Лох-несская красавица - Кузнецов Юрий Николаевич - Страница 60

– Сговорились, чертяки, да! – сердито воскликнул Джим, но, не выдержав, и сам рассмеялся. – Представляю себе лица индейцев! – еле выговорил он. – Пойдёмте скорее спасать этих таллегеви.

– Как ты сказал – таллегеви? – переспросил Кус. – А что, звучит, подходящее название для нашего нового племени!

– Это не я сказал, это вы так кричали, когда вокруг меня и мамонта плясали, – прыснул Джимми. – Ты как думаешь, духи справятся с мамонтом?

– Уже справились! – услышали они в ответ торжествующий крик Ооха и Ууха. – Он у нас теперь, как шёлковый, по струнке ходит!

Подбежав к толпе америндов, плотной стеной окруживших ожившего колосса, Джимми с Кусом успели увидеть, как мамонт неуверенно встаёт на колени. Передохнув немного, он поднялся полностью, посмотрел вокруг, увидел Джима и, с трудом переставляя непослушные ноги, побрёл к нему. Толпа в страхе расступилась. Мамонт подошёл к капитану и… протянул ему кончик хобота. Таллегеви, так теперь все стали называть америндов, застыли. Джимми, как ни в чём не бывало, протянул руку и дружески пожал мамонту хобот, другой рукой погладив его по ворсистой, на удивление шелковистой коже.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Мэм? – переспросил он, как будто не расслышал, что ему ответил мамонт. – Ну, что ж, пусть будет Мэм!

Мамонт, как будто соглашаясь, громко, но без ноток злости в голосе, протрубил в ответ. А потом, бережно ухватив Джимми поперёк туловища, ловко, как будто сотни раз уже это проделывал, посадил его к себе на спину.

Америнды ахнули. По их изумлённым глазам было видно, Талл не просто оказался верхом на мамонте. Он поднялся на такую недосягаемую для простых смертных высоту, что они были готовы, не сходя с места, объявить его своим Богом, Говорящим с мамонтом, или, в дальнейшем, просто Говорящим Богом.

– Эй, духи! – мысленно обратился к Ооху и Ууху боцман. – Вы мне капитана не угробьте!

– Всё под контролем! – радостно загорланили они. – Мы же – самые лучшие укротители ископаемых животных в мире! Ты бы попросил таллегеви вытащить копья из Мэма, больно же…

И в самом деле, было заметно, что каждый шаг причиняет животному страдания. Он вздрагивал, щурился, изредка даже взрыкивал.

Кус сам решительно подошёл к мамонту и стал осторожно выдёргивать дротики и оставшиеся в теле их наконечники. Тут же следом подбежал и Егеви.

– А этот вождь – не из робкого десятка! – отметил Кус. – Я бы с ним на мамонта пошёл!

Мэм вздрагивал, но не предпринимал никаких попыток огрызнуться. Может, духи прочно держали его в узде. А может, он и сам понимал, что ему не хотят причинить вреда.

Кус и Егеви вдвоём быстро очистили шкуру от стрел и копий. Мэм протянул к ним хобот и похлопал по плечам, как будто благодаря за помощь. Вождь гордо оглянулся на соплеменников. Толпа одобрительно заулюлюкала.

Мамонт аккуратно ссадил Джима на землю, приветственно помахал хоботом, развернулся и не спеша потрусил в расположенный неподалёку лес. Женщины таллегеви, недовольно судача промеж собой, зря, мол, нас мужики позвали, несолоно хлебавши отправились в поле, собирать корешки, а мужчины – в селение, обсуждать случившееся.

– После такой переделки самое время подкрепиться! – прокомментировали их решение духи и вернулись в карманы ребят, в ласточные камни, которые с давних пор служили им постоянным жилищем.

– А не попросить ли ваших таллегеви помочь нам с земляными работами? – неожиданно раздался голос змея. – Длина-то лабиринта будет больше четырёхсот метров. Замучитесь сами копать, да камни таскать не ближний свет…

– А что, хорошая идея, – с готовностью поддержал его Кетцаль. – Уух, слетай-ка, приведи сюда Егеви. Он смышлёный малый, посмотрит на нас и сообразит, что к чему…

Не успели строители выложить очередное звено, от эпсилон до каппы Дракона, как появился Егеви, которому духи тут же растолковали, какая почётная миссия предстоит его племени.

– Вы получите доступ к телу самого Маниту – гигантского водяного змея! – соблазнял вождя Оох.

– Согласен! – кивнул Егеви. – Мы будем счастливы помочь Говорящему богу и Счастливому человеку!

– А кто это у нас – Счастливый человек? – полюбопытствовал Кус.

– Ты, кто же ещё! – засмеялись духи. – Кто у нас человек-праздник, всё время улыбается и любит плясать до упаду?

– Конечно, я! – согласился Кетцаль. – Говорят, уныние – самый страшный грех!

Пока мальчишки рисовали на земле кроки очередного участка созвездия, от каппы до теты, в ложбине уже появились два десятка америндов. Егеви объяснил им, что предстоит делать. Большая часть тут же направилась на берег реки, собирать плоские белые камни, а несколько человек, особо приближённых к вождю, наверно, принялась сажать камни в бороздку, уже выкопанную самим Егеви.

– Шустрые ребята! – похвалил индейцев Глуа. – С ними, пожалуй, мы дотемна управимся с разметкой.

Так и случилось. Правда, пришлось повозиться с хвостом змея, который Глуа закрутил в залихватскую спираль, внешним диаметром метров сорок, сделав пару витков вокруг её центральной точки, лямбды Дракона.

– Её ещё называют Джансаром, – вспомнил капитан Талл, увлекавшийся когда-то астрологией.

И понятно, почему! Что за капитан, если он не интересуется астрономией. Так в открытом океане и заблудиться недолго. А от астрономии до астрологии всего один шаг…

– По теории интерпретации звёзд Джансар соотносится со стихией Воздуха, символизирующего полёт, всепроникаемость, безграничность, и означает ментальную активность и способность к завязыванию контактов, – продолжил он, выложив всё это с закрытыми глазами, словно в сне.

– Смотри-ка, как всё сходится! – поразился Кетцаль. – Может, и в самом деле улетим…

– Кус, ты опять подслушиваешь мои мысли! – грозно воскликнул Джим, вынырнув из забытья.

– Да ты что, кэп! – возмутился боцман. – Просто ты говоришь вслух…

Джим оглянулся по сторонам и обнаружил, что все смотрят на него с удивлением.

– Глуа, это твои шуточки? – обратился он к змею, сразу догадавшись в чём дело. – Хочешь показать, что твой приятель явно спятил…

– Что уж, и пошутить нельзя, – не стал отпираться Глуа. – Ты, вон, меня с яйцом как поддел… А кроме того, я хотел напомнить всем вам, что мы строим не мой памятник, а будущую дорогу к звёздам.

Он подхватил приятеля хвостом и взметнул его высоко вверх, ещё раз подтвердив индейцам, что Говорящий Бог – птица высокого полёта!

– Да ладно тебе, не оправдывайся, я же не обижаюсь! – замахал руками и ногами Джимми. – Ты оказался прав, признаю. Заблуждаться – можно, вот упорствовать в заблуждениях – грех! Верни меня на землю, аспид!

– Кус, а не устроить ли нам по случаю окончания строительства праздник, – воскликнул капитан, вернувшись с небес на землю. – Покажи таллегеви, на что ты способен! А то завтра улетим, и они так и не узнают, какого Счастливого человека потеряли.

– Всегда готов! – весело отозвался Кетцаль. – А хороводы водить вокруг Говорящего Бога будем?

– Вот-вот, я так и знал, – засмеялся Джимми. – Тебя хлебом не корми, дай поплясать…

– А у нас, людоедов с островов Куру-Кусу, все такие прыткие, – не полез за словом в карман Кус.

– Ура, даёшь праздник! – запрыгали ребята-атлантята. – Ух, как мы их любим!

Капитан Талл подошёл к Егеви.

– Духи, объясните побратиму, что мы затеваем! – обратился он к призракам-элмам. – Скажите, что это в честь нашего завтрашнего отлёта на небо.

Егеви сложил руки перед собой ладошками вместе, в умоляющем жесте, и что-то произнёс.

– Что он говорит, Уух? – недоумённо спросил Джим.

– Просит взять его с собой! – удивлённо произнёс Уух. – Говорит, что он готов стать пылью у твоих ног.

Как бы в доказательство своих слов индеец лёг ничком на землю и попытался поставить ногу капитана на свою голову.

– Ну, это уж слишком! – сердито воскликнул Джимми, поднял Егеви и дружески обнял его. – Прекрати валять дурака, мы же с тобой братья!