Камень первый. Холодный обсидиан - Макарова Ольга Андреевна - Страница 2

— Потише, красавица, — услышала она ласково-насмешливый молодой голос. — А то зарубишь меня невзначай, — это был оружейник. Он, оказывается, давно проснулся и наблюдал.

— Извини, мастер, — сказала Владислава, с сожалением возвращая катану на место.

— Да ладно, — отмахнулся оружейник. — Я близко не подходил, потому и жив до сих пор… Как тебя зовут-то?

— Владислава. Можно просто Влада.

— Кангасск. Просто Кан, — изящно поклонился парень.

Владислава посмотрела на него с интересом. Черные волосы, зеленые глаза, лицо, необычное для потомка Дэл и Эмэра, рост ниже, чем у местных.

— Ты нездешний, — сказала она, — верно?

— Да здешний я, здешний, — с некоторым раздражением произнес Кан, — просто я урод, и меня еще в детстве должен был убить праведный гнев Прародителей.

— Я бы не сказала, что ты урод. По-моему, очень славный парень, — честно сказала Влада. — Настоящее уродство — это как раз когда все одинаковые.

Кангасск пожал плечами.

— Ты сама-то откуда? Кто твои предки?

Владислава весело усмехнулась. Конечно, бедолага Кан надеялся услышать от нее название ее родного города и имена Прародителей…

— Мою семью знают в Кулдагане как Странников, — только и сказала она.

— Странники, значит, — глаза Кана загорелись. — Так это ваша семейка извела под корень и без того исчезающий вид огненных драконов?!

— Да, если считать всех Странников одной семьей, то да, — как-то странно ответила Влада.

— Спасибище вам большущее! — просиял Кангасск. — Давно этих гадов надо было кончать! Знаешь, Арен-кастель всегда был пунктом отдыха на пути их перелета. Рассядутся толстыми задами на наших домах, как куры на насестах, — так носу на улицу не кажешь неделю, чтоб не слопали тебя ненароком… Специально для тебя скидка 50 %, да простит меня мастер…

— Так ты не мастер?

— Нет. Я подмастерье. Причем, по словам мастера, бездарный… — Кан вздохнул.

— Ладно… Скажи, где тут у вас огнестрелки, — перешла к делу Влада.

— Ах, огнестрелки. Огнестрельное оружие… — замялся Кан.

— Ага. Я хочу купить.

— Зачем?

— Иду в Горелую Область.

— И чего ради? Я бы туда ни за какие коврижки… — пожал плечами оружейник. — Я слышал… — и тут он приготовился рассказать увлекательную историю…

— Пушки, Кан, — твердо и настойчиво произнесла Влада.

— У меня их нет, — сознался Кан после долгой паузы. — Время золотой лихорадки уходит. На нем город наш вырос вдвое, и без сумасшедших путников ему придется плохо… Сейчас редко кто ходит туда-сюда через Горелую Область, потому и огнестрелок не держим. А пороха у нас нет, ясное дело. Можно в Торгор сходить, там все сделают на заказ…

— Как плохо-то! — Влада почмокала губами, совсем как ее дед, когда замечал в чем-нибудь изъян. Впрочем, вопреки словам, особо расстроенной она не выглядела. — Спешу я, Кан. Некогда мне назад в Торгор идти. Некогда… Ну что ж, пойду как есть, с мечом. Почем вот эта катана у тебя?..

Кангасск, кажется, пытался что-то ответить, но у него от волнения дыхание перехватило. С минуту он только беспомощно открывал рот, как фонтанная рыбка, умирающая на песке…

— …пятьдесят монет… — выдавил он наконец и вдруг взорвался: — Влада, умоляю, не надо! В Горелую Область и с огнестрелкой-то не всякий сунется…

— Кангасск, перестань… не впервой, — снисходительно улыбнулась Влада, отсчитывая звонкие денежки.

— Может… может, сходим куда-нибудь? — спросил Кан с надеждой. — У нас театр есть, музей, ресторан дневной…

— Нет, благодарю. Пойду отосплюсь в гостинице — и в путь с утра пораньше…

Тихий и печальный, Кангасск донес Владиславе тяжелый рюкзак до ее комнаты, после чего сделал вторую попытку отговорить девушку от столь рискованного путешествия, но был мягко выпровожен за дверь.

Вернувшись в оружейную, юный кулдаганец не мог найти себе места. В кресле, сложив ноги на стол, — лежал; пальцами по подлокотникам — барабанил; даже толстенный фолиант по теории Ничейных Областей пытался читать… впрочем, тоскливых параграфов он осилить не мог и читал только краткие резюме в конце каждого: там имелось хотя бы зерно здравого смысла, и автор иногда даже изъяснялся по-человечьи (видать, жалел тех, кому придется все это читать. А может, и не он писал резюме, а кто другой студиозусов пожалел)…

«…границы Областей весьма расплывчаты, точно их определить никто не в состоянии, потому на карте отмечают точкой центр Области и пунктиром — примерный радиус действия областных законов. Радиусы действия соседних Областей могут перекрываться, в таких местах следует соблюдать особую осторожность.

Ничейная Земля — магически нестабильный регион. Большинство заклинаний срабатывает здесь непредсказуемо и взрывоопасно, потому применение магии на Ничейной Земле настоятельно не рекомендуется.

Важно! Порох в различных Областях взрывается с разной силой, а в некоторых не взрывается вовсе (Мертвая Область, Лунная Область и др.).

Причина различия в силе взрыва — все та же магическая нестабильность, т. к. вещества, входящие в состав пороха, обладают различным магическим потенциалом, как вообще все вещества в природе. Следовательно, для сильного взрыва требуется напряженный магический фон. По той же причине на Севере и на Юге порох не имеет большого применения (исключение: тяжелые пушки больших городов и подрывные работы в шахтах; в данный случаях используют большое количество пороха для достижения нужной силы взрыва). В Некоторых Областях (например, Горелая Область) для сильного взрыва требуется небольшая масса, потому там в ходу легкие ручные пушки (ружья, пистолеты, винтовки и пр.). С большим количеством пороха используют мушкеты, ганы и пищали…»

Кангасск захлопнул пухлый том, выпустив в воздух фонтанчик книжной пыли, и закрыл лицо руками. Ему было плохо. Стоило смежить веки — виделось юное, с задорным носиком лицо Владиславы, обрамленное ореолом лохматых, выгоревших на солнце кудряшек, и глаза ее — цвета крепкого чая, каких Кан в жизни не видел ни у своих родичей, ни у прочих жителей Кулдагана… Ну как эту чудесную девушку в Горелую Область отпустить?! Да еще без огнестрелки!..

Он оглядел магазин, где на оружие, лениво кружась, опускалась проникшая через дверь пустынная пыль; попытался припомнить всю свою жизнь в городе… вспоминалась какая-то ерунда да серость, да еще и то, что его с детства за глаза уродом звали все кому не лень… а вот Влада пришла и сказала, что он на самом деле славный парень!..

«Да катись оно все к дьяволу!» — ругнулся шепотом Кангасск и вскочил с кресла. Вооружаясь со стендов, он даже «Да простит меня мастер» забыл произнести. Собрал вещи, сел в коридорчике той самой длари, где остановилась Владислава, под дверью ее комнаты, и стал ждать утра…

Утренний свет не проник сквозь зашторенные окна длари. Было утром темно, как ночью. Только по тишине, слегка разбавленной шуршанием потревоженного ветром песка, можно было понять, что она кончилась. Ночью город, залитый светом масляных фонарей, был живым и шумным, а сейчас вновь затих.

Владислава сидела над картой Ничейной Земли, исчерченной пересекающимися красными кружками Областей. Планы были самые разные. В частности, добыть в Рубеже быструю чаргу и покрыть весь путь в кратчайшее время.

…Между сегодняшним днем и предстоящим неприятным разговором лежало еще, по крайней мере, четырнадцать дней, но от этого никому не легче…

Свернув карту, Владислава подняла на плечи рюкзак и толкнула дверь… Та мягко проглотила толчок и открываться не собиралась.

«Это еще что?» — мысленно возмутилась Владислава и отвесила двери хорошего пинка, от которого Кангасск, спавший к двери спиной, кубарем откатился к стене, не успев даже толком проснуться по пути.