Досуги математические и не только. Книга 2 - Кэрролл Льюис - Страница 15

15

ЖЕНА МОРЯКА Слеза застыла. Скорбный звук        Нейдёт из уст на помощь ей; Лишь обруч судорожных рук        Стремится сжать дитя сильней. Лицо дитяти! Вид иной:        Приотворён улыбкой рот — Взгляни! заоблачный покой        В душе, столь юной для забот. Покоя нет в её чертах,        Но бледность, знак тяжёлых чувств; Знакомых грёз знакомый страх        В морщинах лба, в дрожанье уст. Свистящий вой издалека        Грозы, застлавшей небосвод, Подобен крику моряка,        Что бьётся со стихией вод. Пугают бури голоса        Сомненьем слух. И в этот час Ниспосылает ей гроза        О мгле и гибели рассказ. «Близок призрачный корабль,        Дерзок в рвении своём; Непроглядна сзади даль,        Сверху буря, снизу шторм; Такелаж на нём скрипуч,        Мачты стон ему в ответ — Чуть видна на фоне туч,        Клонит тощий силуэт. Но гляди! Сдаётся он,        Искалеченный борьбой; Светом молний озарён,        Близок берег роковой. Чу! Трещит разбитый бок —        Это ветра злой порыв Или пенистый поток        Ободрал корабль о риф. Вниз нырок и в небо взмах —        Словно дух, летуч и бел Он с отчаяньем в глазах        В ночь густую посмотрел. Может, ищет он во мгле,        Где дразнящая рука Слабой искоркой к земле        Призывает моряка? Не жену ль увидеть ждёт        И детей в последний час, Кто встречал его приход        Вместе плача и смеясь? Закрутил водоворот —        Смертным ложем станет дно; Если помощь не придёт —        Значит, сгинуть суждено. В толкотне за духом дух,        Эти зрелища любя, Лезут сверху!» — молвя вслух,        Будит женщина себя. Уходит шторм, стихают вдруг        И крик борьбы, и треск досок, Единый ухо слышит звук —        Как волны бьются о песок. Хоть нелегка случилась ночь        С души с рассветом отлегло. Всё тело вздрогнуло — точь в точь        Попала с холода в тепло. Она глядит: светлеет мрак;        Слабей ночных видений след. И лай сторожевых собак —        Кому-то радостный привет!

                               23 февраля 1857 г.

ПОД ПРИДОРОЖНОЙ ИВОЙ С округи всей везли гостей,        Звенели короба; Стояла Эллен меж ветвей,        А рядом шла гульба. Следила горестно она        За свадьбою крикливой; Девичья жалоба слышна        Под придорожной ивой: «Ах, Робин! Думала досель:        Напрасно в чёрный час Явилась леди Изабель —        Не разлучить ей нас. Надежды — прах. Я вновь в мечтах,        Как той порой счастливой — Сто лет назад — твой милый взгляд        Встречала я под ивой. О, Ива, скрой меня листвой —        Мне слёз не превозмочь. Поверь, с подружкою-тоской        Пойду я скоро прочь. Не ждёт помех он в день утех —        И, значит, мне, слезливой, Пока он тут, забыть приют        Под этой милой ивой. А смертный срок приблизит рок —        Лежать бы здесь одной, Чтоб он гулять беспечно мог,        Где я нашла покой. Ему лишь мрамор сообщит,        Коль бросит взор ленивый: „Тебя любившая лежит        Под придорожной ивой“».

                               1859 г. [56]

ЛИЦА В ЗАРЕВЕ КАМИНА Крадётся ночь, ещё светла, Но гаснет красная зола, И мгла виденья привела. Усадьба-остров, а кругом Волнует гладь пшеницы шторм — Здесь мой родной счастливый дом. Лишь миг — и этот вид пропал, А в красноте золы предстал Лица трепещущий овал. Ребёнок — эльф, ни дать, ни взять; Мне губки б эти целовать! А ветер развевает прядь. Нет, — это девушка; она Своей красою смущена; Но, как и те, пропасть должна. Ах, был я молод, но не мал, Когда впервые увидал, Как шторм ей волосы трепал. Я помню: бился пульс сильней, В часы, когда, бывало, с ней Сходились мы среди полей. Седеет локонов гагат, Всё отчуждённей вид и взгляд — Когда б вернуться нам назад! Когда б, любима и мила, Со мной ты годы провела; Когда б сейчас ты здесь была! И всё звучит сквозь смену сцен В моей душе без перемен «Когда б» — тот горестный рефрен. Мне в скачке нужен был рывок, Но не дождался и поблёк Мой верный призовой венок. И вот мелькают всё быстрей Видения прошедших дней; Не различает взгляд частей. Подсветку, что была красна, Сменяет пепла белизна; И снова ночь вокруг одна.