Радуга - Стоун Кэтрин - Страница 47

Если бы у Изабеллы и Александра была дочь, она выглядела бы точно как Кэтрин Тейлор!

Но Элиот знал, что принц и принцесса острова Радуги были бездетны. Просто эта прекрасная девушка очень похожа на Изабеллу, и это поразительное сходство разбудило, казалось, давно похороненные Элиотом чувства. Однако когда Алекса представила Арчеру свою младшую сестру, на лице искушенного мастера шпионажа уже была маска непроницаемости.

— Рад познакомиться с вами, Кэт.

— Мне тоже приятно с вами познакомиться, Элиот. — Кэтрин ответила Арчеру доброжелательной улыбкой, но нетерпеливое ее сердечко уже торопило продолжить церемонию.

Осталось еще одно последнее приветствие, обращенное к высокому красивому мужчине, который по непонятной причине вызвал у Кэтрин жгучее желание выглядеть как можно лучше. Будет ли Джеймс гордиться младшей сестрой Алексы? Или стыдиться ее? А если так, хватит ли у Кэтрин мужества говорить с Джеймсом? Ведь стройные красивые женщины всегда смелы и уверены в себе, не так ли?

— Здравствуй, Джеймс, — сказала Кэт, глядя в глубокие темные глаза, от взгляда которых у нее перехватывало дыхание, и взгляд этот был сейчас для Кэт самым важным на свете.

— Кэтрин, — ласково отозвался Джеймс, которому хотелось тут же сказать ей тысячу разных слов — нежных, сокровенных, но он только спросил:

— Ты не забыла прихватить джинсы?

— Не забыла.

— Прекрасно! — после бесконечной паузы Джеймс наконец оторвал взгляд от Кэтрин и обратился к присутствующим:

— Надеюсь, вы все привезли с собой джинсы. Сегодня будет идеальная ночь для прогулки на яхте. Луна — полная, и бриз как по заказу.

По мере того как вечер плавно дрейфовал в неторопливых беседах, Алекса пришла к выводу, что он не имеет ничего общего ни с пикником у «Двенадцати дубов», ни с прелюдией к убийству в стиле Агаты Кристи. Вечер больше напоминал Рождество, на которое собрались любящие друг друга люди. Все гости здесь прежде уже не раз встречались на таких приемах, а теперь и Алекса с Кэтрин были включены в эту милую компанию и чувствовали себя желанными. Вечер выдался просто волшебным, словно Инвернесс накрыло сказочным золотым дождем радости и веселья. Разумеется, «волшебство» заключалось еще и в том, что Алекса за весь вечер ни разу не оставалась наедине с Хилари…

— Марион, вы посетили Иль? — спросила Хилари Макаллистер, когда все собрались в столовой на официальный ужин. — Помню, вы говорили, что надеетесь туда попасть.

— Да, мы побывали там.

— И как? Это действительно романтический островной рай, как о том все говорят?

— Совершенная правда. Там на самом деле очень романтично. — Марион одарила Артура любящей улыбкой. — И действительно рай.

— Иль? — удивилась Бринн. Несмотря на слова невестки, будто «все знают о романтическом острове», сестра Роберта без тени смущения заявила о полном своем неведении относительно чудесного острова. «Отлично, Бринн!» — похвалила про себя Алекса, пожалев о том, что сама не решилась задать тот же вопрос.

Она слышала об Иле — островном королевстве в Средиземном море, излюбленном месте паломничества очень богатых, очень знаменитых и зачастую королевских семейств Европы. И Алексе не терпелось услышать впечатления четы Стерлингов.

— Полное название острова — Иль д’Аркансьель — остров Радуги, — объяснила Марион. — Иль расположен в Средиземном море у южного побережья Франции и, подобно близлежащему Монако, является княжеством. Королевская династия — Кастиль — ко всему прочему владелица компании «Кастиль джуэлс», хотя трудно представить, чтобы существовала более восхитительная драгоценность, чем живописный остров. На его территории можно встретить все — от пляжей с белым песком до великолепных парков и густых тропических лесов; изумительной красоты уголки связаны между собой тропинками, выложенными белым мрамором и обсаженными кустами гардении. Любой из открывающихся видов привлек бы внимание художника, и я искренне верю, что в цветах и закатах Иля я видела такие оттенки темно-фиолетового, розового и золотого, какие никогда прежде в жизни не встречала.

— Можно сказать, что Марион была потрясена, — добавил Артур, как только жена замолчала, чтобы перевести дыхание. — Впрочем, так же как и я.

— Расскажи им о «Ле Бижу», дорогой.

— Хорошо. Итак, «Ле Бижу» — это единственная на острове гостиница. Как и всем прочим, владельцами ее являются Кастиль, и, как и все прочее, гостиница поражает безупречными интерьерами: персидские ковры, нефритовые статуи, античные вазы и великолепные оригиналы живописного искусства. Гостям оказывается совершенно бесподобный прием, такой доброжелательный, точно вы находитесь там по личному приглашению принца и принцессы. Никогда еще нам с Марион не приходилось останавливаться в таком прекрасном отеле, как великолепный «Ле Бижу».

— Более чем убедительно, — заметил Джеймс, слегка улыбнувшись восторженному заявлению отца, ведь Марион и Артуру Стерлинг приходилось останавливаться в самых знаменитых гостиницах мира.

Лицо Элиота, слушавшего об Иле, отражало лишь вежливое внимание, хотя его действительная заинтересованность в разговоре была далеко не случайной. Арчер никогда не рассказывал Марион и Артуру о своей единственной любви — Женевьеве Кастиль, равно как и о трех чудесных неделях любви, проведенных с Женевьевой в дивном островном королевстве.

И сейчас Арчер был рад, что не рассказывал об этом: теперь он мог совершенно спокойно, под видом праздного любопытства, расспрашивать Стерлингов об их впечатлениях об Алене Кастиле.

Ален… Сын того самого Жан-Люка, которого Элиот все еще ненавидел — спустя шесть лет после его смерти… Ален, сын Женевьевы, которую Элиот все еще любил, — спустя тридцать лет после того, как Жан-Люк ее убил.

— Вы познакомились с принцем?

— Да. Мы познакомились и с Аленом, и с его сводной сестрой Натали. Узнав о том, что мы остановились в «Ле Бижу», принц настоял на нашем переезде во дворец. Артур уже рассказал вам, что гостиница была роскошна, но дворец поразил нас еще больше. Трудно было себе представить более гостеприимных хозяев, чем Ален и Натали, которые так охотно показывали нам свой чудесный остров и так увлеченно рассказывали прекрасные мифы и легенды Иля, словно это было их главной заботой.