Камень третий. Дымчатый обсидиан - Макарова Ольга Андреевна - Страница 60

Так что выбор Кана был свободен. И совершенно не логичен. Но у гадальщиков и нарратов с логикой вообще отношения сложные… эти люди почти всегда поступают так, как чувствуют.

— …Мне сказали, ты спрашивал Сальваторов про Обсидиановый Квартал, — заметил Раф к концу разговора. — Я там много кого лично знаю… Помочь тебе?

— Помоги, — без проблем согласился Кан. — Я человека ищу одного…

Рафдар слушал внимательно, нахмурившись так, что брови сошлись на переносице.

— Занна, Занна… — повторял он в раздумье, барабаня пальцами по столу. — Не помню такую. Думаю, стоит справиться о ней у Эдгари — она сейчас заправляет Обсидиановым Кварталом… Пошли, чего зря время терять… — Рафдар лениво, с неспешностью сытого хищника, поднялся из-за стола, не считая бросил на стол щедрую горсть золотых и направился прямиком к выходу.

…Эдгари, высокая, стройная женщина, вышла им навстречу. По возрасту она, наверное, могла бы приходиться Кангасску матерью, но взгляд ее, мудрый и глубокий, выражал целую вечность. Взгляд — словно бездна… Тяжело долго выдерживать такой…

Меж ключиц Эдгари поблескивал холодный обсидиан. Кангасск с удивлением заметил, что он маленький, как бусина, куда меньше, чем тот, что подарила ему Занна.

— Здравствуй… — сдержанно приветствовал гадальщицу Рафдар. Вряд ли это было искреннее смирение, скорее просто хорошие манеры.

— Здравствуй… — вторил ему Кангасск и, почтительно склонил голову. Дайн бросил на него беглый взгляд, и во взгляде этом ясно читалось удивление.

— Здравствуй, первое крыло, Дайн младший, — чуть улыбнулась женщина и внимательно посмотрела на Кангасска: тот все еще не поднял головы. — Здравствуй, последний Ученик миродержцев, — сказала она ему и добавила, легко коснувшись его плеча: — Носитель трех обсидианов…

Кан посмотрел ей в глаза. Он уже и забыл, каково это — встречать взгляд настоящего гадальщика. Казалось, он вновь стоял перед маленькой Занной, как то было четырнадцать лет назад — точно так же не понимал, что с ним происходит. Само осознание того, что другой человек видит тебя насквозь… вглядывается в твою судьбу, как в открытую книгу… это испытание…

— Хм… кто-то наглухо закрыл твое будущее от чужого взора… — покачала головой Эдгари. — Я вижу лишь мелочи, но дальше — темнота. Кто мог сделать такое?..

— Горящий… — невольно вырвалось у Кангасска.

— Что? — переспросила Эдгари.

— Горящий обсидиан. Он шутил подобные шутки со мной, когда его носил Максимилиан… — пояснил Кангасск. Не за тем он сюда пришел, чтобы рассуждать о взаимоотношениях харуспексов и доказывать свою полную некомпетентность в этом вопросе… но раз уж сболтнул, что делать…

— Но ведь ты предсказал падение Торгора, насколько я знаю, — подхватила Эдгари и отметила особо: — Несмотря на запрет Горящего…

— Это просто потому, что я наррат, — вздохнул Кангасск и виновато улыбнулся.

— Как интересно… — задумчиво произнесла гадальщица. — Для меня всегда было загадкой существование такого человека, как ты… Прошу, если ты не торопишься, поведай мне о противостоянии обсидианов… Холодный, Горящий и Нарра… ни один военный историк не посвятил им и строчки. А для нас, людей старого Таммара, эти знания бесценны!..

— Конечно, — с уверенностью пообещал Кангасск. — Я никуда не тороплюсь и все расскажу. Но позволь сначала спросить кое-что…

— Да, конечно, — тепло улыбнулась Эдгари. — Прости, что напала на тебя с вопросами. Ты ведь не за тем пришел, чтобы рассказывать мне истории, верно?

— Верно… — понуро кивнул Кангасск.

— Что-то не так? — Эдгари по-птичьи склонила голову набок.

— Нет-нет, — рассеянно произнес Ученик. — То есть да… Я просто вдруг подумал… а, неважно… — он махнул рукой. — Я ищу девушку по имени Занна. В последний раз я видел ее четырнадцать лет назад еще ребенком… И — почти ничего о ней не знаю…

Эдгари ответила не сразу. Задумавшись, она подошла к окну и отодвинула фарховую штору, впустив в дом немного радостного утреннего света. Отрешенный взгляд; грустная полуулыбка… Сейчас Эдгари была похожа на человека, захваченного давними воспоминаниями.

— Твоей беде помочь сложно, Кангасск, — сказала она, обернувшись. — Но все не столь безнадежно, как тебе кажется.

— Да? — слегка удивился Кан.

— Я знаю, о чем ты подумал только что, — кивнула Эдгари. — О том, что Таммар был довольно-таки большой и людный город и вряд ли я помню каждого ребенка, который четырнадцать лет назад бегал по его улицам… Но Занна не обычный ребенок… Это долгая история, Кангасск. Думаю, ее стоит обсудить не в прихожей, а в главном зале, за чаем.

— Я тоже приглашен? — деловито осведомился Рафдар.

— Я не против, — спокойно ответила Эдгари.

— Я тоже… — вторил ей Кангасск.

Когда отвыкаешь от чая, он неожиданно оказывается бесподобно вкусен. Черный, мелколистовой, с кусочками земляники и молоком. Или зеленый, с листиком лимонно мяты. Или красный — из сушеных диадемовых лепестков — ароматный, с кислинкой… Заскучавший по чаю Ученик так долго не мог определиться с выбором, что Эдгари, по-доброму рассмеявшись, велела своему маленькому внуку заварить гостю по чашечке каждого из трех видов чая.

Что до Рафдара, то он попросил черного с молоком и сладких лепестков рамниру к нему. Грозный глава теневого Лура оказался сладкоежкой тем еще: поданными сластями он хрустел с увлечением, как ребенок.

— …Таммар — древний город, Кангасск, — начала свой рассказ Эдгари. — Ему было уже семь тысяч девятьсот сорок восемь лет, когда он пал. Основали его двое — Азария и Самберт. Они пришли в Ничейную Землю в беспокойное время: тогда шло заселение Ничейной Земли и Севера. Множество людей покидало обжитой Юг и отправлялись в неизведанные земли. Кто-то искал чудес, кто-то — богатства, кто-то счастья. Люди отправлялись навстречу своей судьбе и не жалели ни о чем.

Азарии с Самберту суждено было найти одинокое месторождение холодного обсидиана. И не просто найти, а понять душу этого камня. Это были первые гадальщики в мире. Другие пришли позже: благодатное место заселили со временем простые переселенцы, искатели приключений, изгои… Азария и Самберт открыли им тайну гадания. И все потомки этих двоих были хранителями высшего знания, учителями простых таммарцев… душой Таммара, одним словом. Не только их учение, но и одно их присутствие делало город тем, чем он был. Семь тысяч девятьсот сорок восемь лет благословение судьбы хранило Таммар, и до самого последнего дня каждый таммарец был уверен, что, пока жив хоть один из потомков Азарии и Самберта, город непобедим…

Эдгари замолчала. Взгляд ее был грустен; над забытой чашкой черного чая витиевато поднимался ароматный пар.

— Душа Таммара… — нарушил тишину Кангасск. — Я ведь из него в Лур пришел… Я помню, все время чувствовал какую-то пустоту, пока был там… Вроде бы, город живет; у новых поселенцев есть надежда, а все равно — пустота. Как будто душа ушла, действительно.

— Да, — Эдгари кивнула. — От настоящего Таммара остались лишь стены. Теперь он ничто. И не более жив, чем Город Еретиков, хотя и не безлюден, как тот.

— Как я понял, Занна — из потомков Азарии и Самберта? — уточнил Кан.

— Да, — ответила Эдгари. — Потому ты напрасно ищешь ее здесь. Никто из ее семьи не покинул Таммар, насколько я знаю, даже дети. Все они остались там — чтобы поднять над Таммаром знамя победы или встретить смерть вместе с ним — как капитаны древних времен, которые никогда не бросали своих кораблей. Что бы мы ни думали обо всем этом, для потомков Азарии и Самберта это был вопрос чести…