В поисках тигра - Хоук Коллин - Страница 49

– Понятно, звучит потрясающе. Чем больше я узнаю, тем труднее мне кажется наша задача. Может быть, было бы проще вообще не забивать себе голову. Меньше знаешь – крепче спишь, как говорится.

– Вы хотите, чтобы я больше ничего вам не рассказывал.

Я уныло вздохнула.

– Да нет, это я так… Конечно, я должна все это знать. Чтобы ориентироваться. Значит, никто никогда так и не отыскал эту самую Шангри-Ла?

– Нет. Хотя многие пытались. Кстати, мне попалась на глаза весьма любопытная информация. Оказывается, Адольф Гитлер верил в то, что в Шангре-Ла обитает древняя и чистокровная раса господ. В тысяча девятьсот тридцать восьмом году он даже отправил в Тибет экспедицию под руководством некоего Эрнста Шефера.

– Хорошо, что они ничего не нашли.

– Безусловно.

Мистер Кадам вручил мне «Потерянный горизонт» для ознакомления и предупредил, что мы отправимся в путь в конце недели. Следующие несколько дней все шло как обычно, но я все сильнее нервничала. Признаться, прошлое путешествие было довольно жутким, но там со мной все время был Рен. Полпути мы с ним ссорились, полпути целовались, но, несмотря на все эти сердечные бури, я постоянно чувствовала себя в безопасности. Я знала, что он защитит меня от всех врагов, будь то злобные мартышки или мерзкие демоны-каппы. И сейчас, стоя на пороге нового опасного путешествия, я так отчаянно хотела, чтобы Рен был со мной рядом, что внутри у меня поселилась сплошная ноющая пустота. Единственное, что побуждало меня отправиться в путь, – это понимание, что я делаю это для него. Я не разрешала себе даже думать о том, что он может не пережить предстоящие недели. Он выживет. Он должен. Без него жизнь утратит для меня всякий смысл.

Впрочем, я делала это не только для Рена, но и ради Кишана. Его я тоже не могла предать. Так уж я устроена. Я знала, что он сделает все возможное, чтобы защитить меня, да и мои новые способности тоже не стоило сбрасывать со счетов. И все-таки с Реном все было бы иначе…

Но дни шли за днями, а мы до сих пор не могли найти его. Кишан и без того ходил как в воду опущенный, поэтому я не решалась беспокоить его разговорами о брате. Тем более что после его недавнего признания мне вообще было неловко заговаривать с ним о Рене. А стоило мне случайно обмолвиться мистеру Кадаму о том, что мне тяжело без Рена, как добрый старик всякий раз страшно расстраивался и с виноватым видом зарывался в книги, забывая о еде и сне.

Мы с Кишаном больше ни разу не заговаривали о его чувствах ко мне. Поначалу мы оба испытывали неловкость, но поскольку, не сговариваясь, дружно избегали этой темы, то вскоре наши отношения стали почти прежними. Каждый день Кишан учил меня искусству рукопашного боя, и постепенно я искренне привязалась к нему.

Братья были во многом очень похожи, но теперь я видела и различия между ними. Например, Кишан был осторожнее Рена. Он мог с готовностью обсудить любую тему, но никогда не спешил с ответами. Его мысли всегда были глубоки и взвешены. К себе он относился беспощадно, постоянно терзаясь стыдом и чувством вины за все, что натворил в жизни.

Но при этом очень часто его мысли и даже слова, в которые он их облекал, напоминали мне о Рене. Разговаривать с ним было так же легко, как и с его братом. Даже голоса у них звучали похоже. Порой я забывала, с кем говорю, и называла его Реном. Кишан каждый раз уверял меня, что это вполне понятная оговорка, но я видела, что причиняю ему боль.

Всю последнюю неделю в доме витало напряжение. Наконец настал день отъезда. Наши сумки погрузили в джип. Кишан сел на место Рена, и мы отправились в путь. Перед отъездом мистер Кадам вручил нам проездные документы и объяснил, что наше путешествие будет проходить через три страны. Когда я, не утерпев, заглянула в свой паспорт, то с удивлением увидела в нем свое новое имя – К.Х. Хан и старую фотографию времен средней школы. Да уж, вид на ней у меня был тот еще!

Мы держали путь в Непал, в город Бхактапур. Нам потребовалось два дня, чтобы пересечь Индию и въехать в Непал через погранпереход Биргандж-Раксаул. На границе мистеру Кадаму пришлось долго провозиться с бумагами, нам потребовалась предъявить специальный таможенный документ Carnet de Passages en Douane, чтобы получить право ввезти свой джип в Непал.

Заехав в отель «Джахур», мы с мистером Кадамом оставили Кишана отсыпаться в номере, а сами взяли рикшу и поехали осматривать бирганджскую часовую башню.

Вернувшись в гостиницу, мы разбудили Кишана и все вместе отправились ужинать в ресторан неподалеку от отеля. Мистер Кадам заказал для меня чатамари, оказавшейся чем-то вроде пиццы, только на лепешке из рисовой муки. Из предложенных вариантов начинок я выбрала только те, которые узнала. Себе мистер Кадам заказал масу – подобие мясного карри с рисом. Он выбрал масу с курятиной, но в меню были также баранина и мясо буйволов – а я и не знала, что они водятся в Непале! Кишан в конце концов остановился на овощном пулао, разновидности плова с жареным рисом, щедро приправленным зирой и турмериком, бараньем масу и тукпе – жареной яичной лапше с различными добавками.

На следующий день мы встали ни свет ни заря и отправились в Бхактапур. Снова остановились в гостинице и пошли на дворцовую площадь города. Оказалось, что туда запрещен въезд не только автомобилям, но даже рикшам. Мистер Кадам сказал, что это делается для того, чтобы на площади всегда было тихо, чисто и спокойно. Мы прошли через большой рынок, где торговали самыми разными гончарными изделиями. Я обратила внимание на множество ярко раскрашенной посуды из характерной черной глины. На лотках и прилавках были выставлены маски демонов, животных, богов и богинь. Дальше тянулись ряды с овощами и фруктами и тележки с закусками. Мы купили знаменитый местный йогурт, называвшийся куджу дхау. Он делался из буйволиного молока и продавался с заправками из фруктов, орехов, изюма и корицы.

Миновав рынок, мы вышли на главную площадь. По пути мистер Кадам давал нам необходимые пояснения:

– Итак, перед нами площадь Дурбар, или Дворцовая площадь. Ага, а вот и то, что нам нужно, храм Ватсала– Дурга.

Два каменных льва охраняли вход в святилище. Сам храм, как и Вирупакши в Хампи, был выстроен в виде башни или горы, только с кирпичной террасой по сторонам. С одной стороны от храма на двух каменных столбах висел гигантский колокол.

– Ой, мистер Кадам, похоже, здесь мне не понадобится ножной браслет! Смотрите, какой огромный колокол!

– Да, мисс Келси. Это колокол Таледжу, он сделан из бронзы и неслучайно установлен перед храмом. Хотите выслушать его историю?

– Конечно!

– Этот колокол еще называют Лающим колоколом. Однажды, в глубокой древности, одному государю приснился сон. Подробности, как водится, разнятся, однако считается, будто царь увидел, как ночью на его город напали кошмарные существа в облике псов.

– Твари, похожие на псов? Может, это были вервольфы?

– Вполне вероятно, мисс Келси. Государю также приснилось, что эти демонические создания боялись только колокольного звона. Голос колокола был столь силен и звучен, что демоны бросились наутек, не причинив вреда жителям города. Проснувшись, государь немедленно приказал отлить особый колокол. Можете себе представить, насколько напугал его этот сон! Колокол был изготовлен и стал использоваться для оповещения горожан о начале вечерней службы. Люди верили, что до тех пор, пока они слушаются колокольного звона, им не грозит никакая опасность. Многие до сих пор уверяют, что когда колокол начинает звонить, все окрестные собаки заливаются лаем.

– Какая хорошая сказка! – воскликнула я и пихнула локтем Кишана. – Интересно, этот колокол действует только на вервольфов или на вертигров тоже?

Кишан схватил меня за локоть, притянул к себе и усмехнулся:

– На твоем месте я бы на это не рассчитывал. Если тигр явится по твою душу, его будет не так-то просто прогнать. Мы, тигры, весьма целеустремленные создания.