Вампирский Узел - Сомтоу С. П. - Страница 94

94

огонь

…и Стивен смотрел, ошеломленный, как Карла становится землей, а ее женское естество — входом в пещеру Сивиллы, и Тимми со Стивеном заползают в тесный тоннель, раскаленная магма блестит, стены тоннеля раскалены от жара, стены дрожат и трясутся… горячая лава обжигает ноги, но они продолжают идти вперед, вверх… и во чреве, которое есть свет солнца, время содрогается и останавливается, клыки вонзаются в его плоть, и он отдается тьме, которая уже не тьма, а слепящий свет, он содрогается в мощном оргазме, еще и еще, и он уже не понимает, где его оргазм, а где оргазм Тимми и Карлы, они сносят последнюю дверь в замке герцога Синяя Борода, и сливаются воедино, теперь они трое — одно существо, а вот теперь их снова трое… они парят в вышине, в неописуемом жгучем сиянии, а потом…

огонь

…вершина Везувия взрывается сотнями разноцветных огней…

огонь

…они рождаются в пламени…

огонь

…они входят в покои Мага и видят, как лава вливается в атриум из проломленной стены винной лавки, они — в сознании мальчика, а мальчик уже из последних сил пытается вырваться из любовных объятий взбешенного леопарда и обезьянки-старушки, и хотя они невидимы, хотя они из другого измерения, они чувствуют его ужас и боль в ранах от когтей и зубов, они пытаются стать настоящими, ворваться в эту реальность, и на мгновение им это удается — они наяву попадают в Помпеи, а потом их сметает волна невыносимого жара и уносит обратно в мир бесплотных теней. Маг, пораженный, возвращает себе человеческий облик, и в тот краткий миг, когда его сознание захватили тени из будущего, мальчик все-таки вырывается из его смертоносных объятий, и бежит прочь, и видит, как лава врывается в двери, и поворачивает к окну, и Маг в облике орла бросается ему в лицо, его острый, как бритва, клюв бьет мальчика по щекам, кровь течет ручьями, а раскаленная лава шипит, и Маг выкрикивает скрипучим орлиным голосом:

— Мы должны завершить ритуал… мы должны… иначе мы не умрем и не будем жить, жизнь нас отринет, а смерть не примет… призрак бессмертия все же останется с нами, мы утратим тела, но при этом не растворимся в смерти… мы будем бродить по земле, как эхо кошмарных снов, как тени теней, как отголоски немых голосов…

И Сивилла пытается удержать мальчика своими хрупкими ручками, но он уворачивается от нее, и пламя пляшет на стенах дома, и земля содрогается и воет, как будто в агонии родов…

огонь

…следы детских ступней на растрескавшейся мозаике, едкий запах горящей плоти… обугленной… оглушительный грохот, потом… кровь, брызжет брызжет брызжет брызжет брызжет кипит на горячих камнях брызжет брызжет брызжет

огонь

…последние вампиры с криками выбегают из супермаркета и аптеки, обугленный игровой автомат вылетает из разбитой витрины игрового зала и врезается в дымящийся остов Пратновского автомобиля, двое мальчишек — они по-прежнему волокут на себе Брайена, который так и не пришел в сознание, — поднимают глаза, — снег на Главной улице весь растаял, и грязевая лавина увлекает тела вампиров вниз по улице, и…

…черный Везувий взрывается белым пламенем…

…Карла, Стивен и Тимми устремляются в небеса, извергаясь в потоке пылающей магмы…

…и обжигающий пепел падает прямо на мальчика, который уже полумертв от леопардовых укусов, и Карла со Стивеном вместе с ним чувствуют тошноту от серных испарений, и боль в рваных ранах — как раскаленные угли, и пыль не дает дышать, и его кровь брызжет брызжет на мозаичных камнях…

…крыша аптеки обваливается, банки с кока-колой разлетаются по всей улице…

…Маг и Сивилла раскрывают объятия смерти, Сивилла ликует — она обманула вечность, но Мага терзают сомнения, когда он погружается в кипящую лаву, и потолок обрушивается на них, сминая плоть и кроша кости, и с неба падают камни, погребая тела под собой, а потом…

огонь

…мальчик кричит:

— Бог есть любовь!

…на горных вершинах сдвигается снег. И катится вниз, и обрушивается на город со странным названием Узел — лавина, рожденная пронзительным криком мальчика…

…статуя Конрада Штольца падает с надгробного камня и разбивается на две зазубренные половинки, как будто расколотые молнией…

…три духа из будущего воспаряют к самому небу, поднимаются к солнцу из города, объятого пламенем, поток огня льется со склона вулкана и затопляет Помпеи, и колонны ломаются, словно сухие ветки, и тысячи тысяч живых людей застывают в сияющем алом море, точно букашки в застывшем янтаре…

…они родились из пылающих недр вулкана…

…огонь добрался до Валгаллы, где боги — первые обуздавшие хаос — восседают неподвижные, как изваяния, на своих золоченых тронах и изнывают по смерти…

огонь

Стивен трепещет в объятиях женщины и мальчика. Прикасается к их рукам и лицам, которые больше не обжигают холодом.

И поэтому он понимает, что он уже перешел черту. В едином затяжном оргазме их тройственного союза он пережил смерть и великое возрождение вселенной. Он потрясен и подавлен свершившимся чудом. За ревом огня его чуткий слух различает даже музыку сфер. Вечность входит в него во всей своей боли и исступленном восторге. Вокруг него рушатся стены дома. Его обуревает неутолимая жажда — из тех, которая не насытится никогда, — и совершенная красота замораживает его сердце.

27

наплыв

…вдалеке — грохот взрыва. Отблески пламени на снегу цвета близящегося рассвета.

— Не оглядывайся, — сказал Пи-Джей Терри. — Давай поднимай эту проклятую штуку, я один не справлюсь.

Терри взялся за палки, на которых было натянуто одеяло. Носилки, которые Пи-Джей соорудил для Брайена. Брайен так и не пришел в сознание.

— Мне холодно.

— Да, мне тоже. Давай, потащили.

Они подняли носилки с Брайеном со снега.

— А откуда ты знаешь, как эта штука делается?

— Это травва, дубина. Трав-ва. Шошоны пользуются такими, когда переносят лагерь в другое место. Я таких, хитростей знаю навалом. Мама меня научила.

— А куда мы идем?

— Наверное, в резервацию.

— И как мы туда доберемся, по-твоему? Блин, опять снег пошел.

— Мой народ знает много чего полезного, — продолжал Пи-Джей. Терри ни разу не слышал, чтобы Пи-Джей говорил вот так. Нет, он частенько заводил разговоры о том, что ему бы хотелось пожить в резервации и, может быть, поселиться там навсегда, но теперь в его словах появилась уверенность, которой не было раньше. — Я знаю, как построить из снега хижину, которая будет хранить тепло. Я знаю, как надо охотиться на зверей. Правда, я никогда не охотился, но я, наверное, смогу сообразить, как это делается.

— А с ним чего? Вдруг он умер?

— Он не умер.

— А если умрет?

— Мы его похороним.

— А если… ну… твоя мама… она ведь его укусила…

— У нас есть колья.

— Ага.

Ветер дул прямо в лицо. Согнувшись, они пошли вперед — сквозь снег. И хотя было ужасно холодно, его горе как будто растаяло в обжигающем жаре. У них за спиной полыхал лес. Это было красиво, очень красиво. И отсюда было не видно, что весь город охвачен пламенем и безумием.

— Мы уцелели, — сказал Пи-Джей, но без радости. И издал дикий крик, который тут же затерялся в пронзительном вое ветра.

наплыв

К концу зимы железная дорога вновь станет пригодной для езды. К обожженным руинам станции в Узле подойдет поезд. Это будет ночью, на небе будет светить луна, и если кто-нибудь из пассажиров выглянет в окно, он увидит обугленные останки сгоревшего города. Зрелище будет весьма колоритное, хотя и унылое. Даже гнетущее. Лунный свет отразится в миллионах осколков битых зеркал, которые осыпались в горы после того, как сгорел особняк. Лунный свет ляжет бледными бликами на потускневших петлях в пустых дверных проемах, засверкает на боках опустошенных игровых автоматов, сваленных в кучу в конце Главной улицы. Но скорее всего никто не посмотрит в окно. Все пассажиры поезда будут спать. Узел — тихая станция. Здесь редко кто сходит или садится в поезд.