Тринадцатая реальность (СИ) - Ищенко Геннадий Владимирович - Страница 81

– Леш, – сказала Вера, когда я пришел обедать. – Они хотят, чтобы ты что-нибудь спел. Нас пригласили на вечер и сказали, что будет мужья.

– А цыганского хора не будет? – недовольно сказал я. – Тебе бы все-таки лучше держаться от Олега подальше.

– Как ты это себе представляешь? – спросила она. – Общаться с женами и сторониться их мужей? Андрея я вижу редко, а Олега – каждый день. Но он без ума от своей жены, поэтому ты зря ревнуешь. Вчера он сказал, что они всей семьей в июле поедут отдыхать на Черное море. Нас с тобой тоже пригласили. Давай съездим? Я с отцом несколько раз ездила, только не в Крым, а у них в Ливадии большой дворец...

– А отработать эту поездку нужно, развлекая их песнями, – сказал я. – Ладно, споем. Мы с тобой свои песни немного запустили. Книги продолжаем писать, а ни одной новой песни за год не записали. И наш ансамбль давно разбежался.

– Уже и другие так поют, – сказала Вера. – И наши песни, и мне незнакомые. Я несколько раз слышала по радио.

– Давай тоже споем новую песню, – предложил я. – Время еще есть, а музыку ты подбираешь влет. Неинтересно петь то, что все уже слышали не по одному разу. И песня у меня есть из тех, которые сочинили японцы. По крайней мере, у нас ее сначала пели на японском, а русский текст появился позже. Называется «Каникулы любви». Подожди, сейчас возьму гитару.

Я сходил в нашу комнату за гитарой, вернулся в гостиную и, чтобы было удобней играть, сел на диван. Мое исполнение не тянуло на дуэт двух японок, но получилось тоже неплохо.

– У моря, у синего моря со мною ты, рядом со мною. И солнце светит, и для нас с тобой целый день поет прибой. Прозрачное небо над нами, и чайки кричат над волнами, кричат, что рядом будем мы всегда, словно небо и вода.

– Замечательная песня! – сказала жена. – Почему ты мне ее раньше не пел?

– Да как-то не приходило в голову, – ответил я. – Садись и подбирай мелодию, а я пока запишу текст. Если нужно, сыграю еще.

К вечеру жена выучила песню, и в семь мы уже были у апартаментов великого князя. Нам назначили встречу на то время, когда во дворце обычно ужинали, поэтому я не удивился тому, что в одной из комнат был накрыт стол.

– Немного подождем, – сказала встретившая нас Елена. – Муж с остальными сейчас должен подойти. Может, вы пока мне что-нибудь споете, князь?

– Можно, – согласился я. – То, что у вашего мужа есть рояль, на котором приходиться играть жене, я знаю. А как насчет гитары?

– Аяка, принеси князю инструмент! – приказала Елена служанке.

Та поклонилась и, мелко семеня ногами, выбежала в другую комнату. В отличие от своей госпожи, носившей местные платья, эта девушка была замотана тканью на японский манер. Вернувшись, она опять поклонилась и протянула мне гитару. Я с позволения хозяйки сел на диван и исполнил ей песню Высоцкого о рае в шалаше.

– Украду, если кража тебе по душе, – зря ли я столько сил разбазарил? Соглашайся хотя бы на рай в шалаше, если терем с дворцом кто-то занял!

– Вы, князь, будете почище Казановы, – услышал я голос Андрея. – Вот так оставляй с ним жен! Свою от нас увез, а наших охмуряет!

Оказывается, пока я рвал душу и терзал струны, пришли недостающие участники вечеринки.

– Меня попросили – я сыграл, – пожав плечами, ответил я, откладывая гитару. – Княгиня просто чудесная женщина, но у меня уже есть свое чудо!

Мы сели за стол, на котором, помимо большого торта, были фрукты и много других сладостей, и с полчаса ими наедались, разговаривая о разных пустяках. В конце говорили о картинах Александры, с которых переключились на ее родственников.

– Я так за них боюсь! – сказала она. – Американские штаты – очень сильное государство, и если будет война...

– Будет, но не в этом году, – сказал я. – Основа их ударной мощи, помимо флота, это авиация. Корабельной совсем мало, а другим самолетам нужны аэродромы в Европе. Англичане предоставить свои отказались, а в Норвегии до следующего лета просто не успеют построить. И нужно перевезти через океан слишком много солдат и боевой техники.

– Вы меня не сильно успокоили, князь, – вздохнула Александра. – Мне муж уже говорил и об их выборах, и об аэродромах, но все это только отсрочка. Я рада, что российский флот поможет Франко-Германской империи, но мне все равно страшно. Почему мужчины так любят воевать? Этих колоний... их же очень много. Почему нельзя разделить?

– Американцы почувствовали свою силу и не удовлетворятся малым, – покачал я головой. – Они захотят единолично править миром. Дурная затея, которая за тысячи лет так никому и не удалась, но все равно желающие попробовать находятся. Если им вмазать как следует, на время утихнут. Постоянного и долгого мира не было никогда и нигде. Люди слишком драчливые и жадные до чужого добра, чтобы тихо сидеть на своей земле и пользоваться только плодами своего труда. Им вечно чего-нибудь не хватает, да и напрягаться неохота, а у соседей всегда всего больше, да еще не по праву!

– У нас действительно очень мало хорошей земли, – грустно сказала Елена. – Раньше в плохие годы в деревнях старики уходили умирать, чтобы не отнимать еду у детей и внуков.

– В ближайшие годы в этом мире многое изменится, – сказал я. – Наша империя должна стать сильнее многих. Новая империя и Япония – наши союзники, которых мы не оставим без помощи. Главным сейчас будет отбиться от янки. А вам не нужно так переживать. Это не принесет пользы вашим близким и нанесет ущерб вам. У императора Августа под рукой два народа, мощная промышленность и сильные армия и флот. Американцы всегда были немного самоуверенной нацией, я думаю, что Бог их за это накажет.

– После этих слов я спокоен за наше будущее, – усмехнулся Андрей. – Мы, кажется, собрались повеселиться? Князь вы не объелись? Петь сможете?

– У нас приготовлена одна новая песня, а остальной репертуар старый, – предупредил я. – Так получилось, что мы давно не занимались пением.

Меня заверили, что с удовольствием послушают и старые песни, после чего вся компания перешла в ту комнату, в которой у Олега стоял рояль. Он сам на нем умел неплохо играть, только сейчас пользовался редко. Мы пели и играли больше часа. Великие князья уже слышали почти все песни, когда мы ходили их петь к Олегу, а их жены довольствовались не слишком хорошими здесь грампластинками, поэтому были в восторге от живого пения. Особые восторги вызвала песня «Каникулы любви», которую слушали в первый раз.

– Что вы хотите, князь, за этот чудесный вечер? – в шутку спросил Андрей.

– С вас море, – ответил я. – Жена сказала, что отпустят в Крым, вот я и выкладывался.

– Я поговорю с отцом, – пообещал он. – Он не всегда с нами ездит, но, я думаю, на время найдет вам замену, так что считайте, что вы уже на пляже. Нужно только подождать полтора месяца.

Мы простились и вернулись в свои комнаты, где узнали о грядущей свадьбе Ольги.

– Мне уже семнадцать, и я окончила гимназию, что вам еще от меня надо! – сердито выговаривала она родителям. – Если и дальше будут проволочки, я просто уйду в семью Сергея!

– И на что вы станете жить? – спросил отец. – Сидеть на шее у его родителей? Твой Сергей уже решил, чем он будет заниматься?

– Он будет инженером, как и его отец! – ответила Ольга. – И не нужно мне ничего говорить! Он это не я: ему брак учиться не помешает, а его родители согласны. Я понравилась его деду, и он обещал, что будет нам помогать. Он очень состоятельный человек!

– Ты и мне нравишься, – обнял я ее. – Так что обойдемся без чужого деда. Что я не найду денег для родной сестры?

– Ты это одобряешь? – удивился отец.

– Пусть выходит замуж, – сказал я. – Сергей хороший парень, и из них получится прекрасная пара. Ему немного рановато, но если сестре не терпится... Если есть средства, мужчине семья не помеха для учебы.

В общем, сестра нас уломала. Мы, как я и обещал, помогли ей деньгами, хоть родители Сергея были этим недовольны, по крайней мере на словах. Свадьбу назначили на конец июня и переложили ее организацию на семью жениха. Только разобрались с Ольгой, как пришло известие о гибели американского эсминца. Если верить сообщениям американских радиостанций, его кто-то подорвал торпедой в двухстах милях от их восточного побережья. В некоторых передачах прямо обвиняли Франко-Германскую империю. Якобы была радиопередача с эсминца, что обнаружен перископ подводной лодки.