Клуб адского огня - Страуб Питер - Страница 98

— Ты зашла в ресторан?! Перекусить?! Ты что — на производственной практике?

— Без еды-то никак, — сказала Нора.

— Лучше б ты вернулась домой. Потому тебя и подозревают, что ты вот так прячешься.

— Домой — куда? В «Тополя»? И Элден встретил бы меня криками радости.

— Я хотел сказать, что ты должна вернуться домой и, так сказать, держать ответ. А мой отец здесь совершенно ни при чем. Он не сделал ничего плохого.

— Я тоже, — сказала Нора. — Но готова держать пари, твой отец лезет из кожи вон, чтобы заставить тебя думать иначе. — Снова звон льдинок. — Что ты там пьешь, Дэйви?

— Водку. А тебе известно, что Джеффри, похоже, писал пьесы, которые ставили в Народном театре? Я спросил его об афишах у него в комнате, и он заявил, что сам написал эти пьесы под псевдонимом Джеффри Маннхейм. Но я сильно сомневаюсь, а ты? На эти пьесы очень хорошие отзывы.

— Джеффри много что скрывал, — сказала Нора.

— Я тебя умоляю, он ведь просто племянник итальянки — да что он мог скрывать! — Дэйви снова хлебнул из бокала. — Да, забыл, мы говорили о папе. Конечно, он ругает тебя на чем свет стоит. А мама еще хуже: твердит, что ты сама подстроила, чтобы тебя похитил Дик Дарт. Жалеет, что не додумалась до этого раньше. Думаю, мистер Хашим почти верит ей.

— Замечательно.

— Говорю же, Нора, я по-настоящему беспокоился о тебе. Но я понятия не имею, что у тебя на уме.

Голос Дэйви звучал почти обвиняюще.

— В основном, Дэйви, я пытаюсь держаться подальше от Дика Дарта и от полиции, а на уме у меня — продолжать делать это до тех пор, пока не смогу вернуться спокойно домой.

— В той машине копы нашли кучу модной мужской одежды, и, когда они пошли в магазин, где все это было куплено, продавец вспомнил вас обоих. Дик Дарт примерял новые костюмы, а ты спокойно себе сидела и любовалась им. Полицейские прошлись по той улице и узнали, что вы успели объездить половину магазинов города. У всех в памяти милая влюбленная парочка.

— Дик Дарт сумасшедший, Дэйви. Ты что, думаешь, я подыгрывала ему, потому что он мне нравится? Я его ненавижу. При одной мысли о нем меня трясет. Если бы я сделала что-то, чтобы привлечь к себе внимание, он бы тут же меня убил.

— Он не смог бы сделать это, не видя тебя. Например, когда он был в примерочной.

— Я вовсе не была в этом уверена, Дэйви. Прежде чем мы отправились по магазинам, он изнасиловал меня. У меня мысли путались. Я чувствовала себя так, словно меня разорвали надвое, и не готова была к подвигам.

— О боже, о нет... Мне очень жаль, Нора.

— Я не участвовала в процессе, если тебя это волнует. Я старалась изо всех сил не лишиться чувств. К тому же мои руки были связаны за спиной, а рот заклеен липкой лентой.

— Ты, должно быть, перепугалась до смерти.

— Все было гораздо хуже, Дэйви, но я пощажу твои чувства.

— Почему ты не сказала мне об этом раньше?

— Так ведь ты толком ничего и не спрашивал — ты все трещал о Джеффри и о том, как смотрел телевизор. А еще потому, что голос твой звучал не слишком сочувственно, и теперь я понимаю почему. Ты придумал себе, что я развлекаюсь с Диком Дартом в свое удовольствие.

Хочешь знать, как я от него сбежала? Ударила по голове молотком. Думала, что убила. Выскочила из мотеля и стала заводить машину, но, знаешь ли, я все-таки не убила его, потому что он выбежал вслед за мной, тогда я поехала на него и сшибла его машиной.

— Господи! Все это просто страшно!

— Было бы страшно, если бы я все-таки убила его, но этого опять не произошло. Он по-прежнему на воле, пытается найти людей, которые могут подтвердить, что твой обожаемый Хьюго Драйвер не писал «Ночное путешествие».

Дэйви издал сдавленный протестующий звук, но Нора не обратила на это внимания.

— Дарт только что узнал, где я, и сейчас, наверное, точит свои ножи, чтобы хорошенько надо мной поработать.

— А где ты?

— Если я скажу, боже тебя упаси кому-то проговориться. Ты не должен даже упоминать о самом факте нашего разговора.

— Ну конечно.

— Я серьезно, Дэйви. Никому.

— Хорошо, хорошо, никому! Я просто хочу знать, где ты.

— Я в Нортхэмптоне, в номере отеля «Нортхэмптон».

— Погоди секундочку. — Нора услышала, как Дэйви кладет трубку на стол. Открылась дверца холодильника, и снова зазвенели в стакане кубики льда. Потом послышалось бульканье льющейся жидкости. Дэйви снова взял трубку.

— А что ты делаешь в Нортхэмптоне?

— Да прячусь я, что же еще, по-твоему?

— Погоди-ка, а это имеет какое-то отношение к Джеффри? Это он сказал тебе, что я живу в его квартире? Ты с Джеффри? Что, черт побери, ты делаешь с Джеффри?

— Мне нужна была помощь, и я позвонила ему.

— Ты позвонила Джеффри? Но ведь это же сумасшествие!

— Я ведь не могла позвонить тебе, не так ли? Все линии прослушиваются. А Джеффри, как только понял, что я пытаюсь что-то разузнать о Кэтрин Маннхейм, настоял на том, чтобы забрать меня из Холиока.

— Я просто не знаю, что сказать. Джеффри — слуга, он чертов племянник этой Марии. Какое он может иметь отношение к Кэтрин Маннхейм? — Плеск водки, звон льда. — Я начинаю ненавидеть само звучание имени этой женщины. Надеюсь, она умерла ужасной смертью. А почему ты вдруг стала расспрашивать о ней?

— Дик Дарт занят не только покупкой новых вещей. — Нора быстро объяснила, какую миссию возложил на себя Дарт, а Дэйви реагировал на ее рассказ воплями недоверия. — Мне все равно, веришь ты или нет, Дэйви, но я рассказала тебе обо всем, что происходит. А что касается Джеффри, то он — племянник Кэтрин Маннхейм, потому что та была сестрой его матери, Хелен Дэй.

— Его матери? Хелен Дэй?

— Хелен встретила твоего деда в «Береге», когда приехала туда выяснить, не удастся ли найти Кэтрин. Муж ее к тому времени умер, она была не слишком довольна работой, и Линкольн нанял ее. — И Нора объяснила Дэйви семейные связи между Хелен Дэй, Джеффри и Марией.

— Эти люди считают, что «Ночное путешествие» написала Кэтрин Маннхейм? Но ведь это разорит нас!

— "Ченсел-Хаус" и так в беде, даже без скандала, связанного с Хьюго Драйвером. Если верить Дику Дарту...

— ...видному эксперту в издательском бизнесе...

— Дик многое знает о «Ченсел-Хаусе». Твой отец почти разорил издательство и пытается продать его немецкой фирме. Поэтому скандал с Кэтрин Маннхейм сводит его с ума: это может сорвать сделку с немцами.

— Нет никакой сделки с немцами. Дик Дарт выдумал все.

— Он рассказал мне еще одну весьма интересную историю. О «Клубе адского огня».

— О, — сказал Дэйви. — Ну что ж, хорошо.

— "Ну что ж, хорошо"? Что это значит?

— Ну ладно, я сказал тебе не совсем правду...

— Ты был членом «Клуба адского огня».

— Никакого «Клуба адского огня» на самом деле не было. Мы просто называли его так.

— Зато есть отделение такого клуба в Нью-Йорке, не так ли? И ты числишься его членом.

— Все не так. Ты продолжаешь считать это настоящим клубом, а это была просто группа людей, которые собирались вместе повалять дурака. Время от времени они действительно нанимали хорошего повара, у них был консьерж и гардеробщица. Бар, комнаты наверху, куда можно было водить девушек. Я ходил туда всего пару раз после разрыва с Эми.

— А кто была та девушка, которую ты водил в «Клуб адского огня» в Нью-Хейвене?

— Так это та поганка, которая потом работала у нас в художественном отделе. В Йеле она называла себя Лена Веа. Всякий раз, когда я видел ее, она читала «Ночное путешествие». Думаю, она приехала в Нью-Хейвен искать меня.

— Почему ты не рассказывал мне, что вы встречались дважды?

— Это звучало бы странно. И я не хотел говорить тебе о... ну, ты знаешь... о том, о чем, возможно, рассказал тебе Дарт.

— Что ты сбил ее машиной?

— Да не сбивал я ее! Вернее, я думал, что сбил, а на самом деле не сбил. Когда через несколько лет я встретил ее в «Ченсел-Хаусе», она назвалась Пэдди Мэнн и сказала, что так рассердилась на меня, что очень хотела испугать. Нора, она была просто чокнутой. Я люблю Хьюго Драйвера, но она вообще не могла думать ни о чем другом. Видела бы ты ее друзей! Они жили в «домах Драйвера». Я ходил с Пэдди в один такой дом. Это над рестораном на Элизабет-стрит. Там было все очень необычно. Они там все время накачивались наркотиками, комнаты у них были в виде пещер, по которым бродили люди, одетые волками, и все в таком роде.