Английская поэзия - Маршак Самуил Яковлевич - Страница 79

79

СПОР ГОРОДОВ

О РОДИНЕ ГОМЕРА

Семь спорят городов о дедушке Гомере: В них милостыню он просил у каждой двери!

СОБЛАЗН

Хвалился дьявол в дружеской беседе, Что соблазнит сиятельную леди, Но безрассудно было хвастовство! Кто соблазнил кого? Она — его!

ВЕТОЧКА

Пригнул я веточку весной — Из тысячи одну. Она не спорила со мной, Пока была в плену. Когда же я ее домой Отправил — в вышину, — Какой был шум, какой был свист! Разрезав воздух, точно хлыст, Она ушла к другим ветвям, Меня послав ко всем чертям. И долго в тишине лесной Шептались ветки надо мной…

О ПОЦЕЛУЕ

— Он целовал вас, кажется? — Боюсь, что это так! — Но как же вы позволили? — Ах, он такой чудак! Он думал, что уснула я И все во сне стерплю, Иль думал, что я думала, Что думал он: я сплю!

О ХАНЖЕ И ЕГО ЛОШАДИ

Ханжу кобыла укусила. Она была права: Его же проповедь гласила, Что наша плоть — трава!

РЕПА И ОТЕЦ

Тот, кто кричит на рынке: «Репа! Репа!», Но не кричит, когда умрет отец,— Ведет себя преступно и нелепо. Он с головы до пяток — продавец. Ему дороже репа, чем отец!

О ПЬЯНСТВЕ

Для пьянства есть такие поводы: Поминки, праздник, встреча, проводы, Крестины, свадьба и развод, Мороз, охота, Новый год, Выздоровленье, новоселье, Печаль, раскаянье, веселье, Успех, награда, новый чин И просто пьянство — без причин!

О ТОМ ЖЕ

Чтобы ему напиться пьяным, Нужна бутылка со стаканом, Друзей беспечных тесный круг Или один сердечный друг. Возможно пить и в одиночку. Бутылки нет — давайте бочку. Пить без стакана мудрено, Но можно, — было бы вино!

ЭПИТАФИЯ НА КЛАДБИЩЕ

МЕЛЬРОЗСКОГО АББАТСТВА

Земля проходит по земле Подчас в наряде золотом. Земля покой найдет в земле В свой срок — сейчас или потом. Земля возводит на земле Недолговечное жилье. Земля одно твердит земле: «Все, что построишь ты, — мое!»

ПРОСТАЯ ИСТИНА

Мятеж не может кончиться удачей, — В противном случае его зовут иначе.

О ВРЕМЕНИ

Мы говорим, что убиваем время. Пустое хвастовство! Приходит час — И время расправляется со всеми, Всех убивает нас.

НА НЬЮТОНА И ЭЙНШТЕЙНА

Был этот мир глубокой тьмой окутан. Да будет свет! И вот явился Ньютон.

(Эпиграмма XVIII века)

Но сатана недолго ждал реванша. Пришел Эйнштейн — и стало все, как раньше.

(Эпиграмма XX века)

ОПАСНЫЕ СРАВНЕНИЯ

Как день безоблачный, ясна, Блистательна, как небо в звездах, Всем одинаково она Принадлежала, точно воздух.

ПРО ОДНОГО ФИЛОСОФА

«Мир, — учил он, — мое представление!» А когда ему в стул под сидение Сын булавку воткнул, Он вскричал: «Караул! Как ужасно мое представление!»

ПРО ДРУГОГО ФИЛОСОФА

Он был чудаком и, куда бы ни шел, Проделывал путь круговой, Поскольку он шел, Куда нос его вел, А нос у него был кривой.

ЭПИТАФИЯ

Георг Третий Не должен был существовать на свете, В истории английской Он кажется ошибкой иль опиской. Осталось от него, когда он помер, Одно лишь имя громкое да номер!

НАДПИСЬ ДЛЯ ОШЕЙНИКА СОБАКИ,

ПОДАРЕННОЙ ПРИНЦУ УЭЛЬСКОМУ

Я — принца крови чистокровный пес. А вы-то чей? — простите за вопрос?

НАДГРОБНАЯ НАДПИСЬ

Степенная, внушительная дама Покоится на лоне Авраама. Ей хорошо на лоне у него, Но Аврааму — каково!

ЭПИТАФИЯ СПЛЕТНИЦЕ

Здесь — в келье гробовой — Лежит она, немая. Но стала таковой С пятнадцатого мая.