Феномен Андропова. 30 лет из жизни Генерального секретаря ЦК КПСС - Хлобустов Олег Максимович - Страница 118

…Но в отличие от ужасающего страха 37-го года это было чувство дисциплинирующего порядка, которое побуждало бороться с нерадивостью, расхлябанностью, формализмом, рвачеством. Уважать закон, перед которым равны действительно все, и нет тех, кто «равнее».

«Очищение страхом» привело к административно-бюрократической «встряске», повышению ответственности, контроля и наведению порядка на всех участках партийной, советской и хозяйственной системы.

Был взят курс на рациональное использование материальных, финансовых и трудовых ресурсов, повышение эффективности производства.

Если бы Ю.В. Андропов находился на посту Генерального секретаря хотя бы несколько лет и продолжил свои важные начинания, то наше государство и общество стали бы намного более организованными в реализации своих созидательных целей.

…сильный национальный лидер, видевший системные проблемы и способы их решения, путем грамотного реформирования не допустил бы развала Советского Союза и сделал бы все возможное для укрепления единого государства.

В отечественную историю ХХ века короткая, но яркая «эпоха Андропова» навсегда вошла как время созидательных перемен, трагически оборвавшихся.

Президент Международного открытого университета Г.Х.Попов:

Ю.В. Андропов начал свою деятельность на посту лидера с того, чего не было ни у Горбачева, ни у Ельцина — с теоретической разработки перспективы.

Научный руководитель ЗАО «Издательский дом «Экономическая газета», профессор В.Ю. Якутин:

Действительно: объективных, выверенных временем суждений все еще очень и очень недостаточно. И юбилей Ю.В. Андропова предоставляет хорошую возможность еще раз оглянуться на советское прошлое, задуматься о его значении для нашей истории, для нашего будущего.

Встав во главе партии, осуществлявшей, согласно действовавшей тогда Конституции СССР, руководящую и направляющую роль, Андропов получил возможность начать назревшие перемены в общественной, политической и экономической жизни. Прежде всего, Ю.В. Андропов дал общее видение перемен. В I квартале 1983 г. объем производства вырос на 6,3 %, а производительность труда — на 4, 7 %.

Академик С.А. Ситарян, заместитель министра финансов ССС в 1974–1982 гг., первый заместитель председателя Госплана СССР в 1983–1989 гг., в книге «Уроки прошлого для будущего. Заметки экономиста» писал об Андропове:

Это был подлинный государственный руководитель страны. Человек, обладающий высоким интеллектом, способный воспринимать все новое, умеющий делать четкие и точные выводы на основе огромного потока самой разнообразной информации. Он был человеком твердых политических и нравственных убеждений.

Знал ли Ю.В. Андропов реальную ситуацию в советской экономике? Понимал ли он всю глубину экономических проблем, которые созрели к тому времени? — Могу сказать ответственно: и знал, и понимал.

Конечно, он считал, что социализм может и должен стать более прогрессивным общественным строем, чем капитализм.

Несомненная заслуга Андропова, — что подтвердили и многие другие участники «круглого стола», — состоит в том, что, хотя бы на время своего руководства, он вернул уважение к действительно научной теории развития общества и даже сам предпринял первую за многие годы попытку теоретически разобраться в том, что происходит и может произойти с нашим обществом в близкой и далекой перспективе.

Накануне 90-летнего юбилея образования ВЧК в декабре 2007 г. директор ФСБ России генерал армии Н.П. Патрушев писал:

«Уверен, что без связи времен, преемственности поколений, не может быть настоящей спецслужбы. Ведь одни материальные стимулы никогда не смогут заменить духовную, смысловую компоненту в жизни российского офицера. Лучшие профессиональные традиции спецслужб императорской России, чекистов советского времени, осмысленный опыт героического и трагического — это золотой фонд ФСБ».

На этом представляется возможным поставить точку в этом повествовании.

Приложения

Реабилитация: как это было

Фактически процесс реабилитации граждан, репрессированных по обвинению в совершении «контрреволюционных» преступлений (статья 58 УК РСФСР 1926 г.), самое непосредственное и активное участие в котором принимали и сотрудники органов госбезопасности, начался сразу после смерти Сталина.

Так, пункт IX Постановления Президиума ЦК КПСС от 10 апреля 1953 г. гласил:

«Одобрить проводимые т. Берия Л.П. мероприятия по вскрытию преступных действий, совершавшихся на протяжении ряда лет бывшим МГБ СССР, выражавшихся в фабрикации и фальсификации дел на честных людей, а также мероприятия по исправлению последствий нарушения советских законов, имея в виду, что эти меры направлены на укрепление Советского государства и социалистической законности»[288].

Всего, согласно справкам 1 (учетно-архивного) спецотдела МВД СССР от 11 декабря 1953 г., по материалам органов ВЧК — ОГПУ — НКВД — МГБ в 1921–1953 гг. было осуждено (по годам)[289].

По делам органов ВЧК — ОГПУ за 1921–1929 годы

По делам органов ОГПУ — НКВД за 1930–1936 годы

По делам органов НКВД за 1937–1938 годы

По делам за 1939–1953 годы

* Имеются ввиду «контрреволюционные преступления» — ст. 58 УК РСФСР 1926 г. Антисоветская агитация и пропаганда — статья 58–10 УК РСФСР 1926 г.

** ВМН — «высшая мера наказания» — расстрел).

Согласно этим данным, всего за период 1921–1953 годов в судебном и несудебном порядке были осуждены 4 060 306 человек (в 1921–1929 годы — 208 863 человека, 1930–1936 годы — 1 391 093 человека, 1937–1938 годы — 1 344 923 человек, в 1939–1953 (первое полугодие) — 1 115 427 человек). При этом на годы Великой Отечественной войны приходятся 476 617 осужденных.

Однако, реальное число осужденных даже несколько меньше указанной цифры — 4 060 306 человек, поскольку некоторые лица осуждались неоднократно.

Из общего числа осужденных по материалам органов госбезопасности 799 455 человек были приговорены к высшей мере наказания, остальные — к лишению свободы, ссылке, высылке или иным мерам наказания (выдворению за границу, принудительному лечению, к исправительно-трудовым работам, осуждены условно)[290].

Также ЦК КПСС информировался о том, что в не судебном порядке — Особым совещанием (ОСО) при наркоме/министре внутренних дел и госбезопасности в 1934–1953 годах были осуждены 442 531 человек, «большинство из них — по политическим обвинениям». В 1941–1944 годах ОСО также рассматривались дела на разоблаченных агентов германских спецслужб, фашистских карателей и пособников оккупантов. (Необходимо подчеркнуть, что это число осужденных включено в ранее указанное их общее количество, но было выделено отдельно именно в связи с особыми условиями вынесения приговоров — «несудебным порядком»).

Из этого общего числа осужденных ОСО за 19 лет к высшей мере наказания были приговорены 10 101 человек, к лишению свободы на различные сроки — 360 921, к ссылке и высылке — 67 539 человек[291].

Помимо осужденных за «контрреволюционные преступления» по уголовным делам судами и внесудебными органами НКВД — НКГБ — МГБ СССР, с 1940 по 1952 г. в целом по стране было выселено (направлено в ссылку) около 2 млн. 300 тысяч человек[292].