Воспоминания - Стил Даниэла - Страница 163

Линда привлекла Ванессу к себе и нежно, по-матерински обняла.

– Это вовсе не истерика. Наконец-то ты смогла дотянуться до далекого прошлого и открыть дверь, которая была сокрыта от тебя в течение многих лет. Твоя психика позволила тебе совершить это, потому что ты готова. Теперь ты можешь справиться, и твой разум понимает это. То, что ты только что сделала, потребовало от тебя шестнадцатилетних усилий, и это совсем не просто. Мы отлично знаем это.

Ванесса кивнула, не в силах говорить из-за слез. Линда посмотрела на Тэдди, и тот понял.

– Сейчас я отвезу тебя домой, дорогая, чтобы ты немного отдохнула. – Он нежно взял Ванессу за руку. – Хочешь поехать со мной домой?

Ванесса печально посмотрела на него и попыталась улыбнуться.

– Я бы с удовольствием. Но разве ты не хочешь остаться здесь, с Линдой?

– Я вернусь к ней чуть позже.

– Мне тоже нужно отдохнуть. – Линда улыбнулась им обоим. Когда она взглянула на мужа, в ее глазах вспыхнула особая улыбка. После того как он с ней вместе участвовал в родах, она любила его намного сильнее прежнего. Ребенок создал между ними особую связь… – Не переживайте, мы с Брэдом будем дома через несколько дней. У нас будет предостаточно времени побыть всем вместе.

Поцеловав Ванессу, Линда еще раз объяснила, что все, что она сейчас чувствует, вполне нормально и что это вполне здоровое проявление восстановления организма, что ей просто нужно примириться со своими мыслями, дать им возможность свободно течь, свободно всплывать в памяти, плакать, когда станет грустно, страдать от потери и боли, затем все успокоится и в конце концов станет на свои места.

– Мне кажется, твой друг Джон мог бы многое рассказать тебе об этом.

Но эта мысль, очевидно, потрясла Ванессу.

– Как я могу рассказать ему? Он подумает, что я сумасшедшая.

– Нет, что ты, попробуй. Судя по тому, что ты мне о нем рассказала, не думаю, что он так подумает.

– Что я ему скажу? Неужели так вот и заявлю, что спустя шестнадцать лет вспомнила, что мою мать убили? Лично мне это кажется глупостью.

В голосе Ванессы звучала горечь, но Линда твердо продолжила:

– Нет, никакая это не глупость, пойми же ты. То, что только что произошло с тобой, самое нормальное явление из когда-либо случавшихся за двадцать пять лет твоей жизни. То, что твою мать убили, вовсе не твоя вина, Ванесса. Ты не могла ей помочь. Убийство не бросает тень ни на тебя, ни на нее. Так случилось. В тот момент, когда ее муж совершал это, он, видимо, сошел с ума. И ты не могла остановить его.

– Он сошел с ума задолго до этого. – Теперь Ванесса вспомнила Василия совершенно отчетливо, и вновь в ней вспыхнула ненависть. Затем она повернулась к Тэдди: – Моя мама любила тебя?

Для Тэдди это был прямой и болезненный вопрос. Сирина любила его, он это знал, но не так, как он любил ее. Тэдди медленно кивнул:

– Да. Я был человеком, на которого она всегда могла положиться. Я был для нее братом или очень особенным другом.

Тэдди посмотрел на жену. Впервые он говорил это Ванессе и хотел, чтобы Линда тоже знала это. И когда жена в ответ посмотрела на него, в ее лице было что-то очень нежное и любящее.

– Почему тебе не разрешили оставить Чарли? – Этот вопрос терзал Ванессу последние полчаса.

– Потому что у меня с ней не было кровного родства, а с тобой было. Ее дядя Андреас предъявил права на нее.

– Ты бы взял ее? – Ванессе очень нужно было знать ответ на этот вопрос. Внезапно ей захотелось узнать обо всем, что разлучило ее с сестрой. Ей хотелось узнать ответы на все свои почему.

– Я взял бы ее. Я очень сильно хотел взять ее.

Ванесса кивнула, а мгновение спустя они ушли.

Тэдди сразу же отвез ее к себе домой. Там они проговорили почти час: о матери, о том, как Тэдди в первый раз увидел Сирину, как он принимал новорожденную Чарли в Лондоне, о Василии, о том, как Сирина влюбилась в него. Затем, словно получив все, что она могла вместить в себя, Ванесса закрыла глаза и уснула. Тэдди весь день пробыл рядом с ней. Несколько раз он звонил Линде, волнуясь за Ванессу, но жена успокоила его, сказав, что, по ее мнению, все шло хорошо. Он решил побыть еще некоторое время с Ванессой. Когда спустя четыре часа она проснулась, Тэдди увидел, что ей гораздо лучше. Правда, теперь ее окружала аура грусти и печали, словно сейчас она скорбела так, как не могла скорбеть тогда, когда умерла мать. Тэдди и теперь отлично помнил то маленькое, словно замерзшее, личико, те пустые глаза… Он остро ощущал скорбь, которую она носила в себе столько долгих лет.

В пять вечера Ванесса решила поехать к себе на квартиру. У нее было назначено свидание с Джоном Генри, и внезапно ей захотелось встретиться с ним.

– Сегодня я буду никудышной собеседницей, но мне не хочется откладывать это свидание… – Девушка с нежностью посмотрела на Тэдди. – Спасибо тебе, дядя. – Глаза ее наполнились слезами. – За все… – Она подавилась рыданиями. – За все эти годы…

Они крепко обнялись, и Тэдди тоже беззвучно заплакал. Казалось, в этот день он вместе с Ванессой окончательно похоронил Сирину.