Калейдоскоп - Стил Даниэла - Страница 88

– Под термином «ущерб» ты имеешь в виду своих дочерей, Анри? Ведь я действительно не имела понятия… Правда…

Слезы текли по ее щекам и капали на желтую шелковую блузку. Александра искала в глазах мужа хоть каплю снисхождения, но не находила.

– Всю эту мистификацию я считаю постыдной! А вояж в Нью-Йорк? Ради чего он совершается? Чтобы возложить цветы на могилы твоих родителей?

– Адвокат, который отдал нас на удочерение, был лучшим другом моих родителей. Сейчас он при смерти. Он потратил месяцы на то, чтобы установить местонахождение моих сестер, и хочет организовать нашу встречу, поскольку чувствует себя виноватым в том, что причинил нам боль, разделив нас. Мне очень повезло, но по крайней мере об одной из нас этого сказать нельзя.

– А кто она? Нью-йоркская уличная проститутка? Господи, это невероятно! В течение часа я получил в наследство солдатскую невесту, убийцу, самоубийцу и бог знает что еще, а ты ожидаешь, что я буду махать платочком и плакать от радости по поводу твоего воссоединения с сестрами, которые по прошествии стольких лет просто не должны тебя интересовать. А твоя мамаша? Какую роль она сыграла в этом? Это она вывела на тебя адвоката? Может, она считает, что тебе в жизни не хватает острых ощущений? Я знаю, что, по ее мнению, я ужасный зануда, но уверяю, что подобные острые ощущения не в моем вкусе.

– И не в ее тоже…

Александра гордо посмотрела на супруга. «Я рассказала ему о себе, хотя это было нелегко, – подумала она. – Если он меня отвергнет – это будет его беда, его грех, его бессердечие. Я сделала все возможное, чтобы оградить его, но он требовал ответа на свои вопросы. Теперь он получил его. Дело за ним».

– Моя мама была в отчаянии, что ей пришлось мне все это рассказать. Она не хотела, чтобы когда-либо данные факты всплыли. Но лично я хочу повидать моих сестер.

Хочу знать, какие они. Кстати, моя старшая сестра вовсе не проститутка. Она руководит одной из крупнейших телекомпаний, а жизнь у нее сложилась трагично. Моя младшая сестра работает врачом в Аппалачах. Я не знаю, понравятся ли они мне и понравлюсь ли я им. Но хочу их повидать, Анри. Хочу понять, что они собой представляют и что я сама собой представляю, не только как твоя жена.

– Тебе стало этого не хватать, так ведь? Тебе понадобилось свалить на мою голову новые проблемы? Ты можешь представить, что будет с моей карьерой, если все это всплывет? Что произойдет с моим банком? С моими политическими связями? С моими родственниками? Ты представляешь, что подумают твои собственные дети, когда узнают, что их дедушка убил их бабушку? О боже… Я себе этого представить не могу.

– Я тоже, – тихо произнесла Александра. – Но почему это обязательно должно всплыть? Никто не собирается предавать нашу встречу огласке. Девочки даже не знают причину моей поездки. Они просто думают, что бабушка нас пригласила и мы летим в Нью-Йорк. Я сказала им, что уик-энд проведу в Коннектикуте с друзьями, а они с бабушкой останутся в Нью-Йорке.

– Не понимаю, зачем ты хочешь взять их с собой? Это лишено всякого смысла.

Так считал он. Но не Александра… и не Маргарет.

– Вероятно, они мне нужны для моральной поддержки. И тут Александра решила сделать шаг, о котором секундой раньше даже не помышляла.

– Я была бы рада, если бы и ты к нам присоединился. Немного страшновато ехать на встречу с людьми, которых не знаешь, но которых когда-то, должно быть, любил.

– У меня это в голове не укладывается. Нет, я не составлю тебе компанию, не надейся. И вообще, Александра…

Он мрачно посмотрел на нее. В его представлении их жизнь была непоправимо поломана.

– Я умоляю тебя не ехать. Не знаю, что из нашего брака еще может быть спасено, и возможно ли это вообще, но свидание с теми людьми этому явно не поможет. Они по положению ниже тебя. Ты не должна туда возвращаться… – И шепотом добавил:

– Прошу тебя…

Но на этот раз она не могла уступить ему. Период четырнадцатилетнего беспрекословного послушания Анри де Мориньи закончился. Она должна была лететь в Нью-Йорк ради самой себя, а может, и ради дочерей; должна была повидать сестер, обнять их, возможно, полюбить и избавиться от призраков, которые сидели где-то в подсознании.

– Извини, Анри… Но я должна ехать… Надеюсь, ты сможешь это понять. Для меня это очень и очень важно. И наш брак вовсе не должен пострадать от этой доездки. То, что я делаю, нужно… для меня. Я поступаю так не для того, чтобы тебя обидеть.

Александра подошла к мужу и попыталась обнять его, но он отстранился. Анри обращался с ней как с чужой и таковой ее теперь, видимо, считал.

– Я теперь даже не знаю, кто ты такая.

– Разве мое семейное древо имеет такое значение? Но она заранее знала ответ на этот вопрос. Анри печально покачал головой и вышел из комнаты. Александра же вытерла слезы и решительно направилась вниз, собрать вещи девочек. Что бы ни случилось с ее браком, никаких сомнений у нее не было… Она должна лететь в Нью-Йорк. Должна. И полетит.

Глава 28

Лишь за три дня до назначенной даты встречи Джон отправился в телекомпанию, предъявил все свои пропуска и поднялся наверх. Улыбнувшись секретарше, он поинтересовался, у себя ли мисс Уокер.

– Она собирается уходить через пару минут…

Секретарша хотела спросить, кто он, но Джон уверенно двинулся к кабинету Хилари, и она только пожала плечами.

Не могла же она цепляться ко всем, кто приходил к ее начальнице. Таких был легион, а этот мужчина выглядел прилично, даже более того.

Девушка про себя улыбнулась, подумав, что это, может быть, возлюбленный Хилари. О ее личной жизни никому ничего не было известно.

Джон тихо прикрыл за собой дверь кабинета. Хилари удивленно подняла на него глаза:

– Да?

Она подумала, что этот человек ей что-то принес; тексты или срочные распоряжения. Новые лица часто появлялись в ее кабинете, но вошедший вел себя странно: стоял и спокойно смотрел на нее. Потом он направился к столу.

Хилари вдруг испугалась и протянула руку к телефону, чтобы вызвать охрану, но, видя, что мужчина улыбается, смутилась собственной реакции. Посетитель производил впечатление интеллигентного человека, имел приятную внешность, однако Хилари никак не могла взять в толк, кто он такой и что ему надо.