Смесь бульдога с носорогом - Стрельцова Маша - Страница 58

И тут крик прорезал тишину комнаты. Равновесие тут же нарушилось, все открыли глаза, и марево над свечами мгновенно растаяло.

Оксана, скрючившись, корчилась на полу. Прижав руки к животу, она выла как волчица, ее ломало и выгибало. Ногами она посшибала все свечи около себя, но вряд ли это заметила.

— Что это с ней? — испуганно вскрикнул кто — то.

Оксану снова выгнуло, и она покатилась по полу, оставляя за собой кровавую дорожку.

И я тут я все поняла.

Молнией я метнулась к ней, ухватила за руку и с силой потянула ее к себе. Так я и думала.

Ладонь представляла из себя сплошное месиво из окровавленной плоти и торчащих осколков костей.

— Ах ты тварь! — взревела я. — Где моя Книга??

Та безумными от боли глазами посмотрела на меня и снова отчаянно завыла. Я отчетливо услышала тихий треск и увидела как новые осколки костей пропоров плоть, вылезли наружу.

— Мария, это что? — круглыми от ужаса глазами посмотрела на меня Вера.

— Моя охранка подействовала! — рявкнула я.

— Мария, — сквозь боль вымолвила Оксана, — Христом Богом молю, помоги.

— Неет, милая. Сначала Книгу, — пакостно улыбнулась я.

— Мария, прости, бес попутал, избавь от напасти, — кое — как вымолвила Оксана, корчась от невыносимой боли.

— Как тебе мысль такая пришла вообще? — брезгливо спросила я.

— Сон вещий делала, — с трудом вымолвила Оксана, — нужна мне эта Книга очень.

— Это МОЯ Книга, — наставительно сказала я и попинала ее по окровавленной руке. Оксана, вскрикнув почти на ультразвуке, потеряла сознание. Снова раздался хруст, и из руки полезли новые обломки.

— Галина, принеси воды холодненькой, — буднично попросила я.

— Ага, — она ошарашено кивнула и метнулась из комнаты.

— Мария, она что, взяла твое? — прошепелявила Пелагея.

— Да, взяла, — медленно ответила я, пристально вглядываясь в Оксану. — Книгу она мою украла, вот охранка и сработала.

— Нелюдь ты, Мария, — в сердцах бросила Лора Святоша. — Ты посмотри, что с ней творится, меня того и гляди вырвет.

Лора была раньше монахиней, ну и выглядит соответственно. Вечно в чем — то черном, длинном, бесформенном, платок в любую погоду по глаза завязан, увидишь — шарахнешься, в общем. Однако Лора сейчас — самая светлая из нас. Ей не лень по три раза на дню бегать в церковь на службы, по полгода проводить в монастырях. И магия ее — только белая, благостная. Но мы ее всегда дружно избегаем — та при каждом удобном случае норовит прочитать проповедь и всучить православную книжонку. Хуже моей матери, ей — богу.

— Лора, а у тебя Книгу крали? — задумчиво спросила я. — Вместе с силой, а?

— Да нет, слава Богу, — осторожно ответила она.

— А я сегодня это пережила, врагу такого не пожелаю.

В это время пришла Галина, неся бидончик с водой. Я молча взяла и выплеснула его на Оксану. Та со стоном открыла глаза.

— Книга где лежит? — спокойно спросила я.

— Сними заклятье, я ж без рук останусь, — прохрипела она.

— Нет, милая, я тебе уже сказала что сначала деньги, вечером стулья. Чем быстрее я возьму свою Книгу, тем быстрее тебя расколдую. Хочешь поторговаться?

— Не обманешь?

— Не знаю, — честно сказала я. — Только у тебя выбора нет, не скажешь — сдохнешь.

— В доме моем, под подушкой на кровати, — вымолвила, Оксана, пытаясь справиться с чудовищной болью. Я ей немного помогла — хорошенько наступила снова на руку, почувствовав сквозь подошву выпирающие осколки костей. Она дико закричала и снова потеряла сознание.

— Садистка, прости господи, — плюнула в мою сторону Святоша.

— Отчего же? — паскудно улыбнулась я. — Анестезия, она должна славить мою доброту.

На душе у меня было светло и хорошо. Я взяла Оксанину сумку и, порывшись, взяла оттуда увесистую связку ключей.

— Я скоро, без меня не продолжайте, — бросила я и пошла к выходу.

— Иди, внученька, удачи, — прошамкала Пелагея, — а я за иродкой — то присмотрю.

— Кто еще иродка тут, — буркнула Лора.

Я резко остановилась и развернулась.

— Лора, — едва сдерживая ярость, обратилась я, — ты часом на стреме не стояла, пока Оксана собаку резала около моей машины да Книгу крала, а??? Что — то ты уж больно за нее заступаешься!!!

— А как не заступаться, божье же создание, — тихо вымолвила она, испуганно косясь на меня.

— Я тоже Божье создание, — рявкнула я, — а Оксана воровка!!!

И не слова не говоря я пошла на улицу. Черт бы побрал этих святош!!!

Впрочем, какая — то там Лора не могла мне совершенно испортить настроение. Я нашла Книгу!!! Я села в свою шушлайку, завела мотор и поехала домой к Оксане. По пути я напевала песенку и была совершенно счастлива.

Дом ее производил странное впечатление. Ну не должны ведьмы жить во дворцах! Однако Оксана именно таким свой дом и построила. Вероятно, она перегрелась у телевизора, просматривая мексиканские сериалы. Из белого камня, с резными башенками и с навороченной электронной охраной, естественно!

Вот черт! До меня только сейчас дошло, что фиг с ним, с электроникой, у меня ключи есть, но ведь там каждый сантиметр под охранкой! Ругая себя на чем свет стоит, я оглянулась по сторонам. Увы, ни кошки, ни дворняжки для жертвоприношения мне никто любезно не припас. Ну что ж, сама дура.

Я достала маникюрные ножницы, закатала рукав и решительно воткнула их в вену на запястье. Так же быстро их выдернула и алая кровь ручейком побежала по коже. И тут я начала действовать очень быстро — потому что кровь должна течь все время, пока я в Оксанином доме, если замешкаюсь — умру от кровопотери. Я бегом двинулась к воротам, доставая ключи и бормоча :

— Кровь моя, возьми проклятье на себя …

Когда я преодолела ворота, кровь внезапно стала падать со странным шипением. Я оглянулась — капли ее, долетая до земли, вскипали отвратительной буро — зеленой пеной. Вот черт! Оксана применила заклинание мгновенной смерти на вора. Любой другой на моем месте умер бы тут же. Я стрелой понеслась к двери дома, на ходу протыкая вену на другом запястье. Оксана — дама серьезная, как оказалось, тут пожалуй нужно больше крови на откуп. Лихорадочно открыв дверь, я метнулась наверх, ища ее спальню. Кожа моя начала гореть, я задыхалась — кровь сдерживала заклинание из последних сил. Не помогла бы мне тут жертвенная собака, а тем более кошка. Дай Бог если своей кровью спасусь.