Кошки-мышки - Рэнкин Иэн - Страница 57

Полетт показала на две закрытые комнаты.

— Частные комнаты, для частных игр.

— Каких игр?

— В основном покер. Серьезные игроки заказывают их примерно раз в месяц. Игра продолжается до утра.

— Как в кино.

— Да, — засмеялась она. — Действительно, как в кино.

На третьем этаже находились три спальни для гостей, также закрытые, и квартира Финли Эндрюса.

— Туда, разумеется, гости не допускаются.

— Разумеется, — согласился Ребус, и они спустились обратно вниз.

Вот как он выглядит, клуб «Финли'с». Сегодня было немноголюдно, он встретил всего несколько знакомых лиц. Одного адвоката, который не узнал его, хотя они встречались с ним в суде, одного телеведущего и — Фермера Уотсона.

— Привет, Джон.

Упакованный в костюм и крахмальную рубашку, Уотсон стал словно бы еще больше похож на полицейского. Когда Полетт и Ребус на обратном пути вошли в бар, он сидел там со стаканом апельсинового сока, стараясь выглядеть как дома и добиваясь прямо противоположного эффекта.

— Сэр…

Хотя Уотсон и грозился наведаться сюда, Ребус ни на минуту не мог подумать, что это действительно произойдет. Он представил Полетт, которая извинилась, что не смогла встретить его у входа.

Уотсон отмахнулся от ее извинений, повертел в руках стакан.

— Обо мне прекрасно позаботились.

Они присели за свободный столик. Стулья были мягкие и удобные, Ребус немного расслабился. Уотсон огляделся по сторонам.

— Финли нет? — поинтересовался он.

— Он где-то здесь, — ответила Полетт. — Финли всегда где-то рядом.

Странно, подумал Ребус, что они не встретили его во время своей экскурсии.

— Как выглядит это заведение, Джон? — спросил Уотсон.

— Впечатляюще.

Ребус принял улыбку Полетт, как старательный ученик похвалу учителя.

— Оно гораздо больше, чем можно себе представить. Вы увидите, какие помещения наверху.

— И еще пристройка, — добавил Уотсон.

— Действительно, я забыл. — Ребус обернулся к Полетт.

— Да, — ответила она. — Мы пристраиваем еще помещение к задней стороне дома.

— Пристраиваете? — спросил Уотсон. — Я полагал, что это свершившийся факт.

— О нет. — Она улыбнулась. — Вы знаете, Финли страшно придирчив. Ему не понравилось половое покрытие, и он заставил рабочих все снять и начать заново. Теперь мы ждем мрамор из Италии.

— Это должно кое-что стоить. — Уотсон кивнул самому себе.

Пристройка Ребуса интересовала. В задней части первого этажа, за туалетам, гардеробом, офисами, огромными стенными шкафами, должна где-то прятаться еще одна дверь. С виду дверь а сад. Теперь, вероятно, вход в пристройку.

— Еще выпьете, Джон?

Уотсон уже встал, показывая на пустой стакан Ребуса.

— Джин со свежим апельсиновым, пожалуйста.

Он протянул свой стакан.

— А для вас, Полетт?

— Нет, благодарю вас. — Она встала со своего стула. — У меня работа. Теперь, когда я показала вам клуб, мне пора возвращаться к дверям. Если захотите поиграть наверху, там можно получить фишки. В некоторых играх разрешаются наличные деньги, но не в самых интересных.

Еще раз улыбнувшись, она ушла, сверкая черным шелком. Уотсон посмотрел как Ребус провожает ее взглядом.

— Расслабьтесь, инспектор.

Смеясь себе под нос, он подошел к стойке. Бармен объяснил ему, что если джентльмены хотят еще выпить, то достаточно махнуть рукой. Заказ примут у их столика и принесут. Уотсон плюхнулся обратно на стул.

— Вот это жизнь, Джон.

— Согласен. Что происходит на базе?

— Вы про маленького содомита, который настучал на вас? Он смылся. Оставил нам фальшивый адрес, адрес какой-то фабрики.

— Значит, я больше не на крючке?

— Почти нет.

Ребус хотел возражать.

— Дайте нам еще пару дней, Джон, это все, о чем я прошу. Пусть дело умрет естественной смертью.

— То есть об этом говорят?

— Некоторые из мальчишек немножко позубоскалили. Не думаю, что стоит на них сердиться. Через день-два появится другой повод для шуток, и все будет забыто.

— Забывать нечего !

— Я знаю, Джон, знаю. Это был заговор с целью отстранить вас от дела, и за ним стоит таинственный мистер Хайд.

Ребус впился в Уотсона убийственным взглядом, но плотно сжал губы. Ему захотелось закричать, заорать. Вместо этого он громко вздохнул, схватил стакан, поставленный официантом на стол, и сделал два огромных глотка, когда официант заметил, что он пьет сок другого джентльмена. Его джин с тем же соком остался на подносе. Увидев, что Уотсон, снова смеясь, кладет на поднос пять фунтов, Ребус покраснел. Официант неловко кашлянул.

— Ваши напитки стоят шесть фунтов пятьдесят, сэр, — сказал он Уотсону.

— Боже мой!

Уотсон порылся в кармане, нашел мятую однофунтовую бумажку и мелочь и положил на поднос.

— Благодарю вас, сэр.

Прежде чем Уотсон успел спросить, не полагается ли сдача, он взял поднос и удалился. Уотсон поглядел на Ребуса, который уже улыбался.

— Ну, знаете ли, — проговорил суперинтендант. — Шесть пятьдесят! В некоторых семьях на эту сумму кормятся неделю.

— Это жизнь, — вернул Ребус Уотсону его слова.

— Хорошо сказано, Джон. Я как будто забыл, что в жизни есть кое-что, кроме личных удовольствий. Скажите мне, к какой церкви вы принадлежите?

— Вот они где! Пришли нас арестовывать?

Оба обернулись и увидели подошедшего к ним Томми Маккола. Ребус взглянул на часы. Половина девятого. Томми выглядел так, как будто по дороге в клуб заглянул в несколько пабов. Он тяжко опустился на стул, где до того сидела Полетт.

— Что вы пьете?

Он щелкнул пальцами, и к столу медленно подошел нахмуренный официант.

— Господа?

Томми посмотрел на него.

— Здорово, Саймон. Полицейским по порции того же, а мне как всегда.

Ребус проследил за лицом официанта. Да, юноша, мы из полиции. Отчего же ты так переполошился?

Официант повернулся, словно прочтя мысли Ребуса, и деревянной походкой вернулся к бару.

— Что же вас сюда привело?

Маккол закурил, радуясь, что нашел себе компанию, и надеясь наслаждаться ею весь вечер.

— Это была идея Джона, — ответил Уотсон. — Он хотел сюда попасть. Я договорился с Финли, а потом решил, что мне тоже интересно.