Советская береговая артиллерия - Перечнев Юрий Георгиевич - Страница 85

применяло дымовые завесы, обеспечивавшие движение транспортов и боевых кораблей в светлое

время суток.

Под Севастополем противник выделил крупную артиллерийскую группировку, предназначив ее

для нанесения ударов по причалам порта и нашим кораблям. В ноябре 1941 – мае 1942 г. береговая

артиллерия Севастополя еще могла в какой-то мере обеспечить стоянку наших кораблей в порту,

отражая огонь вражеской артиллерии. Но уже в июле 1942 г., когда наши береговые батареи

подверглись мощному удару авиации, артиллерии и сухопутных войск, артиллерия врага почти

безнаказанно обстреливала порт и все прибрежные фарватеры. Это обстоятельство, а также широкое

использование противником авиации и торпедных катеров позволило ему блокировать Севастополь с

моря.

Под Новороссийском, где успешные действия десантных войск на Мысхако обеспечивались

своевременной доставкой морским путем пополнения людских и материальных ресурсов, противник

использовал в качестве средства воздействия на наши прибрежные морские сообщения артиллерию.

В апреле 1943 г. противник решил блокировать наш десант. С этой целью он торпедными

катерами пытался атаковать наши конвои на морской линии Геленджик – Мысхако, а пункты

разгрузки подвергать ударам авиации, артиллерии и минометов. Близость переднего края обороны

противника к пунктам разгрузки в районе Мысхако давала возможность его артиллерии

простреливать все водное пространство вплоть до мыса Дооб. Сосредоточив в районе Новороссийск,

Озерейка большое количество батарей, фашисты обстреливали район разгрузки кораблей у Мысхако.

Наиболее интенсивному артиллерийскому обстрелу подвергались места выгрузки и рейд, которые

пристреливались с большой точностью. Как правило, с подходом наших кораблей противник

открывал огонь на поражение короткими огневыми налетами, чередуя их с методическим огнем. В

среднем за ночь противник выпускал от 200 до 500 снарядов и мин, иногда даже до 2 тыс. и более.

Одним из примеров обеспечения кораблей у Мысхако может служить бой нашей береговой

артиллерии с артиллерией противника в ночь на 21 апреля 1943 г. 20 апреля группа наших моторных

шхун, ботов, сейнеров в охранении сторожевых и торпедных катеров вышла из Геленджика к

Мысхако для пополнения частей личным составом, боеприпасами и эвакуации раненых. К этому

времени на восточном берегу Цемесской бухты было установлено 7 береговых батарей в составе 8

152-мм, 3 130-мм и 7 100-мм орудий. Основной их задачей являлось обеспечение разгрузки наших

кораблей у Мысхако от воздействия артиллерии противника407. По получении оповещения о

407 Отделение ЦВМА, ф. 55, д. 9330, л. 2.

предстоящем выходе кораблей береговые батареи были приведены в полную готовность. Управление

береговой артиллерией осуществлялось начальником береговой обороны Новороссийской военно-

морской базы. Около 22 часов корабли начали подходить к Мысхако.

4 батареи противника в северо-западной части Новороссийска открыли интенсивный огонь по

пунктам разгрузки и рейду, но через несколько минут были подавлены нашими береговыми

батареями. 2 батареи из глубины немецкой обороны, ведшие огонь по нашим стреляющим батареям,

также были подавлены. Спустя 15–20 минут после подавления первой группы вражеских батарей 3

вражеские батареи из района Федотовки вновь произвели огневой налет по пунктам разгрузки и тоже

были подавлены нашей артиллерией. Артиллерийский бой длился до тех пор, пока не была закончена

разгрузка кораблей и они не отошли от пристаней Мысхако. В этом бою береговая артиллерия

израсходовала 638 снарядов калибром 152–100 мм. В течение 7 месяцев, с момента высадки десанта

на Мысхако до освобождения Новороссийска, береговая артиллерия вела систематическую борьбу с

артиллерией противника с целью обеспечения подхода и отхода кораблей к пристаням и погрузочно-

разгрузочных работ.

В итоге все попытки гитлеровцев прервать снабжение десанта не увенчались успехом.

Наряду с артиллерией противник использовал против наших прибрежных морских сообщений

торпедные катера, подводные лодки и авиацию. В начале войны враг располагал на Черноморском

театре лишь 3 торпедными катерами румынского флота, которые несколько раз, но безрезультатно

выходили на коммуникацию Одесса – Севастополь. К середине 1942 г. в Румынию было переброшено

6 немецких и 7 итальянских торпедных катеров, а к началу 1943 г. их численность увеличилась до 40.

Располагая в Крыму временно захваченными портами Ялта, Феодосия, Ак-Мечеть и базируя на них

свои торпедные катера (преимущественно в Ялте), противник направил их действия против важных

для нас коммуникаций порты Черноморского побережья Кавказа – Севастополь, а после оставления

нами Севастополя в район северо-западнее Туапсе.

В 1942–1943 гг. немецко-фашистское командование, зная, что перевозки по морю вдоль

Кавказского побережья имеют большое значение для наших войск, стремилось пресечь их

действиями авиации, подводных лодок и торпедных катеров. Поэтому защита морских сообщений

вдоль Кавказского побережья являлась одной из основных задач Черноморского флота. Флот

господствовал на театре и поэтому мог обеспечить поддержание благоприятного оперативного

режима. На Кавказском побережье была расширена сеть береговых постов наблюдения, на подходах

к Анапе, Новороссийску, Поти и Батуми дополнительно поставлены оборонительные минные

заграждения. В районах побережья, слабо защищенных с моря, были установлены береговые

батареи, а также усилена дозорная служба с выделением групп поддержки дозора в районах баз.

Особую активность немецкие торпедные катера проявляли на сообщениях у Кавказского

побережья с августа 1942 г. Базируясь на Феодосию, а с октября на Анапу, они небольшими группами

выходили в море в вечерние сумерки. У наших берегов корабли противника появлялись около

полуночи, осуществляли поиск и за 1–2 часа до рассвета уходили в свою базу. Их активность в

районе Новороссийска, Туапсе, Сочи возросла в октябре, когда усилились перевозки войск нашими

крейсерами и эскадренными миноносцами из Поти в Туапсе. Противник даже пытался совершать

набеги на гавани, но высокая боевая готовность береговых батарей позволяла своевременно отражать

атаки вражеских торпедных катеров. Так, 24 февраля 1943 г. в 23 часа 45 минут с наблюдательного

поста береговой батареи № 745 в луче прожектора у порта Туапсе был обнаружен торпедный катер.

Попав в луч прожектора, он выпустил по берегу 2 торпеды в районе береговой прожекторной

станции и под огнем береговой батареи, прикрывшись дымовой завесой, ушел в море.

В связи с появлением вражеских торпедных катеров в районах наших военно-морских баз были

приняты срочные меры по борьбе с ними. Ночью наши дозорные катера держались мористее, не

ближе дальности огня береговых батарей, а последние находились в готовности к немедленному

открытию огня. Торпедные и сторожевые катера с наступлением темноты выходили на поиск

торпедных катеров противника вблизи побережья, не защищенного береговыми батареями. Для

поиска в море и уничтожения вражеских торпедных катеров в их базах использовались самолеты

различных типов408. Все это обеспечило организацию противокатерной обороны наших морских

408 ЦВМА, ф. 767, оп. 015914, д. ,11, л. 14.

сообщений и баз в такой степени, что после февраля 1943 г. выходы неприятельских торпедных

катеров в районы Геленджик, Туапсе, Сочи постепенно сократились, а попытки атаковать наши

конвои и корабли всегда оставались безрезультатными.

В сложных условиях обеспечивались наши прибрежные сообщения в Керченском проливе. В

начале ноября 1943 г. Северо-Кавказский фронт во взаимодействии с Черноморским флотом высадил