сильно напоминали звезды, то ли из-за недостатка света — все широкие окна прикрывали ставни. Впечатление усиливали царящие здесь неподвижность, тишина и пронизывающий холод.

На другой стороне здания, там, где уравнивались потолки, на верхние этажи вели две плавно закрученные по спирали лестницы. Финес выбрал, по какой лестнице идти, и начал подниматься. В промозглой дворцовой полутьме гладкие ступеньки покрылись капельками влаги, и Финес почти достиг лестничной площадки первого этажа, как впереди раздалось эхо знакомого голоса.

— Привееет! Куда это ты идешь? Никто, кроме нескольких скучных снобов из Балифора, здесь не поднимается. Они часом тебе не друзья?

Финес прижался к перилам и пригляделся к нижней лестничной площадке. Там стоял собственной персоной Транспрингер Лохмоног, все еще одетый в полночно-фиолетовые брюки и плащ, но теперь в яркой оранжевой рубашке и широкой, болтающейся на голове шляпе. Мужчина быстро слетел по ступенькам.

— А, это ты, — воскликнул Транспрингер, рассмотрев лицо Финеса. Он схватил его руку и принялся энергично трясти. — Как замечательно снова тебя увидеть! И как любезно с твоей стороны проделать весь этот долгий путь, чтобы меня проведать!

— Ты меня помнишь? — спросил изумленный Финес.

К нему возвращалась надежда. Пожалуй, получить вторую половинку карты будет не так сложно, как опасался Финес.

— Как же я могу забыть человека, спасшего мне жизнь? — спросил, чуть не обидевшись, Транспрингер. — Косточка, что ты мне дал, просто восхитительна, я бы сказал, даже немного лучше, чем моя предыдущая. С тех пор, как я ее получил, удача буквально следует за мной по пятам…

"Зато меня обходит десятой дорогой", — подумал про себя Финес, а вслух сказал:

— Именно потому я здесь, господин Лохмоног.

Транспрингер отпрянул в сторону, неистово прижимая косточку к груди. Глаза его расширились от ужаса.

— Не для того ли, чтобы забрать ее обратно?!

— Конечно нет, господин Лохмоног! — благополучно заверил его Финес. — Я ведь врач! Я ни за что не стану рисковать жизнью пациента.

— До чего же я счастлив узнать это! Ты бы не стал шутить с талисманом, приносящим человеку удачу, — тараторил Транспрингер. — Знаешь ли ты, что талисманы, приносящие счастье, известны от начала времен… по крайней мере, с тех пор, как появились Башни Высшего Волшебства. Видишь ли, у могущественных волшебников накапливались целые кучи всякого хлама, обладающего слабыми магическими возможностями. А некоторые из подобных вещичек просто иногда вздрагивали, — Транспрингер сопровождал свой рассказ соответствующими волшебными пассами. — Тогда чародеи стали продавать их всем, у кого имелись лишние деньжата, зарабатывая так на пропитание.

— Если эти волшебники были столь могущественны, почему бы им просто не наколдовать еды? — спросил Финес, так и не постигший морали сего повествования.

Подобных вопросов не задавал еще ни один кендер.

— Это история, — горячо возразил Транспрингер, — она вовсе не должна быть логичной.

Но кендер нахмурился; сомнению подвергся один из его любимейших малоизвестных фактов.

Финес понял, что совершил грубую ошибку и со всех ног ринулся ее исправлять.

— Вероятно, ты прав. В любом случае, я пришел не для того, чтобы забрать твой удачливый талисман, но чтобы увеличить его силу.

Кендер обернулся и улыбнулся, а в его раскосых оливковых глазах мелькнул интерес.