Я - гнев - Робертс Джен - Страница 42

— Мы искали тебя по всему кампусу, — сказал Майкл. — Клементина не сдавалась. Даже зная, что шансов мало, она продолжала тебя искать. Верила, что ты жив.

— Это поразительно. — Хит покачал головой. — Не знаю, смог бы я так. Просто невероятно!

Когда начало светать, они наконец нашли то, что искали. Белый фургон, припаркованный возле факультета психологии. Возле здания стояли двое загонщиков. Один потягивал спрайт из банки, другой с помощью монтировки взламывал стеклянные двери.

— Подождем, пока оба зайдут внутрь, — прошептал Хит. — Потом залезем в фургон.

— А что, если они возьмут с собой ключи? — спросил Майкл. — Не знаю, как тебя, но меня в школе не учили угонять машины.

Хит усмехнулся:

— Они не будут брать ключи. Незачем. Не станут же они бояться, что мы, трусливые мирные жители, угоним у них машину! Они для этого слишком самонадеянны.

— А вдруг у них есть рации? И они предупредят всех остальных, что фургон угнали?

— Исключено, — сказал Хит. — Я видел их вблизи. Они ничем таким не пользуются. Не волнуйся, все пройдет как по маслу.

Майкл хотел бы разделять его уверенность, но хорошо знал загонщиков и не надеялся, что все будет так просто. Но это все равно был хороший план. Главное — провернуть все как можно быстрее. Угнать фургон, подхватить Райдера и поехать в убежище. Высадиться и оставить фургон в нескольких кварталах от дома, там, где его не найдут. Легко и просто. Загонщики не станут гнаться за своим собственным фургоном, особенно если удастся запустить это дурацкое сообщение. Правда, в убежище все перепугаются, когда услышат «ВНИМАНИЕ, ВНИМАНИЕ», но, как только они воссоединятся, им все простят.

Клементина так обрадуется! Майкл весь дрожал от нетерпения, когда думал об этом.

В утреннем воздухе послышался звон. Загонщик с банкой спрайта подошел к своему напарнику и помог ему вытащить из двери остатки стекла. Потом оба исчезли в здании. Пора было действовать.

— Только осторожно, — предупредил Майкл. Они выбрались из-за «Тойоты», за которой сидели, и направились к фургону.

Внутри никого не было. Майкла захлестнуло облегчение, но только на секунду. Им еще многое предстояло сделать. Он запрыгнул на водительское сиденье, Хит уселся сзади.

Он был прав: ключи торчали в замке зажигания.

— Невероятно, — пробормотал Майкл.

Фургон завелся с первой попытки. Майкл боялся, что сейчас загонщики выбегут на улицу, заслышав шум двигателя. Но, когда он тронулся с места и поехал, за ним никто не погнался. Они спокойно доехали до конца квартала и свернули за угол.

— Готово, — сказал Хит. — Поехали за твоим другом. А потом за моей сестрой.

— Даже не верится, — заметил Майкл. — Если бы я знал, что все так просто, я бы уже сто лет назад угнал фургон. Это куда лучше, чем разъезжать на мопеде.

Он выглядел веселым, но изнутри его грызли сомнения. Это было просто. Слишком просто. Майкл по опыту знал, что в новом мире ничего не проходит гладко. Однако он решил не прислушиваться к внутреннему голосу. Осторожность никому еще не мешала, но можно же признать, что тебе в кои-то веки повезло?

Может, встреча с Хитом ознаменовала начало долгожданной белой полосы и теперь жить станет полегче?

Это было славное утро. Дождь кончился, и Майкл вез к любимой девушке ее брата.

Жизнь налаживалась.

Клементина

Ее не впервые подводил собственный взрывной характер. Обычно Клементина была легкой в общении и покладистой — это могли бы подтвердить очень многие жители Гленмура, ныне покойные. Она была самой милой и добродушной черлидершей из всех, что когда-либо поддерживали команду «Гленмурские Гоблины». Но когда Клементина злилась, она выходила из себя. В такие моменты ей напрочь отказывала логика.

Не надо было ссориться с Ариес. Нельзя было вымещать боль и отчаяние на подруге. Надо было отойти в угол и сосчитать до десяти или успокоиться каким-нибудь другим способом. Вместо этого Клементина дала волю своему гневу и повела себя как последняя сволочь. Ариес — ее подруга. Она не заслужила такого обращения.

Дура! Дура! Дура!

Бессердечная, бессердечная дура.

Клементина знала: все, что она наговорила Ариес, — неправда. Ладно, не все, но высказывать это в таком тоне было нельзя. Да, Ариес действительно повезло больше, чем многим, но это ничего не значило. Да, она не вскакивала ночью в холодном поту, увидев во сне человека, которого она пырнула в живот ножом для конвертов. Да, она не бродила среди повешенных, как Клементина перед встречей с Майклом. Но от этого Ариес не переставала быть героем. В конце концов, именно благодаря своей осторожности она стала таким замечательным лидером.

Но извиняться было уже поздно.

Клементина отправилась к дому Грэхема вслед за Ариес и Натаном, после того как к ней прибежала запыхавшаяся Ева.

— Я не смогла их остановить, — выпалила она. — Ариес мне чуть голову не оторвала, когда я сказала, что мне не нравится их затея. Как думаешь, она на меня за что-то злится?

Клементина нашла Раджа и попросила его пойти вместе с ней.

Хуже всего, что Ариес права. В приступе ярости Клементина была готова убить всякого, кто ей противоречил. Но она быстро успокоилась, немного подумала и поняла, что идти к Грэхему, когда Брэнди предупредила, что загонщики направляются именно туда, — не лучшая идея. Ребенок ребенком, обязательства обязательствами, но разумнее всего было остаться дома и приготовиться к эвакуации.

На войне нельзя без жертв. Конечно, чем меньше потерь, тем лучше. Однако люди продолжают умирать, и с этим ничего нельзя поделать.

Это дерьмово. Очень, очень дерьмово. Но никто не обещал, что жизнь будет справедливой.

Ариес права. Всех не спасти. Но сейчас она пыталась сделать невозможное — все потому, что Клементина разоралась и наговорила ерунды.

Дорогой Хит, я опять все испортила. Надо высечь это на моем надгробии: «Здесь лежит Клементина, которая всегда все портила». Но я же могу все исправить, правда? Правда же?

У нее не было ответа. Единственное, что могла сделать Клементина, — уговорить Раджа отправиться вместе с ней на поиски Ариес. Уповая на то, что еще не слишком поздно.

Отвратительнее всего было то, что в голове у Клементины зудел голосок, который пытался ее убедить, будто Ариес хотела пожать ее лавры. Ариес хотела стать героем. Спасти семью Грэхема вместо Клементины.

Хватит. Только посмотри на меня, Хит. Я опять с кем-то соревнуюсь. Помнишь, как я расстроилась, когда решила, что Имоджин хочет стать главной черлидершей вместо меня? Я дулась на нее целую неделю, и ты в конце концов стукнул меня по макушке и сказал, что нельзя быть такой жадиной. Надо давать людям шанс. Будь лучше, чем ты есть, и пусть другие последуют твоему примеру. И прочее бла-бла-бла. Неужели я правда такая мелочная?

Они долго не протянут, если будут ссориться по любому поводу. Надо было решать все вопросы вместе. Клементина это знала. И Ариес тоже. С Майклом и Райдером была похожая история. Клементина видела, что командирские качества Райдера вызывают у Майкла одновременно отторжение и восхищение.

Они разобщались все сильнее и сильнее. Неужели никто, кроме Клементины, этого не замечал? Одни пропали, другие цапались между собой — такими темпами они рано или поздно попадутся в лапы загонщикам.

Но Клементина не собиралась так просто сдаваться.

Она хотела снова всех объединить — даже ценой собственной жизни.

Клементина застыла на пороге кухни. Ни Ариес, ни загонщики ее не заметили. Радж был рядом — он прислонился к ней и держал оружие наготове. Клементина чувствовала, как он напрягся.

Загонщик поднял ружье, и на кончике его грязного колпака звякнули бубенцы. Клементине захотелось схватить этот колпак и затолкать загонщику в глотку.

— Счастливого Рождества! — повторил он. — Ты отличный подарочек. А ну вставай! Я доставлю тебя по адресу. Упакую в красивую обертку с бантиком. Леон будет доволен.