Привкус магии - Сергачева Юлия - Страница 165

Я зарычал и прыгнул. Подипол ахнул, взмахнув руками и заваливаясь навзничь от удара. Девчонка пискнула испуганно и прытко откатилась в сторону. Огни десятков свечей, расставленных в разнокалиберных подставках, заметались, и по шторам, всплескивая длинными конечностями, заскользили страшные тени…

– Ты… – судорожно кашляя, задыхался ошеломленный Подипол, возясь на полу. – Да как ты… Полиция!.. Кто ты… Да я тебя… Да ты на кого…

Девчонка скреблась в уголке, напяливая одежду. Мне вдруг показалось, что она хихикнула. Но оборачиваться было некогда, потому что Подипол неожиданно предпринял попытку атаковать, взревев и вздымаясь с полу с тяжелой вазой наперевес.

– Щенок!.. Да как ты посмел…

Я метнул молнию, ощущая смутную радость от того, что наконец мне доступны привычные действия. Бессильный и изнемогающий там, в подвале, зато здесь уверенный и всемогущий…

Ваза брызнула, засыпав агрессора дождем мелких осколков. По инерции Лавр еще сделал несколько шагов и налетел на упругую стенку, толкнувшую его назад. Ошеломленный не столько разлетевшейся вазой и возникновением препятствия в воздухе, сколько самим фактом проявления волшбы, Подипол осел на пол, приоткрыв рот и изумленно таращась на меня. Упитанное лицо подергивалось конвульсивными гримасами и обвисало, как резиновая маска. Клочья похотливой приторной ауры вокруг его взлохмаченной головы постепенно наливались оранжевой яростью и желтовато-черным подспудным страхом.

– Сидеть, – твердо скомандовал я.

Он заерзал. Пришлось для убедительности обернуть его струйкой силы и исключительно для пущего внешнего эффекта придать ей вид рассерженной змеи толщиной с пожарный брандспойт. Змея разинула пасть и зашипела. Подипол обмяк, ошалело и недоверчиво глядя на нее.

– Полиция… – шепотом промямлил он.

А мне вдруг стало неловко. В происходящем была какая-то неправильность. Но чувство оформиться не успело, потому что из-за плеча послышался запыхавшийся голос Ксении:

– Да у тебя, похоже, к этому человеку личная антипатия… То ограбление, то нападение…

В дверном проеме, в обрамлении занавесей, пытаясь отдышаться, стояли Ксения и Герайд с монтировкой наперевес и недоумевающе озирали учиненное разорение. Но больше меня поразили не они, а светловолосая девчонка, которая никуда не спешила убегать, а устроилась в кресле в углу, закинув ногу на ногу, и с явным удовольствием наблюдала за происходящим. Заметив, что я смотрю на нее, девчонка ухмыльнулась.

– Мы увидели тени… – неопределенно пояснила Ксения. – Они так прыгали, что мы подумали… Что происходит?

– Берите… – торопливо бормотал спеленатый Подипол. – Все берите… Тут много ценных вещей…

– А говорил, что маг, – насмешливо сказала девчонка, затягиваясь добытой откуда-то сигаретой. Голос у нее звучал по-прежнему тонко, но интонации в нем проскальзывали совсем не детские.

Ксения и Герайд продолжали вопросительно смотреть на меня. Все в этой комнате таращились на меня и чего-то ждали. Пляшущие огоньки свечей искажали черты и рождали странные тени, отчего угадать выражение лиц оказалось не так легко. Я досадливо щелкнул пальцами, разбрызгивая по комнате десяток светящихся шаров, изгнавших обманную полутьму. Затем стало еще светлее, когда стоявший возле дверного проема Герайд повернул выключатель. Альков сладострастия немедленно обратился разворошенной скучной комнатой, полной нелепых вещей. А сидящий на усыпанном осколками полу злодей стал испуганным и растерянным немолодым человеком, привалившимся к дивану в неловкой позе.

– Я услышал крик, – сказал я, пытаясь вернуть злость, безвозвратно ушедшую, как впитавшееся в ковер вино. – Этот тип пытался…

– Она сама! – неожиданно взвыл Подипол. – Она сама согласилась!.. Я заплатил…

– Мог бы и побольше, – подала голос «девчонка». Теперь, при свете, она утратила свою подростковость. Худая, невысокая и щуплая, облаченная в одежду, которую обычно предпочитают старшеклассницы, она могла сойти за подростка лишь в полутьме. Ей было лет за двадцать.

– Зачем же ты кричала? – с досадой возмутился я.

– Это игра… – прохрипел пунцовый Подипол, тщетно пытаясь уползти в сторону.

– Он попросил, – равнодушно пояснила «девчонка». И с интересом осведомилась: – Эк ты его окрутил. А ты настоящий маг? Или тоже… фокусник?

– Фокусник, – устало подтвердил я.

– Так что здесь происходит? – снова поинтересовалась Ксения. – Ты подался в поборники нравственности?

– Ты ничего не знаешь… – хмуро буркнул я и вышел из комнаты, увлекая за собой на редкость молчаливого Герайда и сбитую с толку Ксению.

…Раздраженно, избегая деталей, но по возможности убедительно я рассказал о произошедшем в подвале. Человек, обладающий серьезной магической силой, скорее всего, не сможет войти туда. Во всяком случае, дважды. Как ни странно, но Ксения мгновенно поняла, о чем я говорю, и кивнула, болезненно морщась. Герайд, похоже, не поверил, спустился в подвал, пробыл там несколько минут и вернулся в задумчивости.

– Как же вы прошли там? – спросил он, и впервые в его голосе прозвучало уважение.

– Нужно или полностью израсходовать свой резерв… Или обладать чудовищной силой, способной противостоять давлению хотя бы временно… – Я мельком вспомнил ощущение безудержного счастья от осознания своей мощи там, возле черного шара. Казалось, что можно вывернуть Вселенную наизнанку… А потом пришлось ползти обратно, как размозженная чьей-то ступней гусеница, волочащая за собой свои внутренности.

– Значит, мы зря сюда… – разочарованно начала Ксения.

Я отрицательно качнул головой.

– Есть одна идея…

Из комнаты спокойно вышла «девочка». Огляделась скучающе, сняла с диванной спинки свою куртку – бабочки бойко затрепетали крылышками, – потушила окурок в мраморной пепельнице и безразлично спросила:

– Ну так я могу идти? Или господа маги тоже захотят во что-нибудь поиграть?

Никто не ответил, и она, пожав плечами, двинулась к выходу. По наитию я поднял руку и зацепил уходящую девушку. Потянул клок из марева ее ауры и оборвал. Девушка вздрогнула, зябко повела плечами, попыталась обернуться, но, так и не закончив движение, вышла. Хлопнула входная дверь.