В поисках тигра - Хоук Коллин - Страница 50

У меня закралось подозрение, что он имеет в виду не совсем то, что я. На всякий случай я поспешила сменить тему.

Большая часть мужчин, проходивших мимо нас, носила какие-то странные высокие головные уборы. Воспользовавшись этим предлогом, я спросила мистера Кадама о том, что это такое, и он прочитал нам подробнейшую лекцию об исторических корнях и религиозной символике местной одежды.

– Мистер Кадам, вы просто ходячая энциклопедия премудрости! Вы незаменимый спутник в любом путешествии, и слушать вас гораздо интереснее, чем любого преподавателя!

Он польщенно улыбнулся.

– Спасибо. Но прошу вас, не стесняйтесь останавливать меня, когда я слишком углублюсь в подробности. Меня порой заносит.

– Разумеется, хотя очень сомневаюсь, что я могу с вами соскучиться, – рассмеялась я. – Но если случится такое чудо, я дам вам знать.

Кишан ухмыльнулся до ушей и воспользовался моими словами, чтобы обнять меня за плечи и погладить по голой руке.

– Даю тебе слово, что со мной ты тоже никогда не соскучишься, – промурлыкал он.

Это оказалось приятно… даже слишком приятно. Пристыженная, я отреагировала излишне эмоционально – съежилась под его тяжелой ручищей и попыталась сбросить ее.

– Кыш! Слишком много себе позволяешь! Ты не забыл, что сначала нужно спросить разрешения?

Кишан наклонился ко мне и прошептал:

– Это я улажу.

Я ответила ему сердитым взглядом, и мы пошли дальше.

Остаток дня мы знакомились с местностью, соображая, как лучше пробраться сюда в сумерках. Когда план был готов, мистер Кадам нажал на какие-то скрытые пружины или задействовал возможности своей безграничной телефонной книжки, так что в результате нам позволили прийти на Дворцовую площадь после закрытия.

Полосы света гасли в темнеющем небе, когда мы снова подошли к храму. Мистер Кадам проводил нас до ступеней святилища и вручил мне рюкзак, набитый всевозможными предметами, которые предполагалось использовать в качестве подношения богине. На этот раз здесь было все, имеющее хоть какое-то отношение к воздуху: различные птичьи перья, китайский веер, хвост воздушного змея, накачанный гелием воздушный шарик, деревянная флейта, пластмассовый самолетик, который запускается при помощи резинки, миниатюрный барометр, игрушечная лодка с парусом и даже маленькая призма, превращающая поток света в радугу. На всякий случай мы захватили с собой и несколько фруктов.

Мистер Кадам отдал мне Фаниндру, и я надела ее себе на руку. Она тут же плотно обвилась спиралью вокруг моего предплечья, дав понять, что собирается сопровождать меня на встречу с богиней. Мы с Кишаном поднялись по каменным ступеням, ведущим в сердце святилища. Прошли мимо каменных сторожевых слонов, потом миновали парочку львов. Статуя Дурги была видна даже с улицы, она стояла в нише высоко над нашими головами. Я немного беспокоилась, не увидит ли ее кто-нибудь из прохожих, если богиня задумает ожить, как в прошлый раз.

Мы молча обошли храм сзади, обогнули каменное крыльцо с колоннами и увидели винтовую лестницу, ведущую наверх. Кишан протянул мне руку, я взяла ее. Внутри храма было темно и прохладно. Свет уличных фонарей тускло освещал коридор, ведущий к статуе. Кишан шагал рядом со мной – черный, бесшумный и прохладный, как все в этом храме. Мне было хорошо рядом с ним, но я тосковала по теплу и свету, которые всегда излучал мой Рен.

Мы вошли в небольшое помещение и остановились перед стеной. Я знала, что статуя Дурги находится с другой стороны, озаренная светом уличных фонарей. Она примерно на два фута отстояла от стены храма, так что мы, пожалуй, могли бы встать по обе стороны за ее спиной, спрятавшись в тени.

– Ладно, к делу. В прошлый раз мы сделали подношение, позвонили в колокол, попросили помочь нам советом и вразумлением, а потом Рен превратился в тигра. Похоже, так и надо делать.

– Я в твоем распоряжении.

Мы вытащили из рюкзака наши подношения, разложили их у ног статуи, а сами юркнули в тень за ее спиной. Я приподняла ступню и провела пальцем по колокольчикам на браслете, невольно улыбнувшись при мысли о Рене.

Потом мы чуть отодвинулись от стены, и Кишан взял меня за руку. Я была благодарна ему за поддержку. Хоть я и видела однажды, как оживает каменная статуя, но все равно сильно нервничала.

– Давай сначала я что-нибудь скажу, а потом ты.

Он кивнул и сжал мою руку.

– Великая богиня Дурга, мы снова пришли просить у тебя помощи. Я прошу благословить нас на поиски нового сокровища, которое поможет расколдовать двух принцев. Молю тебя, не оставь меня без своей поддержки и мудрости!

Я повернулась к Кишану и кивнула.

Секунду-другую он стоял молча, потом негромко заговорил:

– Я… я не заслуживаю благословения, богиня. – Он посмотрел на меня и печально вздохнул. – Все, что случилось, случилось из-за меня, но я прошу тебя помочь моему брату. Сбереги его… ради нее. Помоги мне защитить ее в этом путешествии и убереги от беды.

Он вопросительно посмотрел на меня. Я приподнялась на цыпочки, поцеловала его в щеку и шепнула:

– Спасибо.

– На здоровье.

– Давай превращайся в тигра.

Он превратился и тут же растворился в темноте. Резкий порыв холодного ветра пробежал по храму, взлетел вверх по лестнице. Моя рубашка с длинными рукавами надулась пузырем. Я вцепилась пальцами в косматый загривок Кишана и заорала, пытаясь перекричать свист ветра:

– Вот, начинается самое страшное!

Ветер завертел пыльные смерчи вокруг нас, многолетняя грязь посыпалась из трещин стен, взметнулась с каменных полов. Я зажмурилась, зажала рот и нос рукавом. Кишан отпихнул меня в дальний угол, подальше от могучих порывов ветра, бушевавших возле окон.

Я оказалась зажатой между ним и стеной, что было очень своевременно, ибо черному тигру приходилось изо всех сил цепляться когтями за трещины пола, чтобы устоять на лапах. Он еще плотнее прижался ко мне. Присев на корточки, я обняла его за шею и зарылась лицом в черную шерсть. Постепенно вокруг нас стала проступать каменная резьба, доселе скрытая под многолетними наслоениями грязи и пыли. Песок и ветер до блеска отполировали пол, и он засиял, будто мраморный. Я ухватилась одной рукой за колонну, другой еще крепче вцепилась в Кишана.

Минут через десять ветер стих, и я открыла глаза. Все вокруг волшебным образом преобразилось. Очищенный от грязи и пыли, храм поражал красотой и блеском. Вставшая луна заливала серебристым сиянием пустые залы, сделав их призрачными и сказочными, будто во сне. На стене, за статуей Дурги, проступил уже знакомый мне отпечаток ладони. Кишан превратился в человека и встал рядом со мной.

– Что дальше? – спросил он.

– Смотри!

Я оттолкнула его себе за спину, приложила ладонь к отпечатку и пустила поток энергии по своей руке в стену. Глухой рокот сотряс стену, и мы с Кишаном одновременно попятились. Стена стала медленно поворачиваться вокруг своей оси, и вскоре перед нашими глазами предстала еще одна статуя Дурги.

Она была очень похожа на предыдущую, все те же многочисленные руки, веером раскинувшиеся вокруг тела, и верный тигр у ног. Только кабана не было. Потом раздалось мелодичное позвякивание колокольчиков, и нежный голос произнес:

– Здравствуй, юная дева. Твои подношения приняты.

В тот же миг все дары, которые мы с Кишаном сложили у ног статуи, замерцали и исчезли. Едва заметная дрожь прошла по каменному телу богини цвета желтого песчаника, руки Дурги заколыхались в воздухе. Каменные губы богини раздвинулись в улыбке и заалели, словно рубины. Тигр с рычанием встряхнулся. Камни, будто пыль, полетели во все стороны от него. Громко чихнув, оживший зверь уселся у ног своей хозяйки.

Кишан, не отрываясь, смотрел на богиню. Вот Дурга изящно повела плечами, и поднявшийся ветерок бережно сдул с нее всю пыль, так что богиня предстала пред нами во всей красе, словно сияющий драгоценный камень, извлеченный из-под песчаного наноса. На этот раз кожа у нее оказалась не золотой, а нежно-розовой. Она расслабила поднятые руки, потом подняла свободную ладонь и сняла с себя золотой головной убор. Блестящие черные волосы водопадом хлынули вниз по ее спине, рассыпавшись по плечам.