Звездная Золушка - Пашнина Ольга Олеговна - Страница 70

— Он оправится, хотя некоторое время будут проблемы с сердцем, — сказал нам подошедший Фаран. — Мы успели как раз вовремя.

— Объясните мне одно, — я всхлипывала от пережитого волнения, — почему нельзя было изолировать его там, на Кларии?

— Мы просто не успели бы, дорогая, — ответил отец. — На Кларии Грейстон хозяин. Если бы он запер меня и тебя, а сам отправился сюда…

Я вздрогнула.

— Не думай больше об этом. Скоро мы полетим домой.

Дом… почему-то я все равно думала о Земле.

Я не могла смотреть, как мучается женщина, пытаясь заставить Грейстона выпить лекарство, и решительно отобрала у нее стакан.

— Лучше я.

Она покорно отошла в сторону. Предупредили ее, что ли?

Я взяла Грейстона за руку, и он сжал ее. Сердце защемило от радости, что мы успели. Бедный! Пережитого ему хватит на десять жизней вперед! Он сполна заплатил за все и теперь заслуживает счастья, о котором мечтал.

— Эй, — я наклонилась, — надо выпить лекарство. Скоро будет легче, но надо выпить. Напрягись разок ради нас, ладно?

— Вас? — Он с трудом открыл глаза и жадно всматривался в мое лицо.

— Я, кажется, беременна, — тихо сообщила я то, о чем и подумать боялась.

Грейстон чуть улыбнулся и послушно сделал несколько глотков. А потом устало откинулся на подушки, и меня уже оттеснили врачи, спешно начавшие проверять все функции организма.

Отец стоял неподалеку и хмурился. Если бы я могла знать, о чем он думает… но, к сожалению, мне собственные мысли не давали покоя.

— Что с людьми Рагнара? — спросила я, подойдя. — Вы нашли их?

— Нет. Либо не было, либо хорошо внедрены. Учитывая их возможности уйти от радаров и систем слежения — неудивительно.

Я вздохнула и нашла глазами Фарана.

Пришло время решить что-то. Эта галактика дала мне новую жизнь. Любящего и любимого мужа, новые знания, новых друзей, желанных детей и уверенность в себе. Пора было отплатить галактике добром за добро и избавить ее от заразы, спокойно убившей ни в чем не повинных детей и едва не разрушившей мою собственную жизнь.

Я заглушила любые мысли о правильности или неправильности своего поступка. Просто подошла к императору и спокойно сказала:

— Я готова написать о Рагнаре все, что вы хотите. Говорите, что надо сделать.

Фаран застыл, ошарашенно меня рассматривая. Похоже, он не верил, что я соглашусь.

— Ты понимаешь, что это значит? Я прошу подставить Рагнара. И мы ведь не знаем, как он спасся, помнишь? Он мог получить карточку случайно. Или забрать у трупа.

Я молчала. Отвела глаза. Что он хотел от меня услышать? Стыдно ли мне? Нет. Рагнар играет жестко, и я буду. Не могу даже подумать о том, что эта сволочь будет свободно разгуливать по галактике и угрожать моему мужу и моим детям.

Погибшую планету не вернуть. За ее гибель заплатили многие, и ничего уже нельзя исправить, но убивать ради мести — не лучшее решение.

Я встретилась взглядом с отцом и опустила голову.

— Ты меня теперь будешь ненавидеть, да? — глухо спросила я.

— Рагнар — не мальчик, Зара. Доподлинно известно об участии его людей в торговле людьми и органами, в проведении незаконных антигуманных экспериментов. И он все еще пытается разработать биологическое оружие.

Отец заставил меня поднять голову.

— И я никогда не стану тебя ненавидеть.

К моему огромному удивлению, на этом все закончилось. Ни перестрелок, ни длинных монологов о жизни или смерти. Фаран хорошо все продумал.

Правда, Грейстона я не видела почти сутки. Как сказал отец, он в госпитале. Ему очищали кровь, ставили капельницы, вводили восстанавливающие лекарства. Контролировали работу сердца. Все это время я провела в номере, который сняли по настоянию отца. Он не захотел остановиться в императорской резиденции. Мне показалось это странным: ведь если Рагнар захотел бы отомстить, то, живи мы у императора, сделать это было бы сложнее. Но у отца были свои соображения на этот счет, и я не вмешивалась. В конце концов, он сделал невероятное, и я должна была быть ему благодарной.

Благодарность я, конечно, испытывала, а вот просто отвлечься не могла. Пока я не буду точно уверена, что с Грейстоном все в порядке, вряд ли смогу есть мороженое или осматривать город. Отец нехотя с этим согласился, добавив:

— Если ты вообще не будешь ничего есть, я положу тебя на соседнюю койку с женишком и засуну в желудок трубку через нос.

После этого я быстро пообедала.

В апартаментах был кабинет, в нем — компьютер, или, как он здесь назывался, инфопанель. Огромный экран стоял на столе и по вычислительной мощности мог сравниться с процессорами земных суперкомпьютеров. А я читала на нем новости или смотрела скучные сериалы лишь для того, чтобы занять чем-то голову, потому что каждую секунду думать о Рагнаре и о том, правильно ли я собралась поступить, не было никаких сил.

Отец периодически приносил чай. Я просила кофе, но так и не получила. Это я ему рассказала о своем подозрении на беременность. Он посоветовал мне никому ничего не говорить, пока мы не окажемся как можно дальше от Фарана и остальных. Но следить за мной стал в оба, хотя и раньше не давал слишком много свободы.

Когда с момента нашей встречи с Грейстоном прошло около тридцати часов, я увидела новую входящую сессию. Подумав, что это информация о Грейстоне или письмо от Трина — он недавно писал, что они вылетели в столицу, я щелкнула по экрану, вызывая диалоговое окно. И вздрогнула, увидев на экране темнокожего мужика с рогами.

— Леди Торрино, — он гаденько улыбнулся, — вы даже не представляете, какую ошибку совершили, заставив Грейстона отказаться от своего плана. Так вы хотя бы могли спасти себя. Теперь же…

— Рагнар, — догадалась я.

Очень хотелось бросить взгляд на комнату отца, но что-то мне подсказывало, что делать этого не стоит.

— От вас слишком много проблем, Зара. Сначала Вейберг из-за вас отказывается со мной работать. Якобы на него нашло просветление, и вы стали для него знаком. Потом погибает от ваших рук Тим. Теперь я узнаю, что убийца по-прежнему жив.

Ярость вскипела во мне моментально. В последнее время я вообще легко взрывалась, а любое резкое замечание воспринимала как угрозу ребенку, который еще неизвестно, существовал ли вообще.

— Да, — холодно произнесла я, — убийца жив. И это вы, Рагнар. Впрочем, я думаю, это поправят очень скоро.

Он усмехнулся краешком губ:

— И что вы сделаете? Выпустите коготочки и расцарапаете мне лицо? Вы — девчонка, которая прячется за спинами могущественных людей. За кем на этот раз, ведь Грейстон едва дышит? За отцом? Императором?

— За заявлением, которое вас уничтожит, — сказала я. — Вы используете образ героя-мстителя, чтобы вызвать в обществе сомнения относительно правления императора или личности Грейстона. Я займусь тем же самым.

И, не желая больше ни секунды видеть его, я отключилась и сразу же переадресовала наш разговор парню, которого приставил Фаран. Вроде как они должны были отслеживать все входящие сообщения и звонки, но вдруг пригодится.

— Зара? — спустя несколько минут донеслось из комнаты. — С тобой все в порядке? Почему ты мне не сказала, что говорила с Рагнаром?

— Не хотела тебя беспокоить, — вздохнула я.

— Беспокоить?! Зара, психопат-убийца звонит прямо в наш номер, а ты не хотела меня беспокоить?!

— Я переслала все сразу же людям императора. А ты, как всегда, на связи со всем миром. Что они сказали?

— Что найдут и доставят Рагнара. Официальное обвинение ему скоро предъявят. А я пока пытаюсь выяснить, как же на самом деле он получил «путевку в жизнь». Ищу свидетелей и сохранившиеся записи со спутников.

— И как?

Я снова обновила страницы, где сообщалось о состоянии Грейстона, но новой информации не было.

— Кое-что есть, но недостаточно для обвинения. Однако надежда умирает последней. Рано или поздно я найду столько всего, что Рагнар, даже если подкупит Фарана, не сможет уйти от наказания. — Он улыбнулся, смягчая суровый тон, и спросил: — Как ты себя чувствуешь?