Лох-несская красавица - Кузнецов Юрий Николаевич - Страница 94

Впоследствии земные учёные долго ещё будут спорить, отчего около десяти – двенадцати тысяч лет тому назад погибли многие животные в Северной Америке, куда бесследно исчезло племя америндов, называемое таллегеви. Они будут ломать копья до тех пор, пока в земле не обнаружат множество шариков космического происхождения, оставшихся от взрыва астероида, относящихся как раз к тому времени. И тогда сомнений, что стало причиной катастрофы, почти не останется…

Но племени таллегеви чудом удалось спастись. Они превратились в жевунов, а магическая часть Долины Змеиного Вала – в Голубую страну.

Кваки Чёрного Болота стали мигунами, жителями Фиолетовой страны, а Снежное Поле – Жёлтой страной.

Пограничная Вода обернулась в Розовую страну. Её жителям кваки-ути тоже удалось пережить катаклизм, но они превратились в ужасных болтунов.

А что же случилось с колдуньями и волшебницами? Выжили ли они?

Гингема, Злая Колдунья Востока, проснувшись наутро в хагане Говорящего Бога, решила всё-таки попробовать найти Великого Змея.

– Вдруг всё-таки это в него обернулась Плесси? – подумала она. – Кто его знает, в кого можно превратиться, пройдя через древний лабиринт гномов…

Гингема расспросила Егеви, как катамарану и Глуа удалось провалиться под землю, и решила, что ей нужно попробовать пройти следом по всем извивам Змеиного Вала. Она не поленилась проползти через длиннющий хаган, построенный таллегеви. И её упорство было вознаграждено. Колдунья и сама не заметила, как оказалась под Змеиным Валом и упала прямо лицом в грязь Чёрного Болота.

Она вскарабкалась на ближайшую болотную кочку и уселась на ней. Болотом бывшую водяную фею было не испугать. Дома, в Северном Нагорье, она и не такие трясины видывала. Но вот где искать бейтира, она пока не представляла. Оглядевшись по сторонам, Гингема обнаружила, что её появление не осталось незамеченным. От ближайшего острова к ней мчался огромный рой пчёл.

– Только этого мне не хватало! – воскликнула колдунья. – Забраться в такую даль, чтобы быть насмерть покусанной дикими пчёлами…

Она мгновенно нахлобучила на голову серебряный обруч и приказала туфелькам перенести её на остров.

– Уж там-то, я думаю, они меня не будут искать! – решила хитрюга. – А когда пчёлы вернутся несолоно хлебавши, я прослежу, куда они полетят, и выясню, кто их послал. Может, ещё и медком побалуюсь…

К счастью Гингемы, в Стране Ква работала магия и серебряных туфелек, и обруча, а то бы ей пришлось очень долго жалеть о том, что она посетила эту страну.

Пчелиный рой разочарованно покружил над болотной кочкой, недоумевая, куда это подевалась жертва. Сердито жужжа, он вернулся на остров и помчался в самую гущу леса. Гингема осторожно, небольшими скачками, в пределах видимости каждого следующего шага, чтобы не попасть впросак, направилась следом, продолжая оставаться невидимой. Ей удалось выследить, что пчёлы длинной чёрной лентой скрылись внутри едва заметной среди лесной чащи хижины. Гингема была не из робкого десятка, поэтому она осмелилась заглянуть внутрь. И страшно удивилась! Прямо на её глазах огромный гудящий рой превратился в громадную растрёпанную, как ведьма, женщину, в жилетке из звериной шкуры, с громадными ярко-красными когтями.

– Ничего себе пчелиная матка! – поразилась колдунья. – Много я видывала пчелиных роёв, но такой вот в первый раз…

– Кто здесь? – воскликнула женщина, почуяв присутствие постороннего существа, и в мгновение ока раскрыла над собой неизвестно откуда взявшийся зонтик.

– Неужели это парни с катамарана вернулись, чтобы меня окончательно добить? – испуганно подумала Бастинда. – Что-то не везёт мне последнее время. Вот вроде бы ясно видела на кочке какую-то девчонку, и на тебе, она вдруг исчезает, как сквозь землю проваливается. Так ведь можно и совсем высохнуть, без свежей-то крови…

– Да она, похоже, вампир! – вскрикнула про себя Гингема. – Давненько я с такими существами не сталкивалась. Хотя чем она отличается от моих любимых пиявок? Разве что размерами?

– Кто там? – снова спросила, обращаясь к тёмному углу, колдунья, пытаясь незаметно, мелкими шажками подобраться к нему поближе.

– Как бы не так! – усмехнулась Гингема.

Она подпрыгнула и ухватилась за любимый сук Ворона Йеля как раз в тот самый момент, когда Бастинда в громадном прыжке бросилась в угол и… никого не поймала, только набила себе громадную шишку, да взметнула в воздух тучу скопившейся там пыли. Раздосадованная вампирша, чихая, как заведённая, принялась метаться из угла в угол, переворачивая всё, что попадалось под горячую руку и быструю ногу. Наконец, устав, она уселась на охапку соломы в углу, служившую ей постелью, и обратилась к невидимке:

– Ладно, сдаюсь! Открой личико, Гюльчатай?

Гингема осторожно сняла обруч, будучи готовая в любой момент приказать туфелькам унести её куда-нибудь подальше. Кому, скажите на милость, охота стать жертвой вампира?

Некоторое время Гингема и Бастинда пепелили друг друга взглядами, но ничего этим не добившись, спустя некоторое время наконец решили перейти к переговорам. Как и водится, Злые Колдуньи Востока и Запада быстро нашли общий язык и даже поделились друг с другом своими горестями. У них даже оказался общий враг – Водяной Змей. А это очень сближает! Правда, причины ненавидеть Глуа у них были разные. Злая Колдунья Востока подозревала, что в него при прохождении через лабиринт гномов мог обернуться плезиозавр, а Злая Колдунья Запада возненавидела Глуа за то, что обещал лишить её заветных сокровищ. Колдуньи договорились, что впредь будут действовать сообща и даже скрепили, как это водится у Тёмных сил, свой союз кровью, став кровными сёстрами. Чтобы отомстить бейтиру, Гингема не пожалела для Бастинды глоточка своей крови, умолчав, правда, что от её крови у названной сестрёнки разовьётся водобоязнь. Теперь, если её умышленно и внезапно облить водой, то колдунья просто растворится, как кусок сахара в стакане чая. В загашнике у водяных фей были такие вот магические штучки-дрючки! А Бастинда, в свою очередь, умолчала, что её кровь не позволит новоявленной сестре впредь становиться невидимой. Дочь Дсоно Ква тоже была не лыком шита!

– А что это у тебя? – заинтересовалась Бастинда, показывая на обруч, который Гингема продолжала держать в руке наготове.

Колдунья вместо ответа надела его на голову и… ничего не произошло. Она сняла обруч, повертела в руках, внимательно осмотрела, надела снова. И опять не стала невидимой.

– Сломался, что ли? – раздосадовано подумала Гингема. – Ну, друиды, погодите! Сначала серебряные туфельки отказались возвращать меня домой, теперь и обруч сломался. Наверно, вместо фабричной качественной вещи какие-нибудь контрафактные подделки подсунули…

Подозревать Бастинду ей и в голову не пришло.

– Красивая вещица! – похвалила обруч колдунья. – Дашь поносить?

– Да забирай хоть насовсем! – воскликнула Гингема в сердцах и швырнула обруч сестрице.

Злая Колдунья Запада на лету схватила его и даже не стала примерять, а сразу спрятала в короб, намереваясь потом, когда окажется без лишних глаз, перепрятать в сокровищницу. Она пока не догадывалась, что именно обруч делал её названную сестрицу невидимой, просто была сама не своя до драгоценностей.

– Ну что, пойдём искать змея? – весело предложила Бастинда тоненьким девчоночьим голоском.

Гингема удивлённо взглянула на неё.

– Я ещё и не так могу! – похвасталась колдунья, уже своим обычным голосом.

– И где мы будем искать бейтира? – поинтересовалась Гингема. – Я его не чувствую…

– А он, гад ползучий, недавно вселялся в моего ворона, – объяснила Бастинда. – Вот мы с него сейчас и спросим, куда змей сгинул. Йель, выходи, хватит прятаться! Я же знаю, что ты подслушиваешь!

Через отверстие в потолке хижины внутрь влетел черный полуметровый ворон.

– Ну, рассказывай, изменник, куда ты змея девал? – грозно обратилась к птице Бастинда. – Не сам же ты по себе решил меня предать?

Но Ворон Йель не испугался. Он наклонил голову набок, с любопытством посмотрел круглым глазом на Гингему и прокаркал: – Посмотрел бы я, как ты себя повела, если бы змей в тебя вселился. Насколько я помню, с тобой-то они одной левой справились…