Загадка новой ученицы - Данешвари Гитти - Страница 6

– Ух ты, даже суперинтендант знает, что горгульи твердолобые, – пробормотала Венера, обращаясь к Рошель.

– Суперинтендант Петра говорила о нашей каменной комплекции, а не о характере.

– Ну, раз ты так говоришь…

Глава четвертая

Толпа начала понемногу расходиться, и тут Рошель почувствовала, что ей на плечо упала капля воды. Однако не успела она повернуться и посмотреть, что это такое, упала еще капля, потом еще и еще одна. За спиной у маленькой горгульи стояла вечно насыщенная водой мисс Сью Нами. Грузная, глыбообразная, совершенно неженственная, она, как обычно, стояла, широко расставив ноги и подбоченившись.

– Несовершеннолетние сущности, мне нужно с вами поговорить, – рявкнула мисс Сью Нами, подозрительно оглядывая коридор.

– Но вы же смотрите прямо на нас? Хотя, возможно, из-за воды у вас помутился взгляд, – с неподдельной искренностью предположила Рошель. – Не волнуйтесь: я уверена, Ки знает очень хорошего специалиста по коррекции зрения.

– Знаю, – чуть слышно выдохнул Ки.

– Несовершеннолетние сущности, мне не нужен специалист по коррекции зрения, мне нужно с вами поговорить.

– Но мадам Сью Нами, вы уже с нами говорите, – повторила въедливая горгулья.

– Рошель, позволь мне. – Венера шагнула к мисс Сью Нами, а в следующий миг та хорошенько встряхнулась.

Встряхнулась с ног до головы, как собака после купания, разбрызгивая во все стороны воду.

– Чудно, просто чудно, – саркастически простонала Венера, вытирая лицо. – Итак, что мы можем для вас сделать, мисс Сью Нами?

Вечно мокрая дама знаком велела четверке друзей следовать за ней и зашла за ближайший угол. Когда ребята собрались вокруг нее, заместительница директора заговорила шепотом, безмерно удивив собеседников. Подумать только: прежде эта женщина разговаривала только и исключительно на повышенных тонах.

– Я прожила среди нормалов три года и за это время многое о них узнала. Например: они очень серьезно относятся к Хеллоуину; очень высоко ценят бейсбол, даже несмотря на то, что он еще медленнее, чем марафон зомби; хот-доги на самом деле делают не из собак[14]; но, что самое важное, они решают свои проблемы с помощью судебных процессов, а не похищений. Так что пока все остальные купились на всю эту чушь про нормалов, я хочу, чтобы вы, ребята, смотрели в оба и держали ушки на макушке. И, если вы вдруг не поняли, поясню: я сказала смотреть в оба, но это не значит, что можно болтать. То есть не вздумайте бегать и трепаться об этом со всеми подряд, – проворчала мисс Сью Нами и утопала прочь, оставляя за собой след из лужиц.

– Ей бы следовало нанять какого-нибудь тролля, чтобы он ходил за ней со шваброй. Лужи могут быть очень опасны. Собственно говоря, они – причина семидесяти процентов всех поскальзываний и падений, – припомнила Рошель, глядя на лужи на полу.

Однако не успели Ки, Робекка и Венера что-то ответить, как в коридоре загремел глубокий величественный голос. Тембр, темп и общая манера речи сразу выделяли говорившего, как и причудливый, золотисто-бирюзовый костюм из бинтов. С другой стороны, он ведь был представителем царской семьи.

– Шериф? Суперинтендант? Позвольте представиться: Его Царское Величество Рамзес де Нил, – высокомерно представился человек. – Можете поклониться.

– Теперь понятно, откуда у Клео такая необыкновенная индивидуальность, – сказала Венера, подавив смешок.

– Кто-то явно считает себя пупом земли, – заметила Робекка, наблюдая, как мистер де Нил смахивает несуществующую пушинку с великолепно сшитого пальто из бинтов.

– Мистер де Нил, – натянуто ответил шериф, нехотя кивая. – Что мы можем для вас сделать?

– Моя дочь Клео – царевна, вторая по счету наследница престола фараона. А нормалы – уверен, вам это известно – уже долгое время помешаны на монархии, и эта одержимость подкреплена солидной документацией, – пояснил Рамзес де Нил. – По этой причине, я полагаю, весьма велика вероятность того, что моя дочь станет следующей жертвой похитителей. А поскольку я не желаю, чтобы с ней что-то подобное приключилось, я прибыл сюда сегодня, дабы попросить вас приставить к ней телохранителя.

– Боюсь, мы не уполномочены обеспечивать безопасность отдельных лиц. Все наши люди заняты на патрулировании границ Сейлема, – мрачно ответил шериф Фред.

– Простите, но я невольно услышал ваш разговор, – вмешался какой-то кошко-оборотень. – Я Тэб Би, только что назначенный охранник Торалей Страйп, одной из самых незаурядных девушек в школе…

– Только в ее мечтах, – вполголоса пробормотала Венера.

– Поэтому я должен согласиться с Его Царским Величеством, мистером де Нилом. Выдающиеся студенты заслуживают, осмелюсь даже сказать, требуют повышенного уровня охраны.

– Спасибо, мистер Би, – ответил мистер де Нил, явно польщенный тем, что Тэб назвал его «Ваше Царское Величество».

– Мне жаль, джентльмены, но этого не будет. А теперь, если вы нас извините… – отрезал шериф Фред, и они с суперинтендантом Петрой двинулись прочь по коридору.

– Это неправильно! Такие дети, как наши, заслуживают защиты! – взревел отец Клео, топая ногой в богато изукрашенном позолотой сапоге по вымощенному фиолетовой плиткой полу.

– Поскольку обе ваши девушки смышленые, находчивые и изворотливые, – прошелестел вкрадчивый голос за спинами двух мужчин, – они сами будут представлять внушительную мощь, если станут действовать сообща. Сила в количестве, знаете ли.

– Что на сей раз затевает мисс Подлетыш? – спросила Венера у остальных, подозрительно косясь на маленькую европейскую драконицу.

Одетая в длинное, до пола, платье цвета лаванды с серебряными пуговицами, мисс Подлетыш выглядела просто умопомрачительно. Длинные, отливающие огнем волосы, сияющие зеленые глаза и изящные белые крылья моментально оказали гипнотический эффект и на Рамзеса де Нила, и на Тэба Би.

– За всеми ее поступками скрывается холодный расчет, – ответила Рошель. – Так что нам просто нужно понять, в чем он заключается…

– Давайте для начала выясним, что написано в тех бумагах, – предложила Венера.

– В каких бумагах? – спросил Ки.

– На чердаке мы наткнулись на тайник со спрятанными в нем бумагами, но не успели их прочитать, так что я все сфотографировала на гробофон, – пояснила Венера.

После этих слов зеленолицей дочки растительного монстра Робекка аж подпрыгнула.

– И вы все это время молчали и ничего нам не сказали? Я думала, мы как три монстркитера! – кипятилась она, возбужденно размахивая руками.

– А как же я? – тихо спросил Ки.

– Прости, Ки! Я хотела сказать, как четыре монстркитера! – бушевала Робекка, сердито переводя взгляд с Венеры на Рошель.

– И незачем так орать, Бек. Мы собирались тебе рассказать, просто на минуточку отвлеклись на шерифа с его суперинтендантшей.

Было примерно половина десятого утра. Ки, Рошель и Робекка забились в узкое пространство между двумя книжными стеллажами гиблиотеки и, едва не стукаясь головами, склонились к гробофону, который держала Венера. Студенты, затаив дыхание, смотрели, как дочь растительного монстра загружает отснятые фотографии. Перед ними отчетливо маячил призрак надежды: вдруг эти снимки помогут им вернуть директрису Бладгуд в школу целой и невредимой.

Наконец на экране появилось первое фото. Однако напряженное ожидание тут же сменилось разочарованием, потому что картинка оказалась такой размытой, что больше смахивала на полотно абстракциониста, чем на слова и буквы.

– Вот это каша-малаша! А если они все такие? – вслух выразила свои опасения Робекка.

14

Игра слов. «Hot dog» дословно «горячая собака». (Прим. пер.)