Выброшенный в другой мир (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 68

– А вы не подумывали о том, чтобы жениться? – спросил его Сергей, когда речь в очередной раз зашла о женщинах.

– Да я, собственно, не против женитьбы, – ответил Джордан. – Если попадется такая, что и собой хороша, и приданым, и готова прикрыть глаза, если мне захочется разнообразия, то почему бы и нет? Надоело уже жить в казарме.

– Переезжайте ко мне во дворец, – предложил Сергей. – Места много, да и кормят получше. А мне будет с кем поболтать, да и дамы послушают. Есть еще одна проблема, от которой вы меня, возможно, избавите. Белле втемяшилось в голову, что я для нее ненаглядный и единственный. Ей не терпится расстаться с девственностью, а мне мешают оказать ей эту услугу две причины: воспитание и невеста. Может быть, она отвлечется на вас.

– Я не против, милорд, – ответил шевалье. – Только я не понял, какое отношение имеет ваше воспитание к этой девушке?

– У меня на родине четырнадцать лет это еще не девушка, а ребенок!

– Видел я ее совсем недавно. Вполне сформировавшаяся девица. Постель уже, наверное, с год пачкает, значит, созрела. Но, я вижу, что вам эта тема неприятна. Я вас понимаю, и сам считаю, что женщина должна быть более зрелой. А от этих молодых удовольствия мало. Ничего не знают и не умеют, пока всему научишь...

– Давайте с вами говорить на любые темы, – сказал Сергей шевалье, – кроме женщин. В этом вы слишком циничны. У меня к ним совсем другое отношение. Как вам видится ход войны?

– Война затянется, – уверенно сказал Джордан. – В этом году решающего перевеса ни у кого не будет. Герцогам сильно досталось, поэтому до конца войны никто копать под короля не станет. Сил у нас будет побольше, чем у Мехала, их просто нужно собрать воедино и, желательно, под общим командованием. Конечно, все может случиться, но, я думаю, что больших успехов у Мехала больше не будет. Может быть, он еще завоюет два-три города, а потом его начнут потихоньку выдавливать обратно. Главное, чтобы, когда наметятся успехи, герцоги опять не потянули одеяло каждый на себя. Повоюем пару лет и разойдемся. А на поход в Сотхем сил опять не найдут. Потом лет через двадцать все снова повторится, разве что вы, милорд, спутаете ту картину, которую я нарисовал. Вы мыслите не так, как все. У нас никто не додумался расстреливать армии большим количеством стрелков, укрытых на защищенных позициях, хотя, казалось бы, что в этой мысли такого сложного? Но нет, все сражения всегда начинались одинаково. Сначала рубиться пехота, а потом побежавших преследует и добивает кавалерия. Не все так просто, но основная схема такая.

– А почему у вас не используются метательные машины? 

– Почему не используются? Используются, но в основном на кораблях. Иногда их можно встретить в старых замках. Наши города плохо приспособлены для обороны, метатели в них ставить негде. А армии не пользуются из-за большого веса и трудности в транспортировке. А на вашей родине не так?

– На моей родине, Джордан, очень многое не так!

– Странное, должно быть, королевство. У вас, небось, и колдунов нет?

– Можно подумать, здесь они есть. Что, действительно есть? Сами видели или опять чьи-то рассказы?

– И вы видели, милорд. Помните старика из той деревни, где в последний раз покупали овес? Ну того, который хотел купить коня?

– Ну помню, – ответил Сергей. – Весь седой, а крепкий как бык. И глаза у него какие-то колючие. И в чем же заключается его колдовство?

– Этот может лечить взглядом и людей, и скотину. А есть такие, которые могут намного больше. Я их не видел, а вот отец встречал. Сами себя они зовут не колдунами, а возвышенными. А, по-моему, если колдуешь, то кто ты, если не колдун? Смотрите, деревня! Заночуем? По времени вроде пора.

Вернулись они поздно вечером на двадцать третий день с начала похода, поэтому никакой торжественной встречи героям не было. Все немного почистились и пошли на ужин, уже после которого помылись капитально.

Первой, кто встретила Сергея, была Лани. Она замерла, словно не веря глазам, а потом с радостным визгом прыгнула ему на грудь, едва не опрокинув на пол.

– Подожди целоваться! – оторвал он ее от себя. – Не видишь, я грязный. Помоюсь...

Говорить дальше ему помешал поцелуй Леоры, от которой он оторвался с большим трудом.

– С невестой и грязь не мешает целоваться! – ехидно сказала сестра. – Готовь губы, сейчас еще Белла прибежит. Она тебя тоже поцелует... по-дружески!

– Соскучился я по вас! – сказал он им. – Обнял бы обеих и не отпускал! Но действительно нужно помыться и сменить одежду. Вы уже, наверное, поужинали? Леора, скажи, чтобы и мне чего-нибудь собрали поесть, пока я буду мыться.

Он сидел уже чистый и ел, а они наперебой рассказывали обо всем, что случилось в его отсутствие.

– Значит, завалила барона? – спросил он у сестры.

– Почти, – сказала она. – Я ему руку выкрутила, а этот дурак рванулся так, что я улетела, а ему потом Расмус руку бинтовал. Он ее чуть сам себе не сломал. Кто же так вырывается из захвата?

– Узнал Джок, кому вы понадобились?

– Чтобы дядя Джок и не узнал! – засмеялась Лани. – Все делалось по заказу Мехала.

– Понятно. А почему «дядя»?

– Это он сам себя так назвал, а мне понравилось. Родственников много не бывает, а он еще очень хороший человек!

– А ты почему молчишь? – спросил он Леору.

– Не могу насмотреться, – ответила девушка. – Слишком долго тебя не было.

– Ну я пойду! – понятливо сказала сестра и умчалась.

– Куда пойдем? – спросила Леора. – Ко мне или к тебе? Или ты сильно устал?

– Пошли ко мне, – сказал Сергей. – Это ближе, да и запоры у меня покрепче. Это еще Белла не знает о моем возвращении. Пойдем быстрее, пока ее не принесло. Этой девчонке такое понятие, как деликатность, незнакомо. 

– Я рад, что вы откликнулись на мой призыв и не пожалели времени приехать лично, – сказал герцог Рошти. – Нам с вами есть что обсудить.

– Я здесь не вижу Олена Марди, – сказал герцог Лазони. – Он не приехал?

– Этот идиот решил воспользоваться моментом и заменить короля, – пояснил герцог Рошти. – Естественно, собой. Пришлось его кое о чем предупредить. Теперь он на меня обижен. И сам не приехал, и никакой помощи не прислал.

– Действительно, идиот, – согласился герцог Бенитар. – В такое время затевать свару. У меня есть предложение. Нужно его предупредить, что если в самом ближайшем будущем войска герцогства Марди не станут рядом с нашими против Мехала, мы все после окончания войны приложим усилия к тому, чтобы провинция носила другое название.

– Я за это предложение, – согласно кивнул герцог Ингар. – Иначе его не прошибешь. Война будет трудной, и мы понесем большие потери, а он отсидится в стороне, а потом начнет устанавливать свои правила. Мы и так потеряли Алехо Парнада и всю его семью. Даже если после войны провинция отойдет к нашему союзнику, проку от этого будет немного. Мехал уже уничтожил там половину городов, а война еще только началась.

– Значит, так и решим, – подвел итог герцог Рошти. – В этом вопросе нас партия короля поддержит. Кстати, его величество обещал прислать большую часть своих полков, но при условии, что мы поклянемся в храме всех богов, что все разногласия на время войны будут забыты. В этом случае придут дружины и от Дорейна, и от Лантара.  

– А от Аликсана? – спросил Лазони.

– По моим сведениям, сил у него слишком мало, чтобы ими с кем-то делиться, – сказал Рошти. – Он и так на треть уменьшил силы Мехала. Если бы против нас было не сорок, а шестьдесят тысяч, я бы забрал казну и отплыл с семьей в Империю. Последние было шуткой. Кстати, Мехал его своим вниманием не оставил. Из допроса пленных стало известно, что совсем недавно он отправил в пограничные земли провинции Аликсан две тысячи всадников с задачей сжечь там все деревни. Герцог каким-то образом об этом выведал, устроил ловушку и перебил всю посланную кавалерию. Мехал в ярости, но из-за начала боевых действий ничего пока предпринять не может.