Терминатор из глубинки - Степанычев Виктор - Страница 34

– Хорошо, я доложу своему руководству. Только, мне кажется, ваши прошлые дела сыграли довольно неприятную шутку с вами, а в большей степени – с «Интеройлом».

– Не вам судить, – высокомерно вскинул подбородок Ясенев.

– Как сказать... – неопределенно произнес Павел Иванович.

– Что, подставил вас думский деятель? – зло ухмыльнулся Вадим. – Думаю, с потрохами выложит ваши планы Монтурову. А он мужик памятливый, в долгу не останется и создаст проблемы для «Интеройла». Выбирать надо друзей тщательнее, как говорит Михал Михалыч Жванецкий, а то связываетесь со всяким темным элементом, с шушерой криминальной.

– Уберите отсюда этого кретина! – вскочил с дивана Ясенев.

– Спокойно! – поднял вверх палец Вадим. – Папа приказал вам нас беречь. Если он обидится – а мы ему расскажем, как с нами обращались, боюсь, не получится у вас с ним разговора, а выйдут большие хлопоты и дальняя дорога без обратного билета.

– Забирайте их и увозите, у меня нет никакого желания общаться с этими... – не определив категорию для Вадима и его товарищей, с досадой махнул рукой Ясенев. Он рухнул на диванные подушки, отчаянно обхватил руками голову, видимо, решив поразмыслить о своей незавидной доле.

«Понял парень, что попал в жернова, – мстительно подумал Вадим. – Не надо было жадничать. Хотел откусить кусок пожирнее, а в результате нажил двух врагов».

Он взглянул на Павла Ивановича и поразился произошедшим с ним изменениям. На спокойном, выдержанном до этого лице появилось выражение нешуточной ярости. Смерив презрительным взглядом сидевшего на диване Ясенева, Павел Иванович раздраженно выдернул из кармана трубку радиостанции.

– Внимание всем! Говорит Первый. Общий отбой. Группе собраться на заднем дворе у бассейна. Всех задержанных доставить в дом. Время на исполнение две минуты.

– Шпрехшталмейстер объявил последний номер. Цирк шапито заканчивает представление, – фыркнув, подначил Вадим.

– Для кого заканчивает, а для кого еще все впереди, – многозначительно пообещал Павел Иванович.

Повернувшись к Ясеневу, он сухо сказал:

– Мои руководители свяжутся с вами и обговорят время встречи.

– Пускай они это сделают побыстрее, – хмуро произнес депутат. – Время не терпит.

– Я им... все это передам, – криво улыбнувшись, сказал Павел Иванович, сделав ударение на слове «все».

Ясенев поднял на него удивленные глаза, но промолчал и, раздраженно сжав губы, отвернулся в сторону.

Муравейник закипел. Бойцы у Павла Ивановича были обучены, и его команда привела их в разумное движение. Через минуту в холл привели Самсона с Доктором. Вадим незаметно сделал пассы руками, показывая, что пока все в относительном порядке. Их поставили в сторонке, лицом к стене под охраной двух человек. Остальные бойцы сосредоточились у дверей на террасе, выходящей к бассейну, в том числе и сошедший со второго этажа худощавый малый со снайперской винтовкой.

«Не обманывал депутат, действительно мы все время были под прицелом „винтореза“, – уважительно отметил Вадим. – Неплохо ребятишки подготовились к встрече монтуровских боевиков».

Он прислушался к словам Павла Ивановича, который отдавал короткие и емкие приказания одному из своих людей, по всей видимости – командиру группы.

– Машины подогнать к заднему двору. Задержанных в грузовые отсеки...

– А как же Женевская конвенция по гуманному обращению с военнопленными? – подал голос Доктор. – Категорически требую отдельного сидячего места.

– Передай команду наблюдателям, чтобы они завели «Газель» этих гуманистов и ждали нас, – не обращая на него внимания, продолжал Павел Иванович. – При прохождении колонны, на дистанции двести метров, не привлекая внимания, они присоединяются к нам. Когда выедем из поселка, около трассы перегруппируемся по всем машинам. Все ясно? Выполняй!

– Так точно, – коротко ответил боец и, совсем по-уставному развернувшись через левое плечо, двинулся на террасу.

Дверь за ним еще не успела закрыться, как Вадим услышал характерные, с коротким интервалом, хлопки выстрелов, смягченные глушителем, и негромкий сдавленный стон. Он повернул голову на шум и увидел, как бравый командир группы, нелепо подворачивая ногу, валится на пол. По его бедру, окрашивая камуфляж в бурый цвет, разбухая, поплыло кровавое пятно. Еще один, тот, что спустился со второго этажа с «винторезом», получив такую же рану в ногу, упал рядом с командиром.

– Что происходит? – послышался за спиной встревоженный крик Павла Ивановича. Он бросился к двери и попытался ее открыть, однако снаружи к створке привалился раненый.

– Уберите его в сторону, – крикнул Павел Иванович бойцам, бестолково сбившимся в кучу, мгновенно ощетинившуюся стволами. Они растерянно шарили глазами и дулами автоматов по сторонам в надежде отыскать невидимого противника. Один из них попытался перекатом уйти под прикрытие бортика балюстрады, и тут же меткий выстрел остановил его, уложив корчиться с пулей в пояснице на розовых мраморных плитах террасы.

– Назад, идиот, напорешься на пулю! – громко проревел шефу безопасности «Интеройла» Вадим, пытаясь привести того в чувство. В подтверждение этих слов стекло над дверным проемом брызнуло рваными лучами, разорвавшись в следующее мгновение на мелкие осколки. Они едва не накрыли ливнем Павла Ивановича, внявшего предупреждению и успевшего в последний момент отскочить от двери на пару шагов.

Звон битого стекла слился с отчаянным визгом хозяйки дома, пребывавшей до этого в состоянии оцепенения и наконец оценившей остроту ситуации, а также утробным испуганным еканьем, судя по тембру – господина Ясенева.

– Всем на пол!!! – неистово проорал Павел Иванович. В пару прыжков он подскочил к пленникам и, вырвав пистолет из кобуры одного из охранников, упер стволом в затылок Вадима.

– Что, скоты, помощи дождались, – яростно прохрипел он. – Ждал я подвоха, чувствовал, что-то не так. Сколько их? Говори, иначе пристрелю, как собаку.

– Успокойся, – стараясь не сделать случайного движения, твердо сказал Вадим. – Я не знаю, кто на вас напал – могу только предположить.

– Ну, предполагай! – со злостью заорал ему в ухо Павел Иванович. – Только быстрее, пока не получил пулю в череп!

– Возможно, это те, кого вы ждали – «монтуровцы».

– Значит, вы...

– Это значит только, что мы сами по себе. К нападающим и соответственно к Монаху никакого отношения не имеем. В принципе и твой «Интеройл» нам сейчас до глубокой фени. Тебе достаточно этой информации?

– Сволочи! – прошипел Павел Иванович. – Подставили меня, как сопляка!

Он громко скомандовал в радиотрубку:

– Внимание всем, говорит Первый! Никому ничего не предпринимать, замереть, с места не трогаться.

Неожиданно за их спинами раздалась нежная мелодичная трель мобильного телефона. Дрожащий голос Ясенева просительно произнес:

– Можно мне ответить?

– Отвечай, – с досадой бросил Павел Иванович.

– Да, я вас слушаю, – сказал в трубку депутат. Через несколько секунд он потерянно обратился к Павлу Ивановичу: – Они требуют, чтобы мы сложили оружие и не сопротивлялись, иначе начнут вести огонь на поражение.

Ствол пистолета убрался от затылка Вадима, и Павел Иванович, смачно выругавшись, отошел от пленников и взял в руки телефон:

– Кто вы такие и что вы хотите?.. И дальше?.. А если мы не подчинимся?..

– Ну что, похоже, мы окончательно влипли? – негромко, чуть повернув к Вадиму голову, спросил Самсон.

– Посмотрим, время покажет, – задумчиво ответил Вадим, не обращая внимания на предупредительный окрик охранника, заметившего их переговоры. – Пока что мы затерлись между всей этой сволотой, и никто не знает, что с нами делать. Вполне может статься, это нападение шанс для нас – не совсем приятный, но все же шанс.

– А людей, которых мы задержали? – внезапно до Вадима донеслись слова Павла Ивановича, и он насторожился. – Понял, и их тоже...

Вадим прослушал внушительную порцию мата Павла Ивановича, из которой он с удивлением узнал пару не встречавшихся ему ранее идиоматических выражений «великого и могучего». Дождавшись окончания излияния переполнявших начальника безопасности чувств, Вадим, не обращая внимания на предупредительный крик охранников и попытку одного из них помешать, пугая грозными взмахами короткого дула «АКСУ», развернулся от стены и негромко позвал: