Отряд - Посняков Андрей - Страница 91

- Деревня тут недалеко, господа, во-он по той дорожке. - Парень махнул палкой куда-то влево. - Два с половиной лье, живо доскачете.

- А окорок там можно купить?

- Окорок?! О, конечно… И очень дешево, всего за несколько су.

- Видали? - обернувшись, весело подмигнул Жан-Поль. - Всего за несколько су! Едем!

- Постойте, постойте, господа, - внезапно озаботился пастушонок. - Сейчас я вам точно объясню, у кого покупать. Там, на самой окраине, есть один домик, небольшой такой, с зелеными ставнями… Запомнили?

- Запомнили - дом с зелеными ставнями. Кого там спросить?

- Э-э… я бы вам не посоветовал заявиться в дом всей толпой, господа! - предупредил мальчишка. - Там живет одна старушка, тетушка Мари-Анж, так вот, она очень пуглива… Если будете стучать, может и не открыть - живет ведь одна, а домашней прислуги у нее нет, одни пастухи, это ведь ее свиньи.

- О, так она богата, эта твоя Мари-Анж?!

- Да, что и говорить, не бедная. Окороки коптит самолично, да так, что во рту тают! Из самого Кана к ней приезжают. А какой она делает сыр! И тоже недорого.

- Я смотрю, она прямо добрая волшебница, эта твоя хозяйка!

- О да, тетушка очень добра… И очень, очень пуглива. Старый человек, сами понимаете… Лучше бы, чтоб к ней пошел вот он. - Пастушонок кивнул на Митьку. - Он молод и не внушает страха.

- А мы, значит, внушаем?! Ах ты, плут!

- Нет, нет, господа. Я вовсе не то хотел сказать. - Мальчишка на всякий случай отпрыгнул в сторону. - Да, как войдете в дом тетушки, скажете, что от Жака. Жак - это я.

- Скажем… Как деревня-то называется?

- Пласне. Запомните?

- Да уж не дурни.

- Вон по этой дорожке. Всего два лье.

- Ну, уж удружил, вот тебе…

Жан-Поль швырнул мальчишке мелкую монетку.

- О, благодарю, месье, - изогнулся в поклоне тот. - Удачного вам пути.

Ивану вдруг показалось… только показалось… что хитрые глаза пастушонка как-то уж слишком задорно блеснули. Мелкая монета - повод для такой радости? Или тут дело в чем-то другом? И свиньи… Как-то странно они себя вели: паслись себе спокойненько компактной кучкой - такое впечатление, что им совсем и не нужен был пастух. Странно… А впрочем, что им за дело до какого-то нищего нормандского пастуха?

Иван пришпорил коня, нагоняя своих.

Надо сказать, вряд ли до деревни было два или даже два с половиной лье, как сказал пастушонок, скорее - все пять. Дорога петляла, сужаясь порой до размеров звериной тропы, да и вообще вся заросла густой высокой травою, как будто этим путем никто и не пользовался вовсе! Иван пристально вглядывался в придорожные кусты, почему-то ожидая какой-нибудь пакости. Почему? А просто предчувствие было такое, нехорошее, и, когда впереди, за деревьями, показался острый шпиль колокольни, Иван обрадовался даже больше других. Ну наконец-то приехали. А вон и дом с зелеными ставнями - не обманул пастушонок!

Небольшой домик с соломенной крышей располагался у самой околицы, рядом с липовой рощицей и, честно сказать, не производил впечатления жилища весьма обеспеченной женщины. Ну, разве что та была скуповата… Впрочем, тогда бы она не продавала окороки и сыр по дешевке. Невысокая ограда, сад - яблони, сливы, вишни - напротив двери, у самого входа - клумба с цветами, ярко-желтыми, словно жаркое майское солнышко. Вообще, довольно уютно, это со стороны рощицы - неприглядно, но с той стороны, похоже, в деревню мало кто и ходил.

- Ну, Мити, - Жан-Поль спешился, - иди, да смотри, не обижай старушку.

- Да уж не обижу! - Митрий отмахнулся и, вручив поводья Прохору, направился к дому. С полдороги вернулся, попросил у Ивана денег - вдруг да не хватит тех, что есть.

- Смотри, долго там не задерживайся, - бросил вдогонку нормандец. - И про сыр не забудь спросить.

Митрий лишь махнул рукой и, подойдя ближе, постучал в дверь:

- Есть кто-нибудь?

Показалось, что из-за двери откликнулся приглушенный женский голос.

- Тетушка Мари-Анж, меня прислал Жак, пастушонок. Сказал, что у вас можно недорого купить окорок и сыр. Эй, тетушка? Ты меня слышишь?

Некоторое время стояла полная тишина, даже слышно было, как рядом, в птичнике, кудахтали куры. И словно бы кто-то приглушенно выругался, причем - басом. Именно там, в птичнике! Интересно… Впрочем, наверное, показалось…

Юноша поправил на голове берет и тщательно разгладил ворот. Страусиное перо, брабантские кружева, длинные вьющиеся волосы - этакий парижский щеголь. Вот только камзол слегка подкачал - уж больно потертый. Зато цвета красивого, желтого, как вот эта вот клумба.

- Эй, тетушка Мари-Анж! - снова закричал Митрий.

И на этот раз - о, чудо! - его потуги были вознаграждены - дверь открылась! Осторожненько, не настежь, так, еле-еле протиснуться, что Митька и сделал.

- Идите за мной, месье.

Какая-то женщина в накинутом на голову платке или шали вдруг сразу от порога бросилась к очагу - закипая, выплеснулось на огонь варево. Верно, хозяйка варила кашу.

- Ох ты, святой Клер! Чуть молоко не убежало!

Сняв платок, женщина проворно накинула его на руки и уже таким образом сняла кипящий горшок с очага. В помещении было темновато - оба окна прикрывали зеленые ставни.

- Вы ко мне, месье? - Управившись с молоком, хозяйка наконец обернулась.

- К вам, тетушка… Ой! - Митька ахнул, разглядев хозяйку дома поближе.

Какая там тетушка! Перед ним в клетчатой длинной юбке и расшитой жилетке поверх белой рубахи стояла девчонка на вид лет шестнадцати-двадцати. Уж это-то можно было определить и в полутьме.

- Э… - Митька слегка замялся. - Мне сказали, здесь живет тетушка Мари-Анж. Жак сказал, пастушонок.

- Я и есть Мари-Анж, - неожиданно улыбнулась девушка. - А Жаку обязательно надеру уши. Вы, месье, ведь не из наших мест будете?

- Нет, не из ваших.

- Верно, южанин, из Лангедока? Говорите как-то не так.

- Не так? - Юноша даже обиделся. - А я считал, что хорошо говорю…

- Нет-нет, хорошо, конечно. Только временами, знаете, проскальзывает что-то такое… этакое… Слушайте, месье, вы мне не поможете? Я тут с утра еще пыталась открыть ставни… Что-то заело. И сразу оба окна, как назло. Там надо во-он те болты посмотреть…

- Посмотрим! - Потерев руки, Митрий резво подошел к окну.

- Ой, нет, месье. Там так пыльно. Снимите перевязь и камзол… Да не бойтесь, снимайте же - я дам вам накидку. Давайте сюда вашу шпагу. Так… Вы здесь покрутите, а я пойду помогу с улицы…

Конечно же, Митрий разбирался в механике слабо. Но и имевшихся познаний хватило, чтобы легко починить ставни - просто чуть-чуть подправил петли. Оп - и открылись! Было темно, стало светло! Ого… Юноша быстро обвел взглядом комнату, обратив внимание на огромную, с накрахмаленными подушками кровать - целое ложе.

- Ой, я вам так благодарна, месье, так благодарна! - Мари-Анж вбежала с улицы. - Прямо не знаю, что бы без вас и делала. Ох, аж употела вся…

Расстегнув жилетку, она небрежно бросила ее на кровать. Ничего оказалась девчонка! «Тетушка», прости Господи. Светлорусая, курносенькая, с милым приветливым личиком и наивными голубыми глазами. Этакая простоватая деревенская девушка. И все щебетала, щебетала, не умолкая:

- Вы спрашивали про окорок, месье? О, у меня найдутся для вас и окороки и кое-что еще, ведь вы мне так помогли, так помогли… А хотите сидру? Он, правда, из прошлогодних яблок, забористый, но вкусный, прохладный. Вот…

Взяв с полки кувшин, Мари-Анж проворно плеснула сидр в деревянную кружку и с улыбкой подала гостю.

- Пейте… Да вот, садитесь прямо на кровать, по-простому, мы ж не в Париже с вами, где все фу-ты, ну-ты…

Митрий, ничуть не смущаясь, на кровать и уселся. Сидр оказался вкусным, прохладным.

- Мерси, - напившись, поблагодарил юноша. - Мерси боку, мадемуазель.

- Ой… Вы такой галантный кавалер…

Мари-Анж уселась на кровати рядом, повернулась… И вдруг ни с того ни с сего рванула свою рубашку, да так сильно, что обнажилась не только грудь, но и пупок!