Запретная любовь - Стил Даниэла - Страница 84

— Похоже, жизнь в разлуке не пошла нам на пользу, — печально заметил он несколько минут спустя, когда они лежали обнявшись в темноте. — Надо что-то делать, и поскорее, пока наша семья не развалилась к чертовой матери!

Мередит вздрогнула.

— Потерпи еще немного! — неуверенно пробормотала она.

— Мы и так слишком долго терпим, — ответил Стив и встал, чтобы налить себе пива. — Как только вернусь домой, снова обзвоню все больницы в Сан-Франциско. Так больше жить нельзя!

Он скоро заснул, но Мередит не сомкнула глаз всю ночь. Лежа рядом со Стивом и прислушиваясь к его ровному дыханию, она мечтала о Кэле. Увидеть его, хотя бы услышать голос… Но об этом нечего было и думать. Если она позвонит Кэлу, Стив может проснуться, услышать…

Утром в воскресенье, читая местную газету, Стив с интересом прочитал колонку объявлений о продаже недвижимости в Пасифик-Хайтс. Он очень удивился, когда Мередит сказала, что ей пока некогда было заниматься поисками подходящего дома.

— В последнее время я была очень занята, — оправдывалась она.

— Похоже, оба мы слишком заняты, — проворчал Стив. — И это не пойдет нам на пользу, скоро мы станем совсем чужими друг другу.

Заниматься с ней любовью Стив больше не пытался, опасаясь повторения вчерашней тягостной сцены.

Поужинали они в аэропорту. Прощаясь, Стив поцеловал Мередит, а та крепко обняла его и долго смотрела ему вслед. Тяжкое и безнадежное чувство сдавило сердце: казалось, они расстаются навсегда. Слезы выступили у нее на глазах, она уже готова была молить его остаться, но слова не шли с языка. Да Стив и не мог остаться — в Нью-Йорке его ждала работа.

Самолет пробежал по взлетной полосе и рванулся вверх. Мередит повернулась и, опустив голову, поплелась к своей машине. Всю дорогу домой она проплакала, сама не зная — себя ли оплакивает, Стива или, вернее всего, их ушедшую любовь.

Едва она вошла в дом, зазвонил телефон. Мередит схватила трубку, думая, что это Кэл, однако звонил Стив по сотовому.

— Мерри, помни одно, — сказал он.

— Что? — едва слышно отозвалась она.

— Что я тебя люблю.

Те же слова сказал ей в пятницу Кэл.

— Я тоже тебя люблю, — упавшим голосом ответила Мередит. — Прости, что испортила тебе праздник. — «И за все остальное тоже», — мысленно добавила она.

— Не бери в голову, дорогая. Не так уж все беспросветно. Мы немного отвыкли друг от друга, вот и все. Постараюсь приехать к тебе недельки через две. А ты можешь навестить меня на следующей неделе. Ничего, малыш, справимся. Постепенно все станет как прежде. А если мне не дадут нормальной работы, пойду в таксисты, только бы быть рядом с тобой!

— Я не позволю тебе водить такси, — глотая слезы, отозвалась Мередит.

— Послушай, милая, через две недели Лукас выходит на работу. Может быть, я просто соберу вещички и прилечу к тебе.

Эти его слова звенели у нее в ушах погребальным колоколом. Стив приедет сюда — значит, придется признаться ему во всем или оставить Кэла. И то, и другое приводило ее в ужас.

— Я люблю тебя, Стив! — воскликнула она, вкладывая в эти простые слова все смятение своей страдающей души.

— А я тебя, малыш, — ответил Стив и повесил трубку. Мередит упала на диван и, закрыв лицо руками, горько разрыдалась.

Примерно час спустя позвонил Кэл. Голос его звучал тихо. Кэл признался, что две ночи он толком не спал — мысли о Мередит сводили его с ума. По правде сказать, он страдал не только от беспокойства за любимую, но и от ревности, но в этом признаваться не стал.

— Можно мне приехать? — спросил он.

Мередит и хотела бы ответить «нет», но сердце ее не повиновалось рассудку. Ее по-прежнему, нет, сильнее, чем прежде, с неодолимой силой влекло к Кэлу.

— Знаешь, я сейчас не в лучшей форме, — предупредила она. — Боюсь, от меня будет мало толку.

— Я себя чувствую не лучше. Но знаешь, неприятности легче переживать вместе.

Мередит ожидала приезда Кэла в смятении, почти со страхом. Что ей теперь делать? Как она взглянет ему в лицо? Что почувствует, когда вновь его увидит?

Но он появился на пороге — и все сомнения рассеялись, как дым. Мередит бросилась ему на грудь и разрыдалась, как ребенок.

Кэл хотел ее утешить, но сердце подсказало ему, что слова здесь бессильны. Он просто прижал ее к себе и покрыл милое заплаканное лицо поцелуями. А через несколько минут они уже лежали в постели. Эту постель Мередит только вчера делила со Стивом, но сейчас она не вспоминала о муже, не думала и не знала ни о чем, кроме Кэла и своей запретной любви.

В эту ночь он любил ее страстно, яростно, отчаянно, а потом они уснули, крепко обняв друг друга, словно две погибших души в ночи, не знающей рассвета.