Подарок (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 77

– Тебе нужно быть с этим осторожной, – сказал Игорь. – Испорченный телевизор это, конечно, неприятно, но если ты применишь магию недалеко от заходящего на посадку самолета, выведешь из строя все его бортовое оборудование, а это верная смерть для всех пассажиров и экипажа.

– Это вряд ли, – подумав, ответила Ольга. – Слишком велико расстояние, да и металлический корпус тоже является защитой. Многое зависит и от вида магического действия. При лечении основная энергия направлена на больного и им же поглощается. Если бы не это, я бы спалила Ленке комп. Правда, я тогда сама была гораздо слабее. А вот старому хрычу мы телек точно сожгли. Я ведь его не выключала, только прикрутила звук. А теперь вспоминаю, что, когда мы с тобой уходили, экран был темный. Да и у других клиентов часть техники могла отказать, просто, наверное, не связали это с нашим визитом. А твой самолет... Пожалуй, я его могла бы ссадить с неба, если бы целенаправленно ударила магией при условии, что он на небольшой высоте. Хотя... Физики установили, что энергия М-излучения падает в зависимости от расстояния не в квадратичной, а в линейной зависимости. Так что высота от него – плохая защита.

– А ведь это может стать сильным оружием, – задумался Игорь, – если удастся понять природу излучения и создать генераторы. Сейчас почти все оружие постепенно переводят на электронику. Есть даже проекты создать автоматы, которые по отпечаткам пальцев опознают владельца и стреляют только из его рук. Представляешь картинку? Не убив ни одного солдата, можно разоружить целую армию. Причем чем сложнее и дороже техника, тем более она будет уязвима. Тем же американцам сразу настанет кирдык. Они скоро будут ставить чипы даже в зубные щетки.

– Ты лучше такие мысли держи при себе.

– Такое само напрашивается, да и нет в этом ничего страшного, наоборот, сплошной гуманизм. Тебе, я вижу, прислали материалы по магии? Что там на дисплее, пентаграмма?

– Фигня это все. Только зря потратила время. Чем больше читаю, тем больше кажется, что эту галиматью сами сакты и написали, чтобы дурить мозги таким, как я. Если во всем этом хламе и есть что-то полезное, его нужно будет год искать.

– А к изучению временных вывертов еще не приступали?

– А как ты себе это представляешь – изучать что-то без приборов? Вот защитят они свое оборудование экранами, тогда и приступим. Только я сильно сомневаюсь в том, что они хоть что-нибудь поймут. Не созрела еще наша физика до такого. Вот если бы поймать физика сактов и вдумчиво допросить. Думаю, многое стало бы ясным. Еще и сами бы при нашей жизни полетели к звездам.

– А где же ты найдешь их физика?

– Нет, точно у военных мозги тупеют. Подумай сам, своей головой. К нам ведь прибывают развлекаться представители разных слоев их общества. Это для них не роскошь, а рядовое мероприятие. Так что ученые точно должны быть. А Гулевич обещал чувствительные датчики. Как я поняла, он хочет раз в сто увеличить площадь датчика и ввести компьютерную обработку сигналов, чтобы отсеять проводимость, возникающую в полупроводнике от действия космических лучей. Если получит дальность действия порядка сотни километров, можно создать целую сеть таких датчиков. Причем ставить их только там, где наиболее вероятно появление гостей. В тайге или пустыне мы их вряд ли найдем, там могут развлекаться только люди. Твоя бывшая куда подалась? В океанский круиз! И, наверное, она не одна такая, так что нужно обязательно ставить датчики в портовых городах, откуда совершаются такие рейсы. А раз излучение направленное, то в узле их должно быть два. Вся их техника густо сращена с магией, так что засечь сигнал труда не составит.

– А брать их как? Их ведь уже пытались захватить. Помнишь, что об этом рассказывал Рогожин? А если даже и получится один раз, где гарантия, что они всех не поставят на уши, чтобы выручить соплеменника и не допустить утечки информации.

– А я для чего? Если я полностью овладею магией, можно будет заставить пойманных плясать под нашу дудку, а потом вообще забыть обо всем и продолжать развлекаться.

– Именно поэтому ты так выкладываешься каждый вечер? К чему эта гонка за силой?

– Я боюсь, Игорь.

– Чего, родная? – он сел рядом и обнял жену, прижав ее к себе.

– Меня создавали для твоих, а не для государственных надобностей. При любой системе безопасности всегда остается вероятность утечки, и я боюсь, что в один не самый лучший момент нашей жизни меня у тебя могут забрать точно так же, как когда-то подарили. И ни ты, ни Сергеев с Рощиным ничего не сможете сделать. Не смогу и я, если не прорву блокаду.

– А если прорвешь?

– Тогда их будет ждать очень неприятный сюрприз.

– Тогда пошли медитировать. Жаль, что я взялся за медитации так поздно. Как ты думаешь, сколько мне еще нужно заниматься, чтобы очистить канал?

– Трудно сказать. Самое малое – пару месяцев. У всех это очень индивидуально.

С изучением магического управления временем у физиков ничего не вышло.

– Я просто не знаю за что зацепиться, – признался как-то Ольге Гулевич. – Приборы или ничего не регистрируют, или фиксируют вторичные эффекты. Мы подтвердили факт значительного изменения скорости всех процессов в небольшой сфере, окружающей ваше тело, по сравнению с окружающим пространством, но никакого объяснения этому нет ни у меня, ни у моих коллег. В изучении этого явления дальше я просто не вижу смысла. Очень мешает и раздражает этот режим секретности, хотя я и понимаю, чем он вызван. За границей есть очень светлые головы...

Когда разъехались последние из работавших с Ольгой специалистов, к концу подходил второй месяц пребывания Славиных в центре подготовки. На календаре май перевалил за половину, а на улице стояла по-летнему теплая погода. В один из таких теплых вечеров, когда Игорь с Ольгой перед медитацией сидели на скамейке в небольшом палисаднике коттеджа, к дому подошел старик, которого Ольга прежде в центре не видела.

– Ольга Александровна? – спросил он, подойдя к калитке. – Извините, но имени вашего мужа я не знаю.

– Это неважно, – засмеялась Ольга. – Я, например, о вас вообще ничего не знаю. По необычно яркой ауре могу только догадываться, что вы и есть тот самый маг, которого обещали мне в помощь. А мужа зовут Игорем. Можете к нам обращаться по именам, в вашем возрасте это нормально.

– Какой я маг, так, любитель! Позвольте представиться, Егоршин Сергей Петрович. Только что занял предназначенные мне хоромы и сразу решил найти вас. Можно мне войти?

 – Заходите, пожалуйста, Сергей Петрович! Присаживайтесь рядом со мной на скамейку. Или, может, пойдем в дом?

– Нет, лучше здесь. Тепло, тихо, и гнуса еще нет – самое время побыть на воздухе. А вы, я вижу, так и не открыли последнюю чакру?

– Нет, там барьер и взломать его изнутри у меня пока не получается. Как это выглядит извне?

– Как провал в верхней части ауры. У вас основная энергия поступает через сердечную чакру, а у нее возможности гораздо скромнее. И тем не менее энергии у вас в тонком теле не просто много, а слишком много.

– Я каким-то образом в момент оргазма неизвестно откуда черпаю много энергии, часть которой передаю мужу. Недостаток энергии начинает ощущаться, если только ее почти всю потратишь. Случается такое редко, и приводит к магическому истощению. Но энергия это не главное. Барьер перекрывает мне доступ и к родовой памяти, а там настоящие знания магии, а не то что мне прислали на флешке. Поможете мне пробиться?

– С вами еще кто-то занимается, или уже закончили?

  – Уже с неделю я никому из них не нужна, а пару дней назад уехали последние специалисты. Мужу тоже осталось заниматься три дня, потом нужно ехать в столицу.

– А ваши пациенты?

– Обещали прислать, но что-то никого нет. И спросить некого: начальство и кураторы – все разъехались.

– Тогда я с вашего позволения зайду к вам завтра часов в одиннадцать. Немного поговорим и, перекрестившись, попробуем.