Собрание сочинений. Том 5 - де Вега Лопе Феликс Карпио - Страница 164

164

Диана

Нам все-таки опасно Вот так встречаться. Ясно, Что, где любовь, там ревность; зорче рыси Небесные она пронзает выси И темные подземные глубины.

Алехандро

Чтоб нас не потревожил ни единый Из тех, кого глухая зависть гложет, Находчивость, быть может, Внушит нам то, что надо Для усыпленья вражеского взгляда. Что предпринять бы нам к своей защите?

Лаура

Скорей, сеньор! Сюда идут, бегите!

Диана

Уже идут?

Фабьо

О сладкое забвенье!

Лаура

Когда мы любим, мы теряем зренье.

Диана

Я не видала, в упоенье взора, Что день настал так скоро.

Алехандро

А я, не видя звезд на ризе ночи, Решил, что их вобрали ваши очи. Храни вас бог, сеньора!

Алехандро и Фабьо убегают. Появляются Теодора и Фениса и становятся поодаль от Дианы и Лауры.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Диана, Лаура, Теодора, Фениса.

Теодора

Ты видишь двух мужчин, Фениса? Где?

Фениса

Да вот они бегут, и очень прытко. Здесь, видно, шла беседа при звезде.

Теодора

И ключ гремит, и хлопнула калитка В стене.

Фениса

И на одном Плащ с золотым шитьем,— Улика, и притом из самых строгих, Что это кто-то из числа премногих, Красавицей влекомых.

Теодора

Едва ли это кто из незнакомых, Хоть и такие могут быть вполне. Ты знаешь, с нею, показалось мне, Стал нежен Дьего.

Фениса

Это вы напрасно. Она красива, но глупа ужасно, Ее поступки так нехороши! То было бы любовью без души.

Теодора

Нет, побужденья здесь совсем не те. Хотя и в разуме и в красоте Природа некоторым отказала,— И ум и прелесть им богатство дало. Я вижу, Дьего не такой, как прежде, И, очевидно, он не чужд надежде Стать герцогом урбинским.

Фениса

Рановато. Кто угадает приговор сената?

Теодора

Прелестная Диана, Среди цветов, так рано! Вы влюблены? И перья и наряд Мне о ночной беседе говорят. От моего не утаился взгляда Блеск золота меж изумрудов сада. Что это значит? Здесь мужчина был? Как быстро слабый разум ваш забыл Все то, что вам изъяснено подробно!

Диана

Сеньора! Я глупа и неспособна Запоминать уроки.

Теодора

Вы унижаете ваш сан высокий, Который вам завещан в колыбели.

Диана

Вы мне мужчин подальше гнать велели. Но заповеди мне известны тоже, И соблюдать их следует построже, А ближнего в них велено любить Как самого себя, и, стало быть, Ученье ваше никуда не гоже.

Теодора

Чтоб соблюсти их, вы меня любите.

Диана

Помилуй боже, что вы говорите! Там речь о «ближнем», — он и назван прямо, А не о «ближней»; значит, он — не дама. Вы предлагаете мне, Теодора, Нарушить божью заповедь.

Теодора

Сеньора! Не забывайте, что на всех путях Вас ждут обманщики.

Диана

Напрасный страх.

Теодора

Обманывают умниц и лукавиц. А вас…

Диана

На сто обманутых красавиц, Каков бы ни был средь людей их чин, Всегда пятьсот обманутых мужчин.

Фениса

(в сторону)

Здесь глупости совсем не так уж много.

Диана

И почему, скажите, ради бога, Их не любить? Прекраснейший народ! Кто защищает нас и бережет? С тех самых пор, как нас родят мамаши, Для нас несут тяжелый труд папаши; Их треволненьям просто нет конца.

Фениса

(в сторону)

Она шлифуется в стенах дворца!

Диана

Наряды, камни, праздники, пиры — Ведь это все не женские дары. И, наконец, поверьте, Что ради нас идут навстречу смерти Три четверти мужчин. И справедливо Любить таких, кто любит нас, ревниво Оберегает с детства, кормит нас И от кого мы можем всякий час Ждать помощи, и ласки, и охраны.