Стихотворения - Лермонтов Михаил Юрьевич - Страница 43

43

В том доме каждый круглый годДве тени, говорят(Когда меж звезд луна бредет,И все живые спят),Являются, как легкий дым,Бродя по комнатам пустым!..

1832

Люблю я цепи синих гор…

Люблю я цепи синих гор.Когда, как южный метеор,Ярка без света и краснаВсплывает из-за них луна,Царица лучших дум певцаИ лучший перл того венца,Которым свод небес поройГордится будто царь земной.На западе вечерний лучЕще горит на ребрах тучИ уступить все медлит онЛуне – угрюмый небосклон;Но скоро гаснет луч зари…Высоко месяц. Две иль триМладые тучки окружатЕго сейчас… вот весь наряд,Которым белое челоЕму убрать позволено.Кто не знавал таких ночейВ ущельях гор иль средь степей?Однажды при такой лунеЯ мчался на лихом конеВ пространстве голубых долин,Как ветер, волен и один;Туманный месяц и меня,И гриву, и хребет коняСребристым блеском осыпал;Я чувствовал, как конь дышал,Как он, ударивши ногой,Отбрасываем был землей;И я в чудесном забытьиДвиженья сковывал свои,И с ним себя желал я слить,Чтоб этим бег наш ускорить;И долго так мой конь летел…И вкруг себя я поглядел:Все та же степь, все та ж луна:Свой взор ко мне склонив, она,Казалось, упрекала в том,Что человек с своим конемХотел владычество степейВ ту ночь оспаривать у ней!

Солнце

Как солнце зимнее прекрасно,Когда, бродя меж серых туч,На белые снега напрасноОно кидает слабый луч!..Так точно, дева молодая,Твой образ предо мной блестит;Но взор твой, счастье обещая,Мою ли душу оживит?

Я счастлив!…

Я счастлив! – тайный яд течет в моей крови,Жестокая болезнь мне смертью угрожает!..Дай бог, чтоб так случилось!.. Ни любви,Ни мук умерший уж не знает;Шести досок жилец уединенный,Не зная ничего, оставленный, забвенный,Ни славы зов, ни голос твойНе возмутит надежный мой покой!..

Прощанье

– Не уезжай, лезгинец молодой;[113]Зачем спешить на родину свою?Твой конь устал, в горах туман сырой;А здесь тебе и кровля и покой —И я тебя люблю!..Ужели унесла заря однаВоспоминанье райских двух ночей;Нет у меня подарков: я бедна,Но мне душа создателем данаПодобная твоей.В ненастный день заехал ты сюда;Под мокрой буркой, с горестным лицом;Ужели для меня сей день, когдаТак ярко солнце, хочешь навсегдаТы мрачным сделать днем?Взгляни: вокруг синеют цепи гор,Как великаны, грозною толпой;Лучи зари с кустами – их убор;Мы вольны и добры; зачем твой взорЛетит к стране другой?Поверь, отчизна там, где любят нас;Тебя не встретит средь родных долин,Ты сам сказал, улыбка милых глаз:Побудь еще со мной хоть день, хоть час,Послушай! час один!– Нет у меня отчизны и друзей,Кроме булатной шашки и коня;Я счастлив был любовию твоей,Но все-таки слезам твоих очейНе удержать меня.Кровавой клятвой душу я своюОтяготив, блуждаю много лет:Покуда кровь врага я не пролью,Уста не скажут никому: люблю.Прости: вот мой ответ.

Она была прекрасна, как мечта

Она была прекрасна, как мечта[114]Ребенка под светилом южных стран;Кто объяснит, что значит красота:Грудь полная, иль стройный гибкий стан,Или большие очи? – Но поройВсе это не зовем мы красотой:Уста без слов – любить никто не мог;Взор без огня – без запаха цветок!О небо, я клянусь, она былаПрекрасна!.. я горел, я трепетал,Когда кудрей, сбегающих с чела,Шелк золотой рукой своей встречал,Я был готов упасть к ногам ее,Отдать ей волю, жизнь, и рай, и все,Чтоб получить один, один лишь взглядИз тех, которых все блаженство – яд!

Время сердцу быть в покое…

вернуться113

Прощанье («Не уезжай, лезгинец молодой…»)

По наблюдению И. Л. Андроникашвили стихотворение представляет собой первоначальный вариант сцены прощания Зары с Измаилом из поэмы «Измаил-Бей».

вернуться114

«Она была прекрасна, как мечта…»

Использовано для стихотворения «Девятый час; уж темно…».

«Время сердцу быть в покое…»

Первые шесть стихов являются вольным переводом начала стихотворения Байрона 1824 г. «On this day I complete my thirty sixth year» («В день, когда мне исполнилось тридцать шесть лет»).