Улисс - Джойс Джеймс - Страница 57

57

В глухую квинтэссенциальную ничтожность,

В темницу плоти ввергнута душа.

– Говорят, что нас ожидает литературный сюрприз, – тоном дружеским и серьезным промолвил квакер-библиотекарь. – Разнесся слух, будто бы мистер Рассел подготовил сборник стихов наших молодых поэтов[730]. Мы ждем с большим интересом.

С большим интересом он глянул в сноп ламповых лучей, где три лица высветились, блестя.

Смотри и запоминай.

Стивен глянул вниз на безглавую шляпенцию, болтающуюся на ручке тросточки у его колен. Мой шлем и меч. Слегка дотронуться указательными пальцами. Опыт Аристотеля[731]. Одна или две? Необходимость есть то, в силу чего вещам становится невозможно быть по-другому. Значится, одна шляпа она и есть одна шляпа.

Внимай.

Юный Колем и Старки. Джордж Роберте взял на себя коммерческие хлопоты.

Лонгворт как следует раструбит об этом в «Экспрессе». О, в самом деле? Мне понравился «Погонщик» Колема. Да, у него, пожалуй, имеется эта диковина, гениальность. Так вы считаете, в нем есть искра гениальности? Йейтс восхищался его двустишием: «Так в черной глубине земли Порой блеснет античный мрамор». В самом деле? Я надеюсь, вы все же появитесь сегодня.

Мэйлахи Маллиган тоже придет. Мур попросил его привести Хейнса. Вы уже слышали остроту мисс Митчелл насчет Мура и Мартина? О том, что Мур – это грехи молодости Мартина? Отлично найдено, не правда ли? Они вдвоем напоминают Дон Кихота и Санчо Пансу. Как любит повторять доктор Сигерсон, наш национальный эпос еще не создан. Мур – тот человек, который способен на это. Наш дублинский рыцарь печального образа. В шафранной юбке? О'Нил Рассел? Ну как же, он должен говорить на великом древнем наречии. А его Дульсинея? Джеймс Стивенс пишет весьма неглупые очерки. Пожалуй, мы приобретаем известный вес[732].

Корделия. Cordoglio[733]. Самая одинокая из дочерей Лира[734].

Глухомань. А теперь покажи свой парижский лоск.

– Покорнейше благодарю, мистер Рассел, – сказал Стивен, вставая. – Если вы будете столь любезны передать то письмо мистеру Норману[735]…

– О, разумеется. Он его поместит, если сочтет важным. Знаете, у нас столько корреспонденции.

– Я понимаю, – отвечал Стивен. – Благодарю вас.

Дай тебе Бог. Свиная газетка. Отменно быколюбива.

– Синг тоже обещал мне статью для «Даны». Но будут ли нас читать?

Сдается мне, что будут. Гэльская лига хочет что-нибудь на ирландском[736].

Надеюсь, что вы придете вечером. И прихватите Старки.

Стивен снова уселся.

Отделясь от прощающихся, подошел квакер-библиотекарь. Краснея, его личина произнесла:

– Мистер Дедал, ваши суждения поразительно проясняют все.

С прискрипом переступая туда-сюда, сближался он на цыпочках с небом на высоту каблука[737], и, уходящими заглушаем, спросил тихонько:

– Значит, по вашему мнению, она была неверна поэту?

Встревоженное лицо предо мной. Почему он подошел? Из вежливости или по внутреннему озарению[738]?

– Где было примирение, – молвил Стивен, – там прежде должен был быть разрыв.

– Это верно.

Лис Христов[739] в грубых кожаных штанах, беглец, от облавы скрывавшийся в трухлявых дуплах. Не имеет подруги, в одиночку уходит от погони. Женщин, нежный пол, склонял он на свою сторону, блудниц вавилонских, судейских барынь, жен грубиянов-кабатчиков. Игра в гусей и лисицу. А в Нью-Плейс – обрюзглое опозоренное существо, некогда столь миловидное, столь нежное, свежее как юное деревце, а ныне листья его опали все до единого, и страшится мрака могилы, и нет прощения.

– Это верно. Значит, вы полагаете…

Закрылась дверь за ушедшим.

Покой воцарился вдруг в укромной сводчатой келье, покой и тепло, располагающие к задумчивости.

Светильник весталки.

Тут он раздумывает о несбывшемся: о том, как бы жил Цезарь, если бы поверил прорицателю – о том, что бы могло быть – о возможностях возможного как такового – о неведомых вещах – о том, какое имя носил Ахилл, когда он жил среди женщин[740].

Вокруг меня мысли, заключенные в гробах, в саркофагах, набальзамированные словесными благовониями. Бог Тот, покровитель библиотек, увенчанный луной птицебог. И услышал я глас египетского первосвященника. Книг груды глиняных в чертогах расписных .

Они недвижны. А некогда кипели в умах людей. Недвижны: но все еще пожирает их смертный зуд: хныча, нашептывать мне на ухо свои басни, навязывать мне свою волю.

– Бесспорно, – философствовал Джон Эглинтон, – из всех великих людей он самый загадочный. Мы ничего не знаем о нем, знаем лишь, что он жил и страдал. Верней, даже этого не знаем. Другие нам ответят на вопрос[741]. А все остальное покрыто мраком.

– Но ведь «Гамлет» – там столько личного, разве вы не находите? – выступил мистер Супер. – Я хочу сказать, это же почти как дневник, понимаете, дневник его личной жизни. Я хочу сказать, меня вовсе не волнует, кто там, понимаете, преступник или кого убили…

Он положил девственно чистый блокнот на край стола, улыбкою заключив свой выпад. Его личный дневник в подлиннике. Ta an bad ar an tir. Taim imo shagart[742]. А ты это посыпь английской солью, малютка Джон[743].

И глаголет малютка Джон Эглинтон:

– После того, что нам рассказывал Мэйлахи Маллиган, я мог ожидать парадоксов. Но должен предупредить: если вы хотите разрушить мое убеждение, что Шекспир это Гамлет, перед вами тяжелая задача.

Прошу немного терпения.

Стивен выдержал тяжелый взгляд скептика, ядовито посверкивающий из-под насупленных бровей. Василиск. E quando vede l'uomo l'attosca[744]. Мессир Брунетто[745], благодарю тебя за подходящее слово.

– Подобно тому, как мы – или то матерь Дана[746]? – сказал Стивен, – без конца ткем и распускаем телесную нашу ткань, молекулы которой день и ночь снуют взад-вперед, – так и художник без конца ткет и распускает ткань собственного образа. И подобно тому, как родинка у меня на груди по сей день там же, справа, где и была при рождении, хотя все тело уж много раз пересоткано из новой ткани, – так в призраке неупокоившегося отца вновь оживает образ почившего сына. В минуты высшего воодушевления, когда, по словам Шелли, наш дух словно пламенеющий уголь[747], сливаются воедино тот, кем я был, и тот, кто я есмь, и тот, кем, возможно, мне предстоит быть. Итак, в будущем, которое сестра прошлого, я, может быть, снова увижу себя сидящим здесь, как сейчас, но только глазами того, кем я буду тогда.

Сие покушение на высокий стиль – не без помощи Драммонда из Хоторндена[748].

– Да-да, – раздался юный голос мистера Супера. – Мне Гамлет кажется совсем юным. Возможно, что горечь в нем – от отца, но уж сцены с Офелией – несомненно, от сына.

Пальцем в небо. Он в моем отце. Я в его сыне.

вернуться

730

Рассел подготовил сборник стихов… – сборник «Новые песни», вышедший уже в апреле 1904 г.

вернуться

731

Опыт Аристотеля – особенность осязания, обсуждаемая Аристотелем: предмет, который держат между скрещенными пальцами, ощущается как два предмета. Необходимость есть то… – парафраз «Метафизики» Аристотеля, V, 1015b.

вернуться

732

Падраик Колем (1881-1972), Джеймс Старки (1879-1958) – ирл. поэты, активные участники литературного движения начала века. Джордж Роберте (ум. 1952) – ирл. литератор и издатель, издававший, в частности, сборник Джойса «Дублинцы»; когда, после многих затяжек и требований купюр, тираж был отпечатан, Роберте уничтожил его, опасаясь «непатриотического» содержания книги. Эрнест В.Лонгворт (1874-1935) – редактор «Дейли экспресс». Так в черной глубине… – из стихотворения «Бедный ученый сороковых годов», включенного в сборник «Новые песни». Сьюзен Митнел (1866-1926) – ирл. поэтесса, пародистка и юмористка, ее приводимая шутка была популярна в Дублине. Эдвард Мартин (1859-1923) – кузен Дж.Мура, богатый землевладелец, финансировавший многие начинания ирл. возрождения. Джордж Сигерсон (1838-1925) – ирл. врач, литератор и поэт, отсылка – к его эссе «Влияние Ирландии на европейскую литературу» (1904). Дублинский рыцарь печального образа в шафранном килте – образ из эссе Джона Эглинтона «Ирландские книги» (1911); там же говорится, что Дульсинея этого рыцаря – героиня Йейтса Кэтлин ни Хулиен, символ Ирландии. Ирл. килт, в отличие от шотландского, – шафранного цвета. Томас О'Нил Рассел (1828-1908) – ирл. писатель и лингвист, один из лучших знатоков ирл. (гэльского) языка. Джеймс Стивене (1882-1950) – ирл. поэт, прозаик и фольклорист; Джойс симпатизировал ему и видел особый знак в том, что оба они родились в один день.

вернуться

733

скорбь (итал)

вернуться

734

Самая одинокая из дочерей Лира – из стихотворения Т.Мура «Песнь фианнулы». Вкупе с упоминанием Корделии цитата дает каламбур, ибо речь у Мура – о дочери бога Мананаана Мак-Лира, а не короля Лира.

вернуться

735

Гарри Ф.Норман (1868-1947) – редактор газеты «Айриш хомстед».

вернуться

736

Гэльская Лига – организация, основанная в 1893 г. в целях изучения, возрождения и распространения гэльского языка и литературы.

вернуться

737

Сближался… с небом на высоту каблука – «Гамлет», II, 2.

вернуться

738

По внутреннему озарению, вызываемому присутствием Христа в сердце, надлежит действовать верующему, согласно квакерскому учению.

вернуться

739

Лис Христов – основатель секты квакеров Джордж Фокс (1624-1691), от англ. «фокс» – лиса. Далее – о жизни Фокса, которая у Стивена постепенно переходит в жизнь Шекспира. Нью-Плейс – дом Шекспира в Стратфорде в его зрелые годы.

вернуться

740

Какое имя носил Ахилл… – старинная загадка, которую считали не имеющей ответа; однако в античных источниках сообщается, что Ахилл носил имя «Пирра» (рыжеволосая) – см. Мифы народов мира. М. 1982. Т. 2, с.211.

вернуться

741

Другие нам ответят на вопрос – из сонета Мэтью Арнольда, посвященного Шекспиру.

вернуться

742

Корабль причалил к берегу. Я жрец (фразы из начальных пособий по ирл. языку)

вернуться

743

Малютка Джон – один из легендарных сподвижников Робин Гуда, здоровенный детина; щуплому Джону Эглинтону дал иронически это прозвище Дж.Мур.

вернуться

744

и когда взглянет на человека, отравляет его (итал.)

вернуться

745

Мессир Брунетто – Брунетто Латини (ок.1210 – ок.1295), итал. поэт, писатель и дипломат, нотариус Флорентийской республики. Цитата Стивена – из итал. перевода франц. сочинения Латини «Сокровище». Цитирование неточно, но в точном виде эту же цитату Джойс приводит в «Джакомо Джойсе».

вернуться

746

Дана (Дану) – в ирл. мифологии, мать-прародительница богов, мать земли. Стивен справедливо представляет ее, ибо «ткачихою нескончаемого тканья… обычно представлялось древним единое женское божество» (Вяч.И.Иванов); тем самым она подобна Пенелопе.

вернуться

747

Дух словно пламенеющий уголь – из эссе Шелли «Защита поэзии» (1821); этот образ Шелли Стивен приводит и в «Портрете» (гл. V), а Джойс – еще и в ранней статье «Джеймс Кларенс Мэнген» (1902).

вернуться

748

Уильям Драммонд из Хоторндена (1585-1644) – шотл. поэт; рассуждение Стивена о будущем и прошлом ассоциируется с его эссе «Кипарисовая роща» (1630).