Игра стоит свеч - Грэхем Линн - Страница 15

– А теперь главный вопрос, – произнес Эш, когда они подошли к дверям, ведущим в их отдельные спальни. – Ты проведешь со мной остаток ночи?

Легкость, с которой он задал этот вопрос, обескураживала. Ведь Тэбби казалось, что, удовлетворив свое похотливое любопытство, Эш потерял к ней всякий интерес. Сам по себе вопрос был ей приятен, но в нем таилась и скрытая угроза.

– Если я пойду к тебе, то нам придется установить некоторые правила, – ответила Тэбби, приоткрывая дверь в свою спальню.

– Правила? – переспросил в изумлении Эш. – Ты что, шутишь?

– Нет, я редко шучу над серьезными вещами, – пояснила Тэбби. – Если хочешь узнать правила, просто спроси меня.

– Я не люблю правила, – нахмурился Эш. – Возможно, ты еще не поняла, но я не какой-то шаловливый мальчик, чтобы мне устанавливали правила.

Тэбби аккуратно закрыла дверь прямо перед его носом.

Едва она успела надеть свою новую облегающую ночную рубашку, как дверь в ее спальню открылась. Она поспешно забралась в кровать под одеяло и с возмущением посмотрела на вошедшего Эша.

– Ладно, что еще за правила? – недовольно спросил он, подходя к кровати.

Его руки были засунуты в карманы узких джинсов, на животе отчетливо выделялись кубики пресса.

– Правило первое, – начала Тэбби. – За время наших отношений у тебя не должно быть других женщин. А если не сможешь удержаться, я прошу предупредить меня об этом. И мы вместе решим, как нам расстаться. Никаких тайн, никакого обмана я не потерплю.

– Поверить не могу, что слышу это.

– Правило второе, – продолжила Тэбби. – Ты относишься ко мне с уважением. Если я тебе надоем, ты скажешь мне об этом. На Эмбер это никак не отразится.

– Ты, вероятно, сошла с ума, – протянул Эш, глядя на нее сквозь прищур своих изумительных глаз. – Как я мог на тебе жениться?

– Правило третье, – не унималась Тэбби, хотя румянец залил ее лицо, а руки под одеялом сжались в кулаки. – Я не игрушка, которую ты можешь взять, когда тебе вздумается, а потом положить на место. Я не намерена развлекать тебя, когда вашему величеству станет скучно. Будешь проявлять ко мне уважение, и я стану относиться к тебе так же. Но если нет… как говорится, с меня взятки гладки.

Эш пробормотал что-то по-гречески, затем в сердцах добавил:

– Тогда можешь убираться ко всем чертям вместе со своими идиотскими правилами!

Тэбби сидела не дыша, пока дверь за ним не захлопнулась. Затем она легла на спину и закрыла глаза. Все ее тело было сковано невероятным напряжением, живот скручивало от волнения. Она чувствовала себя так, словно плыла на маленькой лодочке, попавшей в бурю посреди океана. Что ж, это был неплохой способ избавиться от Эша, сохранив при этом лицо. Способ заставить его относиться к себе как к равной. Что еще она могла сделать? Заниматься с ним сексом, когда он того захочет? Безропотно выполнять все его желания? Нет, вести себя так со столь ветреным мужчиной – это путь в никуда. К тому же гордость не позволит ей вести себя так. Зато теперь, услышав ее требования, этот ловелас и любитель свободных отношений, возможно, начнет избегать ее. Оно и к лучшему.

Так какой же идиоткой нужно быть, чтобы из-за этого расстраиваться? Она легко справится с этими глупыми девичьими переживаниями. Тем более что других вариантов в сложившейся ситуации у нее не было. Эш хочет одного, она – другого. Поэтому лучше поставить точку, пока все это не переросло во что-то по-настоящему болезненное, обидное и унизительное. Пока оно не переросло…

Посреди ночи Эш отправился в ванную принять холодный душ. Несмотря на бушующий в нем праведный гнев, он до сих пор чувствовал непреодолимое желание заняться сексом. Правила… Какие, к черту, правила? Он что, снова очутился в школе? Или Тэбби не понимает, с кем имеет дело? А точнее, кем она себя возомнила, что позволяет так с ним общаться? Может, ей показалось, что, переспав с ней, он подписал договор на установление каких-то особых отношений? Зачем нужно усложнять такую простую вещь, как секс?

Но на себя он злился не меньше. Ведь Эш догадывался, что ее наивность не приведет ни к чему хорошему. Ему следовало прислушаться к своей интуиции. Вместо этого Эш поддался влечению, которое, впрочем, в какой-то момент стало поистине непреодолимым. Он хотел узнать ее получше – он этого добился. Но хуже всего то, что Тэбби оказалась удивительно женственной. И желание владеть ею только усиливалось. С каждым часом, с каждой минутой, снова и снова. Эш стиснул свои красивые белые зубы. Так же крепко, как совсем недавно она сжимала его своими ногами. Нет, эти воспоминания вряд ли помогут ему побороть свое либидо.

– Ну, кто у нас самая милая малышка на свете? – болтала Тэбби с Эмбер следующим утром.

Эмбер водила в воздухе ложечкой, весело отзываясь на теплые слова и нежности Тэбби.

Широко зевнув, Эш втиснулся в узкое кресло у обеденного столика на террасе. Очередное новшество в его жизни – сюсюканье с ребенком во время завтрака – его мало прельщало. В утренние часы он больше всего любил секс и тишину. А поскольку теперь он лишен и того и другого, его настроение оставляло желать лучшего. Ситуация осложнялась еще и тем, что на Тэбби был облегающий красный топик и шорты, открывающие взору ее персиковые бедра. Даже вид то и дело мелькающей татуировки на руке не ослаблял его желания.

Незаметно для Эша Тэбби попыталась понять, о чем он думает. Время от времени она бросала на него как бы случайный взгляд и тут же вновь отводила глаза. Он был так красив; скольких усилий ей стоило не смотреть на него. Тэбби казалось, что быть настолько сексуальным мужчиной уже само по себе грешно. Она чувствовала, как увлажняется у нее между ног от одной мысли о сексе с ним. А думать о чем-либо другом едва ли получалось. Грациозно устроившись в кресле, он напоминал красивейшую скульптуру.

Солнце играло бликами на его черных, как зола, волосах. Как ей хотелось запустить в них пальцы, коснуться его упрямого, словно гранитного подбородка. Однако улыбка на его лице мгновенно прервала поток ее фантазий. Поняв, что он мог догадаться о ее мыслях, она отвернулась. Нужно учиться контролировать свои эмоции.

Эмбер протянула к нему свои ручки и улыбнулась.

– Только не сейчас, – буркнул Эш. – Сначала позавтракай.

То, что он заговорил сначала с Эмбер, а не с ней, задело Тэбби. Видимо, теперь, когда все точки над i расставлены, она перестала его интересовать еще и как женщина.

– Доброе утро, Ашерон, – поздоровалась она.

Эш ответил ей на родном греческом языке. Как злобно светились при взгляде на него ее красивые голубые глаза!

– Выспалась?

– Спала как младенец, – соврала Тэбби. Она не знала, в какой момент у нее появилась эта черта – лгать. До знакомства с Эшем она в себе этого не замечала.

Служанка налила в чашки кофе. Богатый, насыщенный аромат ударил Тэбби в нос. Она вспомнила, что Соня, будучи беременной Эмбер, стала очень чувствительна к некоторым запахам. Тревожное опасение пронизало ее с головы до ног.

– Прошлой ночью… – начала было она, как вдруг остановилась. Нужно подождать, пока уйдет девушка. И пока сердце перестанет колотиться. – Прошлой ночью… ты же предохранялся?

Эш воспринял неожиданный и пикантный вопрос со свойственным ему равнодушием, лишь сощурив в усмешке карие глаза:

– Неужели ты думаешь, что я мог этим пренебречь?

– Я боюсь, что в пылу страсти ты мог положиться на случай и пойти на риск, – честно призналась Тэбби.

Эш поднял черные брови и кивнул в направлении Эмбер.

– Если ты про риск обзавестись вот таким подарком, то оно того не стоит, – заявил он. – Страсть мне не госпожа.

– Мне тоже, – ответила Тэбби, чувствуя, как наконец-то замедляется ее пульс.

Она нагнулась к Эмбер, чтобы помочь ей с завтраком, когда почувствовала, как от трения под топиком набухают ее соски. Все-таки ходить в бюстгальтере разумнее, чем без него. Особенно в присутствии Эша.