Собрание сочинений - Бродский Иосиф Александрович - Страница 180

180

Посвящается стулу

IМарт на исходе. Радостная весть:день удлинился. Кажется, на треть.Глаз чувствует, что требуется вещь,которую пристрастно рассмотреть.Возьмем за спинку некоторый стул.Приметы его вкратце таковы:зажат между невидимых, но скулпространства (что есть форма татарвы),он что-то вроде метра в высотуна сорок сантиметров в ширинуи сделан, как и дерево в саду,из общей (как считалось в старину)коричневой материи. Что сухосочтется камуфляжем в Царстве Духа.IIВещь, помещенной будучи, как в Аш-два-О, в пространство, презирая риск,пространство жаждет вытеснить; но вашглаз на полу не замечает брызгпространства. Стул, что твой наполеон,красуется сегодня, где вчерась.Что было бы здесь, если бы не он?Лишь воздух. В этом воздухе б виласьпыль. Взгляд бы не задерживался напылинке, но, блуждая по стене,он достигал бы вскорости окна;достигнув, устремлялся бы вовне,где нет вещей, где есть пространство, нок вам вытесненным выглядит оно.IIIНа мягкий в профиль смахивая знаки «восемь», но квадратное, в анфас,стоит он в центре комнаты, столь наг,что многое притягивает глаз.Но это – только воздух. Между ног(коричневых, что важно – четырех)лишь воздух. То есть дай ему пинок,скинь все с себя – как об стену горох.Лишь воздух. Вас охватывает жуть.Вам остается, в сущности, одно:вскочив, его рывком перевернуть.Но максимум, что обнажится – дно.Фанера. Гвозди. Пыльные штыри.Товар из вашей собственной ноздри.IVЧетверг. Сегодня стул был не у дел.Он не переместился. Ни на шаг.Никто на нем сегодня не сидел,не двигал, не набрасывал пиджак.Пространство, точно изморось – пчелу,вещь, пользоваться коей пересталвладелец, превращает ввечеру(пусть временно) в коричневый кристалл.Стул напрягает весь свой силуэт.Тепло; часы показывают шесть.Все выглядит как будто его нет,тогда как он в действительности есть!Но мало ли чем жертвуют, вчераот завтра отличая, вечера.VМатерия возникла из борьбы,как явствуют преданья старины.Мир создан был для мебели, дабысоздатель мог взглянуть со сторонына что-нибудь, признать его чужим,оставить без внимания вопросо подлинности. Названный режимматерии не обещает роз,но гвозди. Впрочем, если бы не гвоздь,все сразу же распалось бы, как есть,на рейки, перекладины. Ваш гостьне мог бы, при желании, присесть.Составленная из частей, вездевещь держится в итоге на гвозде.VIСтул состоит из чувства пустотыплюс крашенной материи; к чемуприбавим, что пропорции простыкак тыщи отношенье к одному.Что знаем мы о стуле, окромя,того, что было сказано в пылуполемики? – что всеми четырьмястоит он, точно стол ваш, на полу?Но стол есть плоскость, режущая грудь.А стул ваш вертикальностью берет.Стул может встать, чтоб лампочку ввернуть,на стол. Но никогда наоборот.И, вниз пыльцой, переплетенный стебельвмиг озарит всю остальную мебель.VIIВоскресный полдень. Комната гола.В ней только стул. Ваш стул переживетвас, ваши безупречные тела,их плотно облегавший шевиот.Он не падет от взмаха топора,и пламенем ваш стул не удивишь.Из бурных волн под возгласы «ура»он выпрыгнет проворнее, чем фиш.Он превзойдет употребленьем гимн,язык, вид мироздания, матрас.Расшатан, он заменится другим,и разницы не обнаружит глаз.Затем что – голос вещ, а не зловещ -материя конечна. Но не вещь.<1987>

Посвящение

Ни ты, читатель, ни ультрамаринза шторой, ни коричневая мебель,ни сдача с лучшей пачки балерин,ни лампы хищно вывернутый стебель– как уголь, данный шахтой на-гора,и железнодорожное крушенье -к тому, что у меня из-под перастремится, не имеет отношенья.Ты для меня не существуешь; яв глазах твоих – кириллица, названья...Но сходство двух систем небытиясильнее, чем двух форм существованья.Листай меня поэтому – покане грянет текст полуночного гимна.Ты – все или никто, и языкабезадресная искренность взаимна.<1987>

Послесловие

IГоды проходят. На бурой стене дворцапоявляется трещина. Слепая швея наконец продевает ниткув золотое ушко. И Святое Семейство, опав с лица,приближается на один миллиметр к Египту.Видимый мир заселен большинством живых.Улицы освещены ярким, но постороннимсветом. И по ночам астрономскурпулезно подсчитывает количество чаевых.