Возвращение (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 116

– Допуск я дам, это несложно. Что еще?

– Когда снимали фильм, главным консультантом был ваш первый заместитель Цвигун, вторым консультантом – Георгий Пипия. Больше от вас ничего не нужно.

– Это сценарий? – спросил он, кивнув на мою папку. – Оставь почитать.

– Для того и принес, – сказал я. – Только будет просьба. Отдайте своим распечатать. И вам читать удобней, и мне меньше мороки.

– Сделаем, – кивнул он. – Может быть, подарить машинку?

– Не люблю я их, – поморщился я. – Сбивают с мысли. Ручкой лучше, а профессиональная машинистка в любом случае отпечатает гораздо быстрее меня.

– Ладно, – сказал он. – Я доволен, что познакомился с тобой лично. Держи номер телефона, в случае необходимости звони. С машиной проблем не будет. Может быть, вернуть «Волгу»?

– Нет, спасибо, – отказался я. – Та, которая сейчас, не так бросается в глаза.

– Почему бросил тренировки?

– Потому что удалось набить морду тренеру.

– Не понял? – поднял он брови. – Объясни.

– Была у меня такая мечта, – улыбнулся я. – Хорошо засветить Хаевскому. Это мой тренер от Комитета. Но все никак не получалось.

– Неужели достал? – удивился Семичастный. – Сколько же ты у него занимался?

– Больше трех лет. И у него, и самостоятельно. А тренера все же достал, чем его сильно удивил. Я сейчас и с парой ваших стажеров справлюсь, а большего мне и не нужно.

Мы распрощались, и я уехал, а через три дня мне вернули и тетради, и два отпечатанных экземпляра сценария. Я уже узнал адрес и телефон Семенова, поэтому сразу же позвонил. Трубку взял его отец.

– Семен Александрович? – сказал я, услышав голос пожилого человека. – Это звонит член союза писателей Ищенко. Мне нужно встретиться и поговорить с вашим сыном. Он дома?

– Дома, – ответил Ляндерс. – Подождите, я его сейчас позову к телефону.

– Я вас слушаю, – раздался в трубке более молодой голос.

– Юлиан Семенович? – сказал я. – Это писатель-фантаст Ищенко. Мне нужно с вами срочно встретиться. Вы мне не уделите немного времени, если я приеду через полчаса?

– Приезжайте, – немного удивленно ответил он. – Я вроде никуда не собираюсь.

Внешне Семенов был один в один с теми фотографиями, которые я видел в Интернете, но ниже, чем я его себе представлял.

– Я не большой любитель фантастики, – сказал он, приглашая меня в гостиную. – Но две ваши книги читал. Те, что о Волкодаве. Заходите, моих сейчас никого дома нет, так что разговору никто не помешает.

– У меня будет просьба, – сказал я, раскрывая папку. – Я написал сценарий для многосерийного фильма о советских разведчиках.

– А по какой книге? – спросил он.

– Ни по какой. Книгу мне, если честно, писать не хочется. Это тот случай, когда фильм будет лучше книги. По крайней мере, я на это надеюсь. Вы можете прочитать и высказать свое мнение?

– О чем сценарий?

– Работа одного из наших разведчиков в Германии в конце войны.

– В такой работе слишком много специфики, – сказал он. – Когда я писал «Майора Вихря», у меня был доступ к архивам, потом его сняли. Если вы писали только на основании знаний, почерпнутых из книг, получится слишком недостоверно.

– Я работал в архивах, – сказал я. – Вам, если обратитесь сейчас, тоже не откажут. Я насчет этого договорился.

– Ого! – сказал он, удивленно посмотрев на меня. – Если так, спасибо. Давайте ваш сценарий, постараюсь все сделать побыстрей. Оставьте ваш телефон, я позвоню.

– А если он уже что-то такое написал? – спросила Люся, когда мы уже легли в кровать. – Представляешь? Открывает твой сценарий, а там развитие его сюжета! Что он подумает?

– Если он что и написал, то только несколько зарисовок, – ответил я. – На тот случай, если Исаев уже родился, я поменял фамилию. А если написал больше, буду его брать в соавторы. Для того и понес к нему, чтобы потом не было недоразумений. Закончу с ним и начну обрабатывать Лиознову. Им на съемки отпустили мало денег, последнюю серию вообще снимали на одном энтузиазме. Мы это дело поправим. Романова в Госкино должны предупредить, а, если нужно, нажмем и на руководство «Мосфильма».

– Но твои записи на полноценный сценарий не тянут.

– А я, по-твоему, чем начал заниматься? – сказал я. – Описание сцен, рекомендуемые места съемок, актерский состав и съемочная группа, композитор и многое другое. Все распишу подробно, так что Лиозновой особо и думать не придется. Лишь бы она сама не взбрыкнула. Я ведь, по сути, выполняю часть ее работы, навязывая свои решения. Одна надежда, что не устоит перед соблазном. Ну кому из наших режиссеров на съемки дают «зеленый свет»? И импортную цветную пленку для них выбьем. А если сценарий такого фильма будет наш, нам потом гораздо проще будет снимать свои фильмы. Еще надо будет проконтролировать, какую музыку напишет Таривердиев, и будет ли звучать нужная песня. У него там была замечательная музыка, повторит ли он ее сейчас?

Семенов позвонил на следующий день.

– Я закончил, – сказал он после приветствия. – Когда вы сможете приехать?

Я посмотрел на часы, было без четверти шесть вечера.

– Скоро приеду, – ответил я. – Через полчаса или чуть больше.

К моему приезду в гостиной перед телевизором сидели дочери Юлиана, поэтому он отвел меня в одну из меньших комнат.

– Сценарий замечательный! – сказал он, глядя мне в глаза. – И фильм тоже должен быть интересный, особенно если будут сильные актеры и хороший режиссер. Посмотрите эту тетрадь.

Я быстро просмотрел обычную ученическую тетрадь, на пяти листах которой были написаны черновые наброски того, что я ему принес в готовом виде. Было много расхождений, но, несомненно, это была работа над «Мгновеньями». Слава богу, что ни одной фамилии в черновиках не было, только фамилия Исаев, которую я благополучно заменил.

– Это ваш черновик? – спросил я. – Здорово! Если у меня столько совпадений с вашим текстом, значит, вещь действительно стоящая! Но мне неудобно, я вроде перехватил вашу тему. Может быть, я отдам сценарий режиссеру от нас обоих?

– Об этом не может быть и речи! – решительно сказал он. – Это только черновые наброски, а у вас готовая работа. Вы еще будете что-нибудь об этом писать? Спрашиваю, потому что сам хотел продолжить тему, особенно если не будет проблем с архивами.

– Ради бога! – ответил я. – Меня не сильно влечет такая литература. Точнее, сам читать люблю, но вот писать... Слишком много приходится возиться с документами, а времени вечно не хватает. Да и ближе мне фантастика. А образ разведчика получился симпатичный, жаль, если не будет продолжения. Если продолжите вы, буду очень рад.

– Одного, слава богу, проскочил! – отчитался я жене после поездки. – Представляешь, он начал набрасывать сюжет, но все отложил, когда его не допустили к архивам. Как-то я не подумал раньше о его связях с Андроповым. Можно было вмешаться год назад и больше ничего не делать, все пошло бы своим ходом.

– Не знаю, – пожала плечами Люся. – Ну прочитала я сценарий. В общем, интересно, но заламывать руки и всех тормошить...

– Посмотрим, что ты скажешь, когда снимут фильм. Теперь у Лиозновой будет цветная пленка и намного больше денег, поэтому фильм должен стать еще лучше. Знаешь, какой трещоткой они его снимали в моей реальности? И закончат его не в семьдесят третьем, а раньше.

– Когда с ней встретишься?

– Завтра отпрошусь с занятий у  Сергея Аполлинариевича и съезжу на «Мосфильм».

Как только Герасимов узнал, что Государственный комитет  по кинематографии заказал «Мосфильму» снять по моему сценарию многосерийный фильм, я моментально был освобожден от занятий.

– Жаль, что ты не показал свой сценарий нам, – сказал он мне. – Наверняка нашлось бы что подсказать. Ну, ладно, ни пуха тебе ни пера!

Как положено, я его послал, вызвал машину и через полчаса сидел в кабинете генерального директора «Мосфильма» Владимира Николаевича Сурина.

– Первый раз вижу, чтобы из Госкино был такой заказ по работе начинающего сценариста, – сказал Сурин, прочитав письмо за подписью председателя комитета Романова. – Мы найдем вам режиссера.