Повести рассказы. Стихотворения. Поэмы. Драмы - Коцюбинский Михаил Михайлович - Страница 118

118

Леший молча и грустно качает головой. Мавка снова прислоняется к стене.

Леший Бедное дитя! Зачем от нас ушла ты в край унылый? Ужель покоя нет в родном лесу? Смотри, тебя вон ожидает верба, Она давно постель твою постлала. И все грустит, что ты пропала где-то. Иди и ляг. Мавка (тихо) Я не могу, дедуся.

Леший, глубоко вздохнув, тихонько пошел в лес. Из лесу доносится бешеный топот. Кажется, что кто-то во весь опор гоняет по лесу коня, потом останавливается.

Куц (выскакивает из-за хаты, потирая руки, и, увидев Мавку, останавливается) Ты, Мавка, здесь? Мавка А ты чего блуждаешь? Куц Я их коня за гриву приволок, Ох, повозил меня он напоследок! Теперь на нем никто уж не поедет. Мавка Негодник ты! Весь лес наш осрамил! Ведь мы же клятву дяде Льву давали! Куц Та клятва вместе с дядей умерла. Мавка Как, умер дядя Лев? Куц Вот и могила. Под дубом старика похоронили, А возле пня приходится лежать. Мавка Упали оба… Чувствовал старик, Что зимовать ему уж не придется… (Подходит к могиле.) Ой, как же плачет сердце по тебе, Единый друг мой! Если б я имела Живые слезы,- оросила б землю, Бессмертный бы взрастила я барвинок Здесь на могиле. Да теперь бедна я, И скорбь моя, как мертвый лист, ложится… Куц Мне жалость не к лицу. И все ж я должен Сказать, что очень жалко старика: Всегда умел он с нами жить в согласье. Он черного козла держал в конюшне, Чтоб только было мне на чем кататься. Лечу, бывало, на козле стрелою, А лошади стоят себе спокойно. А этим бабам с нами не ужиться: Срубили дуб и продали козла - Нарушили свое же обещанье. Зато и я их лучшего коня Заездил насмерть. Купят – вновь заезжу. Еще к тому ж уговорил я ведьму, Чтоб их коров попортила она,- Пускай узнают, как не ладить с нами! А Водяной им сено подмочил, А семена сгноили потерчата. И Лихорадка треплет их нещадно, Что озеро пенькою завалили. Не будет им добра у нас в лесу! Уже и злыдни бродят возле хаты. Злыдни (маленькие заморыши в лохмотьях, голодные и жадные, появляются из-за угла хаты) Мы здесь! Кто нас зовет? Мавка (загораживает им путь к двери) Никто. Уйдите! Никто вас не зовет! Один злыдень Слетело слово - Обратно не вернешь. Злыдни (садятся на пороге) Хотя б скорее Открылись двери – мы изголодались! Мавка Я не пущу туда! Злыдни Так дай нам есть! Мавка (со страхом) Нет у меня ни крошки. Злыдни Дай калину, Вон ту, что ты на сердце носишь. Дай! Мавка То кровь моя! Злыдни Так что же,- кровь мы любим.

Один из злыдней бросается к ее груди и сосет калину, остальные пытаются оттащить его, чтобы попробовать самим. Они толкаются, грызутся и урчат, словно собаки.

Куц Прочь от нее,- она не человек!

Злыдни останавливаются, щелкают зубами и воют от голода.

Злыдни (Куцу) Давай нам есть, пока тебя не съели! (Набрасываются на Куца, но он отскакивает.) Куц Ну-ну! Потише! Злыдни Есть! Мы голодны! Куц Постойте! Баб я разбужу сейчас,- Еда вам будет, ну, а мне забава. (Берет комок земли, бросает в окно и разбивает стекло.) Голос матери (в хате) Ой, что такое? Снова нечисть ходит! Куц (злыдням шепотом) Вот видите, проснулась. А теперь Покличет вас. Сидите только тише, А то старуха так начнет вас клясть, Что вмиг провалитесь,- она такая.

Злыдни скопляются у порога темной грудою. Сквозь разбитое стекло слышно, как в хате встает мать, потом раздается ее голос, а немного погодя голос Килины.

Голос матери Уже светло кругом, а та все спит. Килина! Эй, Килина! Ну и спит же! Чтоб ты навек заснула!… Эй, вставай! Чтоб ты вовек не встала!… Голос Килины (сонно) Да чего там? Мать (ядовито) А не пора ль тебе доить корову – Молочную, турецкого заводу, Что муж-покойник для тебя купил? Килина (проснувшись) Да нет, уж лучше подою я ваших И нацежу три капли молока - Фунт масла будет. Мать Не смолчит ни разу. Кто ж виноват, что молока не стало? С такой хозяйкою… ой, горе, горе! Ну и невестка! Где взялась такая На нашу голову? Килина Да кто ж просил Меня в невестки брать? У вас была ведь Какая-то сиротка-замарашка,- Ее бы вы получше приодели, Вот и была б невестка вам по нраву. Мать А что ж,- она б действительно была! Глупец Лукаш, что за гобой погнался; А та была покорна и добра,- Хоть к ране приложи… Ты замарашкой Ее зовешь, а вот поди сама Ее одежду мигом перешила И носишь,- как тебе не стыдно только? Килина У вас похвалишься обновкой!… Как же!… Вон муженечка где-то ветер носит, А ты горюй с проклятою свекровью,- И ни жена и ни вдова – никто! Мать Какой же муж с тобою мог ужиться? Лихое лихо! все, что было, съела С детьми своими,- вон они сидят! Чтоб вам на шею злыдни понасели! Килина Пусть на того насядут, кто зовет их!