Единственная на всю планету. Трилогия (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 119

– Не так!

– Пока еще не совсем так, – поправился он. – Но ты к такому очень быстро идешь. Ты быстро учишься манипулировать людьми, уже не боишься конфликтов и теряешь осторожность. Сила и власть действуют как наркотик. Ты сама недавно говорила, что уже не представляешь себе жизни без силы. Но сила – это только средство, а не цель, а у тебя она стала целью, для достижения которой все средства хороши! У меня на родине по здешним понятиям очень примитивное общество. Но маги ограничены законами, которые когда-то давно установили для себя сами. И они тебе прекрасно известны! Другое дело, что не все их соблюдают, но таких, если находят, карают. Вот и следуй этим законам здесь. У нас это уже тысячу лет приносит неплохие результаты.

– И таких, как Тарасова, прощать?

– А что ты ей сделала? – поинтересовался Нор.

– Наколдовала цирроз, – буркнула Ольга. – Скажешь, надо было простить?

– Ты идешь по улице, – начал Нор. – Из какого-то двора вылетает гавкучая шавка и хватает тебя за ногу. Причем ни за что ни про что, наверное, просто не понравился запах. Ты ее загоняешь в угол и изо всей дури лупишь по печени! Так лупишь, чтобы она через полгода мук скончалась! Сдохни злобная тварь! А теперь вспомни ту бешеную собаку. Она несла нам смертельную угрозу, и ты ее быстро и милосердно умертвила. Поступки мага в отношении всех прочих должны быть соразмерны не его сиюминутной злости, а вине человека. Тебя захотели унизить, отыгравшись за свои собственные недостатки, а ты сразу лупишь насмерть, чтобы просто устранить неприятность раз и навсегда. И не надо мне говорить, что она дрянь и это заслужила. Взвешивать тяжесть грехов и карать могут боги, но не ты. Тебе дано право на защиту! Нападают – защищайся. И есть разница, то ли в тебя из-за кустов выстрелил из рогатки мальчишка, то ли за твоей жизнью пришел наемный убийца. Или ты в обоих случаях ответишь одинаково, чтобы мир стал удобней для жизни? Тогда нужно многих вычищать, потому что по-настоящему хороших людей очень мало. Остальные им вечно чем-нибудь мешают. Этот, сволочь, курит и нужно ждать, пока он пройдет или вдыхать дым. Другой с утра уже навеселе. Пусть пока никого не трогает, но ведь может тронуть? И смотреть на него противно! А на скамейке пятнадцатилетние целуется взасос, и плевать им на мнение окружающих и на то, что тебя завидки берут. Ну и так далее. Ходить и всем откручивать головы?

– И что бы ты ей сделал?

– Что-нибудь достаточно неприятное, но не смертельное, и такое, что проявится быстро. Выбор большой. Когда муха садится на оконное стекло, ее бьют газетой, а не молотком.

– Нор...

– Что?

– Я с тобой полностью согласна, но у меня будет просьба. Не могу я эту мымру больше видеть. Вылечишь ее сам? Заодно награди чем-нибудь неприятным из своего списка. А ее адрес мы узнаем через Сергея. Я ему с утра позвоню, а после полиции съездим. Я думаю, что для такого дела он нас отвезет. Только, если я начну действовать по вашим правилам, я буду медленно осваивать то, что мне дают доры. Да и тела мы быстро не наберем.

– А тебя кто-то толкает в спину? Если действовать по придуманной тобой методе, никаких нарушений не будет. А пока обойдутся без тел. Тебе и полученные данные долго осваивать.

– А это еще как сказать, – возразила Ольга. – Если обработка Саши даст нужный эффект, я все освою за пару месяцев. Понимаешь, очень хочется узнать все по медицине. Мало ли что потом может случиться? Может быть, доров кто-нибудь отсюда попрет, или у них поменяется начальство, и новый начальник решит, что мне слишком много всего дают! Или вмешается твой дебильный бог! Так и останусь недоучкой.

– Можно опять попробовать вариант с больными, – предложил Нор. – Или подкатить к бомжам. Сейчас зима, поэтому им живется несладко. Если честно, мне непонятно, как люди могут быть довольны такой жизнью. Скоро «Фазенда» будет нашей, так что мы и сами сможем некоторых из них привести в божеских вид. Ну что, успокоилась? Давай спать.

– Да, спасибо тебе! Ты самый лучший!

– А то я этого не знаю, – пошутил он, получил тычок локтем в бок и притянул Ольгу к себе.

Глава 3

– Николай Трофимович, извините дуру! – сказала Ольга, глядя Маслову в глаза. – Вы меня разозлили, сами знаете чем, но злость еще не основание хамить и самой нарушать закон.

– Это ты меня прости, – виновато сказал капитан. – Никогда не думал, что способен на такое. Как затмение нашло...

– Виктор Аркадьевич, – повернулась Ольга к Головину, в кабинете которого они выясняли отношения. – Это, наверное, не мое дело, но я вас очень прошу, чтобы никакого наказания не было совсем. Ни с кого я погоны не срывала и никто здесь рук не распускал.

– Это мы решим сами, – сказал ей явно довольный полковник. – Если конфликт исчерпан, можете идти. А тебя на первом этаже у дежурки ждет отец.

Ждал ее не один отец, рядом с ним стоял Сергей.

– Ну как? – спросил он.

– Все хорошо, – ответила Ольга. – Я извинилась, а вашего капитана наказывать не будут. Пойдемте в машину, поговорим там.

Они вышли из здания полиции и сели в стоявшую рядом машину Сергея, в которой их дожидался Нор.

– Ну как? – повторил он вопрос Сергея.

– Стыдно, – призналась она. – Хотела ему запустить усиление, но вовремя остановилась.

– А что не так? – не понял Нор. – Сделала бы приятное обиженному тобой человеку.

– У него в ближайшие дни должен был случиться инфаркт, – опустив глаза, сказала Ольга, – и, скорее всего, обширный. Теперь не случится. Запускать сразу два воздействия я побоялась. Извините, дядя Сережа, но я все-таки влезла в голову к вашему полковнику. Маслову выговор с занесением в личное дело ни к чему.

– Ладно, – сказал довольный Сергей. – Не будем терять время. Едем к Тарасовой?

– Да, поехали, – сказал Нор. – Я вас там надолго не задержу.

– А сможешь все сделать сам вместо нее? – спросил Сергей, выезжая за ограду.

– Там не будет ничего сложного, – ответил Нор. – Все проделаю так, как уже работала Ольга. Возьму кого-нибудь в квартире под контроль и заставлю открыть двери. Вылечу хозяйку от цирроза и посмотрю, что можно дать взамен. А потом сотру воспоминания о своем визите и тихо удалюсь. Стереть то, что есть в голове, несложно, сложно изменять уже существующие воспоминания или давать новые и менять их эмоциональную окраску. У меня такое не получится. Но там это и не нужно, да и нельзя пускать Ольгу в таком состоянии. Оль, может быть, тебя успокоить магией?

– Переживу, – ответила она. – На дольше запомнится.

Визит Нора в квартиру Тарасовых занял всего десять минут.

– Как сходил? – спросила Ольга, когда ее друг занял свое место в машине.

– Вылечил, – ответил он. – У нее этот цирроз еще толком не начался.

– А что дал вместо цирроза?

– Ничего. Ее уже без нас достаточно наказали. Приказом Стародубцева она освобождена от должности главбуха комбикормового завода и переведена старшим бухгалтером на маслозавод. Она сейчас в депрессии, и свое понижение тоже связывает с тобой. И правильно связывает, это наверняка работа Татьяны.

– Вот почему вы все время вляпываетесь в дерьмо? – спросил Сергей. – Ладно, вопрос риторический. К нам не будем заезжать?

– Поехали в лесничество, – сказал ему Егор. – Твоих проведаем как-нибудь в другой раз. Вы к свадьбе приготовились?

– Это вам к ней нужно готовиться, – улыбнулся Сергей, – а мы к гулянке всегда готовы.

Он отвез своих пассажиров в лесничество, высадил, просигналил на прощание и уехал. Машина Александры стояла возле сарая, а она сама занималась кормежкой кабана.

– Тебе помочь? – спросила Ольга, приоткрыв дверь в свинарник.

– Не нужно, я уже с ним закончила, – ответила Саша. – Пусть трескает, и мы пойдем обедать. Пельмени любишь? Вот их сейчас и будем есть.

– А что случилось? – спросила Ольга. – Ты чем ты расстроена?

– Что, так видно? – спросила Саша. – Или это магия?

– Чтобы тебя проверить магией, нужно смотреть эмоции, – ответила Ольга. – А я ни к кому из вас в голову не лезу. И ты такое уже сейчас должна почувствовать. Это к чувствам мага можно подключиться незаметно, а просмотр эмоций или памяти он заметит. Я определила по лицу. Ты, когда сердишься, немного поджимаешь губы и морщишь лоб.