Смесь бульдога с носорогом - Стрельцова Маша - Страница 59

Мне казалось, что спальню я искала невероятно долгое время. На самом же деле мне всего — то потребовалось подняться на второй этаж — вторая дверь и была дверью спальни. Я быстро схватила мою драгоценную Книгу из — под подушки, проверила оберег — слава Богу, прядки лежали на месте. Воровка не смогла ее раскрыть. Чувствуя что я сейчас прямо тут умру, я ринулась на предельной скорости из дома. На ходу я снова пробила вены — кровь на первых ранках почти запеклась. Еле живая я выскочила из дома и в изнеможении упала на сидение машины. Какое счастье, успела я подумать, что обивка из черной кожи, кровь легко смоется. Немного посидев с закрытыми глазами, я встряхнулась. Раны следовало срочно перевязать. Достала аптечку, нарвала бинтов, помогая зубами — левая рука почти не действовала, видимо, я задела какой — то нерв. Потом сделала надежную перевязку. Можно было и заговорить раны, но я чувствовала себя вымотанной до предела. Пока перевязывалась, поняла что ехать я пока никуда не смогу — руки тряслись крупной дрожью.

Я откинулась на спинку кресла и, взяв драгоценную Книгу, начала ее листать. Меня интересовало, какого черта Оксана решила так рисковать, дабы завладеть ей? Конечно, дополнительная сила никому не помешает, однако амбиций на мировое господство я за Оксаной не замечала. Единственное, чем она отличалась — она была невероятно жадна. Она никогда никому не давала в долг, никогда никому не помогала материально, даже родителям, называя их захребетниками. Правда и пахала она как вол. У нас у всех в основном сложилась устойчивая солидная клиентура, никто к нам зубы заговаривать за сто рублей не бегает. Мы примем клиента — другого в неделю, каждый от тысячи долларов до трех, бывает и больше, как у меня обряд с Вороном на пятнашку потянул, и живем — поживаем. Получается что — то около десяти тысяч долларов в месяц. Иногда больше, иногда меньше. Оксана же принимала по записи, лечила за копейки помимо солидных клиентов, утверждая, что курочка по зернышку клюет.

И тут меня озарило.

« — Зря не веришь, доченька, — всплыл в моей голове голос Пелагеи, — Сильная книга, из сильного колдовского рода, а кличут ее Библией ведьмы. Чудеса по ней хозяева творят».

И что ответила на то Оксана?

Она спросила, есть ли там заклинание на комариного царя…

Вот черт!!!

Я принялась быстро листать книгу, пока наконец не наткнулась на этот обряд.

«Взять десять тысяч сушеных комаров… — начиналось оно». О — о… Мне вспомнились рассказы, что несколько лет назад за мешок комаров машину давали, прямо объявлении об этом печатали в газетах. Вон оно для чего! Я дочитала заклинание и до невозможности паскудная улыбка расплылась на моем лице. Ну, вражина, ты у меня в своей жадности не раз покаешься!

У меня аж вся дрожь в руках прошла!!! Я завела машину и ринулась к Галининому дому.

Оксана почти умирала от шока и кровопотери. Я взглянула на ее серую, в испарине кожу и начала действовать. Мастера мне ее смерти не простят. Одно дело — наказать, другое — убить. Дисквалифицируют к черту еще. И я принялась действовать. Быстро заговорила стакан с водой и напоила ее. После чего ринулась во двор, с наговором наломала веток березы и быстро обернула в них руки Оксаны. Потом не мудрствуя лукаво, достала димедрол и щедро впихнула его в рот вражине. Выпрямившись, я устало побрела в кухню попить воды. Все ведьмы сидели там, за большим круглым столом. Когда я вошла, они замолчали и выжидающе посмотрели на меня.

— Оксана в норме, выживет, можем продолжить, — преувеличенно бодро сказала я.

— Креста на тебе нет! — снова начала Лора.

— Нет, — спокойно согласилась я, — я баптистка.

— Тьфу! — в сердцах плюнулась она. — Нехристь!

— Успокойся, Лора, — внезапно вступилась за меня Галина. — Оксана сама виновата. Мария просто наложила охрану на свою вещь, нечего было лезть.

— Конечно Мария права, — поддакнула Вера. — Я б за свою Книгу вообще б убила.

— На самом деле я ее только получила, еще и в руках толком — то не подержала, — призналась я.

— Надо же, — ахнули ведьмы.

— Ээх, молодо — зелено, — подала голос Пелагея, — мы в свое время силы за такое лишали.

Я была слегка обескуражена. Ведьмы меня не осуждали!!!

— Ну уж нет, — смиренно отозвалась я, — не надо к Оксане строго относиться. Она и так наказана, бедняжка.

— Вот это я понимаю, дочка, — умилилась Святоша.

«Погодите, — мстительно подумала я, — она у меня еще попляшет!»

— Так может, продолжим? — я вся горела трудовым энтузиазмом.

— Какое там, — махнула рукой Галина, — настроя нет совершенно. Вы уж фото Настеньки с собой заберите, дома поработайте с ним, да завтра еще раз соберемся, так же к девяти.

— Дело говоришь, Галина, — согласились мы и ведьмы быстренько разъехались. Я осталась.

— А ты чего задержалась? — приветливо спросила хозяйка. — Дело есть?

— Так не оставлю же я у вас Оксану, — помялась я. — Вы мне ее в машину занести не поможете, домой ее отвезу?

— Конечно помогу, — согласилась Галя. Вдвоем мы уложили Оксану на заднее сидение и я аккуратно довезла ее до ее дворца. У дома ее я сняла с Оксаны оковы сна и бесцеремонно ее потрясла. Та со стоном открыла глаза.

— Что тебе?

— Охранки с дома снимай, заносить тебя буду, — велела я.

Она вытянула голову, увидела в окошко свой дом и, прошептав несколько слов, снова упала на подушки.

— Ну? — поторопила я ее.

— Все, сняла уже, — слабо ответила она.

Я вытащила врагиню и легко занесла ее в дом. Кстати, я так и не заперла ни одного замка со своего прошлого визита, все двери стояли настежь. Слава Богу что никто не сунулся.

Особо не церемонясь, я сгрузила Оксану на ее кровать, та слабо застонала и открыла мутные глаза.

— Ну и зачем ты это сделала? — сурово спросила я.

— Тебе не понять, — бормотнула та. — Ты в нищете не росла.

И она снова отрубилась. Ах не понять! Как легко мы свои поступки приучились скидывать на тяжелое детство. А у кого оно было безоблачным? Потихоньку зверея, я вспомнила, как смеялись надо мной в школе — я была одета буквально в обноски. Папина зарплата моментально пропивалась, а на мамину учительскую зарплату мы должны были жить всей семьей. Причем папик, когда ему требовалось выпить, был ловок, хитер и дьявольски умен, разыскивая припрятанные мамой деньги. Понятное дело, что тут стоял только один вопрос — что мы завтра будем есть? Не до нарядов было. И не до деликатесов. И мне после этого говорят о нищем детстве???