Английская поэзия - Маршак Самуил Яковлевич - Страница 78

78

ОХОТНИЧЬЯ ПЕСНЯ

Рога трубят. Рога трубят. И птицы приветствуют день. А двор короля Несется в поля, В дубравы, где бродит олень. Заря встает. Петух поет. И будит пастушья свирель Забрезживший день, Которому лень Покинуть лесную постель.

ПОЕЗДКА НА ЯРМАРКУ

— Не дашь ли лошадку нам, дядюшка Том? В гору да под гору, Рысью и вскачь,— На ярмарку завтра мы едем верхом: Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я! — А когда вы вернете коня моего? — В гору да под гору, Рысью и вскачь, — — Вернем его в среду, во вторник к обеду, Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я! Вот вторник проходит, проходит среда, — В гору да под гору, Рысью и вскачь! — Домой не вернулись верхом никогда Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я! С холма поглядел на окрестности Том, В гору да под гору, Рысью и вскачь! — Коня он увидел внизу под холмом. С ним — Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я… Окончила кляча свое бытие, — В гору да под гору, Рысью и вскачь, — Оплакали хором кончину ее Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я… Но песня не кончилась вместе с конем В гору да под гору, Рысью и вскачь! — Хоть умерли все, кто катался на нем: Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я… В ночной тишине, при звездах и луне, В гору да под гору, Рысью и вскачь! — Верхом мы несемся на мертвом коне: Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я… И будем мы ездить верхом до поры, — В гору да под гору, Рысью и вскачь, — Пока не провалимся в тартарары: Билл Брюэр, Джек Стюэр, Боб Симпл, Дик Пимпл, Сэм Хопкинс, Джон Хок И старый Джим Коббли и я…

АНГЛИЙСКИЕ ЭПИГРАММЫ РАЗНЫХ ВРЕМЕН

НАДПИСЬ НА КАМНЕ

Здесь я покоюсь — Джимми Хогг. Авось грехи простит мне Бог, Как я бы сделал, будь я Бог, А он — покойный Джимми Хогг!

НА ХУДОЖНИКА-ПОРТРЕТИСТА

В своих портретах, как ни бился, Добиться сходства он не мог. Его детьми утешил бог, — И в них он сходства не добился!..

В ЗАЩИТУ ПОЭЗИИ

«Поэзия глупа!» В суждении таком Есть свой резон. Но не забудь при этом, Что не всегда дурак рождается поэтом, — Он может быть и просто дураком!

ЭПИТАФИЯ-ОБЪЯВЛЕНИЕ

Лежу под камнем я — вдова Владельца «Золотого Льва». Покорный воле провиденья, Мой сын содержит заведенье.

ЭПИТАФИЯ СКРЯГЕ

Он умер оттого, что был он скуп: Не полечился, — денег было жалко; Но если б знал он цену катафалка, Он ожил бы, чтобы нести свой труп!

НА СМЕРТЬ ПОХОРОННЫХ ДЕЛ МАСТЕРА

Оплакивал он многих — по профессии, Но только раз себе позволил он Лежать во время траурной процессии И не напиться после похорон.

НАДПИСЬ НА МОГИЛЕ ГРЕНАДЕРА

ХЕМПШИРСКОГО ПОЛКА

Я, гренадер, лежу в земле сырой. Я простудился, выпив кружку пива. Не пейте пива жаркою порой, А пейте спирт — и будете вы живы!

НАПРАСНЫЕ УСИЛИЯ

Он долго в лоб стучал перстом, Забыв названье тома. Но для чего стучаться в дом, Где никого нет дома?

О ПАМЯТНИКЕ ПОЭТУ БАТТЛЕРУ

Он умер с голоду, и на могиле Гранитный бюст друзья соорудили. А ведь при жизни ни один сосед Не приглашал поэта на обед. К несчастному несправедливо небо: Он получает камень вместо хлеба!