Стихотворения - Лермонтов Михаил Юрьевич - Страница 44

44

Время сердцу быть в покоеОт волненья своегоС той минуты, как другоеУж не бьется для него;Но пускай оно трепещет —То безумной страсти след:Так все бурно море плещет,Хоть над ним уж бури нет!..Неужли ты не видалаВ час разлуки роковой,Как слеза моя блистала,Чтоб упасть перед тобой?Ты отвергнула с презреньемЖертву лучшую мою.Ты боялась сожаленьемВоскресить любовь свою.Но сердечного недугаНе могла ты утаить;Слишком знаем мы друг друга,Чтоб друг друга позабыть.Так расселись под громами,Видел я, в единый мигПощаженные векамиДва утеса бреговых;Но приметно сохранилаЗнаки каждая скала,Что природа съединила,А судьба их развела.

Склонись ко мне, красавец молодой!…

Склонись ко мне, красавец молодой!Как ты стыдлив! Ужели в первый разГрудь женскую ласкаешь ты рукой?В моих объятьях вот уж целый часЛежишь – а страха все не превозмог…Не лучше ли у сердца, чем у ног?Дай мне одну минуту в жизнь свою…Что злато? – я тебя люблю, люблю!..Ты так хорош! Бывало, жду, когдаНастанет вечер, сяду у окна…И мимо ты идешь, бывало, да, —Ты помнишь? – Серебристая луна,Как ангел средь отверженных, меж тучБлуждала, на тебя кидая луч,И я гордилась тем, что, наконец,Соперница моя небес жилец.Печать презренья на моем челе,Но справедлив ли мира приговор?Что добродетель, если па землеПроступок не бесчестье – но позор?Поверь, невинных женщин вовсе нет,Лишь по желанью случай и предметНе вечно тут. Любить не ставит в грехТа одного, та многих – эта всех!Родителей не знала я своих,Воспитана старухою чужой,Не знала я веселья дней младых —И даже не гордилась красотой;В пятнадцать лет, по воле злой судьбы,Я продана мужчине – ни мольбы,Ни слезы не могли спасти меня.С тех пор я гибну, гибну – день от дня.Мне мил мой стыд! он право мне даетТебя лобзать, тебя на миг одинОтторгнуть от мучительных забот!О, наслаждайся! – ты мой господин!Хотя тебе случится, может быть,Меня в своих объятьях задушить,Блаженством смерть мне будет от тебя.Мой друг! – чего не вынесешь любя!

Девятый час; уж темно…

Девятый час; уж темно; близ заставыЧернеют рядом старых пять домов,Забор кругом. Высокий худощавыйПривратник на завалине готовУснуть; дождя не будет, небо ясно, —Весь город спит. Он долго ждал напрасно;Темны все окна – блещут только два —И там – чем не богата ты, Москва!Но, чу! – к воротам кто-то подъезжает.Лихие дрожки, кучер с бородойШирокой, кони черные. Слезает, Одет плащом, проказник молодой;Скрыпит за ним калитка; под ногамиСтучат, колеблясь, доски. (Между намиСкажу я, он ничей не прервал сон.)Дверь отворилась, – свечка. Кто тут? – Он…Его узнала дева молодая,Снимает плащ и в комнату ведет;В шандале медном тускло догорая,Свеча на них свой луч последний льет,И на кровать с высокою перинойИ на стену с лубошною картиной;А в зеркале с противной стороныДва юные лица отражены.Она была прекрасна, как мечтаньеРебенка под светилом южных стран.Что красота? – ужель одно названье?Иль грудь высокая и гибкий стан,Или большие очи? – но пороюВсе это не зовем мы красотою:Уста без слов – любить никто не мог,Взор без огня – без запаха цветок!Она была свежа, как розы Леля,Она была похожа на портретМадонны – и мадонны Рафаэля;И вряд ли было ей осьмнадцать лет:Лишь святости черты не выражали.Глаза огнем неистовым пылали,И грудь, волнуясь, поцелуй звала —Он был не папа – а она была…Ну что же? – просто дева молодая —Которой все богатство – красота!..И впрочем, замуж выйти не желая,Что было ей таить свои лета? —Она притворства хитрости не зналаИ в этом лишь другим не подражала!..Не все ль равно? – любить не ставит в грехТа одного, та многих – эта всех!Я с женщиною делаю условьеПред тем, чтобы насытить страсть мою:Всего нужней, во-первых, мне здоровье,А во-вторых, я мешкать не люблю;Так поступил Парни питомец нежный:Он снял сюртук, сел на постель небрежно,Поцеловал, лукаво посмотрел —И тотчас раздеваться ей велел!

К ***

Как в ночь звезды падучей пламень,Не нужен в мире я.Хоть сердце тяжело как камень,Но все под ним змея.Меня спасало вдохновеньеОт мелочных сует;Но от своей души спасеньяИ в самом счастье нет.